В юридической практике иногда встречаются случаи, которые со стороны могут показаться противоречивыми. Как юрист в рамках одного дела может сначала представлять интересы ответчика, а затем — истца? При ответе на данный вопрос сразу представляются закулисные игры и коррупция. Однако реальность бывает гораздо прозаичнее.
Мне вот довелось в такой ситуации побывать. Рассказываю.
В ноябре прошлого года моему клиенту прилетел иск от соседки, которая требовала возместить ей ущерб причиненный в результате залива квартиры в размере 101000 рублей и возмещения расходов на оценку. Поскольку квартира была муниципальной, то иск был предъявлен ко всем зарегистрированным в ней лицам - пожилому дедушке и его взрослому сыну.
Моим первоначальным доверителем был тот самый дедушка. Он хоть и был зарегистрирован в квартире, но фактически много лет в ней не проживал. В квартире жил его сын со своей супругой. Цимес ситуации заключался в том, что в тот момент мы как раз таки судились с сыном, который пытался снять отца с регистрационного учёта.
Из-за регулярных конфликтов и не самого праведного образа жизни сына, пожилой мужчина был вынужден много лет назад выехать из квартиры и переехать в дачный домик в Смоленской области. И если по началу дед спокойно посещал квартиру и приезжал в Москву лечиться, то со временем сын просто сменил замки и перестал пускать старика на порог квартиры.
Получив иск о возмещении ущерба, я подготовила возражения, в которых указала на ключевой юридический нюанс: мой клиент не является надлежащим ответчиком. Дело в том, что у него не было доступа в квартиру, так как сын чинил ему препятствия в пользовании квартирой, что подтверждалось многочисленными заявлениями в полицию, одно из которых было написано буквально за пару дней до злополучного залива.
Фактически у дедушки просто не было реального доступа в квартиру. Таким образом, на момент залива он не мог ни предотвратить инцидент, ни нести за него ответственность.
Понимая, что суд может затянуться на долгие месяцы, я решила попробовать договориться с истцом. В коридоре суда мне удалось пообщаться с пострадавшей соседкой. Я по-человечески объяснила ей всю ситуацию: рассказала о семейном конфликте, о том, что дедушка не виноват в произошедшем, и о том, что взыскание с него денег будет несправедливым.
Истица оказалась порядочным человеком и прониклась историей моего доверителя. Она увидела в нем не формального «ответчика», а жертву обстоятельств. В результате она приняла взвешенное и честное решение — отказаться от исковых требований к моему доверителю и взыскивать сумму ущерба только с сына. На этом моя миссия по защите интересов дедушки была завершена.
В знак благодарности за понимание, я предложила соседке бесплатную консультационную поддержку, так как та участвовала в суде без представителя.
В ходе общения выяснились новые детали. Сын дедушки, оставшийся единственным ответчиком, пытался всеми способами избежать ответственности. Он заявлял, что виновниками залива являются собственники квартира этажом выше, и даже инициировал проведение судебной строительно-технической экспертизы, стоимость которой составила 62 000 рублей. Поскольку истец и ответчик много лет находились в контрах, то было очевидно, что для ответчика стало принципиальным моментом уйти от ответственности и не выплачивать женщине компенсацию за причиненный ущерб. Однако его стратегия провалилась и экспертным заключением было установлено, что залив произошел по вине ответчика, а сумма ущерба была оценена практически в полном объеме — 100 850 рублей. Так что мужчина наказал сам себя, дополнительно понеся расходы на оплату экспертизы.
После того как дело вернулось с экспертизы, соседка обратилась ко мне с просьбой подготовить уточненное исковое заявление и представлять ее интересы в суде.
Услышав данное предложение, я вначале колебалась, но обдумав ситуацию, я пришла к выводу, что конфликта интересов не возникнет, так как ранее истец отказалась от исковых требований, предъявляемых к моему доверителю, в связи с чем он выбыл из участников процесса.
Я приняла предложение женщины, подготовила уточненный иск, включив в него также расходы на оплату услуг представителя, и вступила в процесс уже в качестве представителя истца. В итоге суд удовлетворил исковые требования, взыскав с ответчика сумму ущерба, расходы на оплату оценки и судебные расходы.
Эта история — не о хитроумной манипуляции, а о гибкости закона и профессиональной этики. Иногда формальная «смена стороны» является логичным продолжением работы по установлению справедливости.
Главный принцип моей работы - защита интересов доверителя. В первой фазе дела я защитила невиновного старика. Во второй — помогла добросовестному человеку взыскать ущерб с реального виновника.
Как считаете, уместна ли для юриста смена стороны?
Консультацию автора можно получить по телефону:+79852953785