Помните, как в старых фильмах про ученых: человек в серьезном костюме ходит с трещащим прибором и ищет «фон»? А теперь вообразите, что такой прибор можно настроить не на радиацию, а, скажем, на глупость. Или на чванство. Представляете, как бы он зашкаливал в иных кабинетах или на семейных кухнях во время дележа наследства?
Так вот, в городе Шахты живет человек, который с такими приборами на «ты». Его зовут Николай Кинчаров, и по профессии он — радиометрист. Но у него есть и второй, куда более чувствительный инструмент — карандаш. И «фонит» у него от совсем других вещей: от человеческого лицемерия, ханжества и той самой бытовой нелепицы, которую мы обычно не замечаем.
Сегодня мы сканируем творчество художника, известного в сети под коротким и точным псевдонимом Кин. Попробуем разобраться, что общего между дозиметром и сатирой и почему его юмор понимают от России до Китая.
Связь между точными измерениями и карикатурой, на самом деле, прямая. И там, и там нужна предельная точность. Радиометрист отсекает помехи, чтобы найти источник излучения.
Кин отсекает лишние детали, чтобы оставить только суть комической ситуации. Ему не нужны длинные подписи или многокадровые «простыни» комиксов. Чаще всего это одна-единственная картинка. Взглянул — и всё понял. Улыбнулся. Узнал.
Сам Кин — человек основательный. Семейный, ценит саморазвитие и искренне убежден, что без жизнелюбия и чувства юмора ни с друзьями не повезет, ни в жизни толку не будет. А его личный «дозиметр» художника зашкаливает от фальши. Именно нетерпимость к ханжеству и чванству и стала, похоже, топливом для его творчества.
Если посмотреть на его работы, сразу бросается в глаза порода. Это прямой и очень интеллигентный наследник той самой, великой советской школы карикатуры.
Помните мастеров «Крокодила»? Они умели шутить едко, но не грубо. У Кина тот же подход. Его стиль можно назвать доброжелательным сарказмом. Он не бьет молотком по голове, а скорее по-дружески подмигивает: «Ну посмотри, какой цирк».
Его темы — вечные, как мир. Семейная жизнь во всех ее трагикомичных проявлениях, чиновники с их непробиваемой логикой, лицемеры, скряги и просто бытовые зарисовки, знакомые каждому.
Это тот самый «ситуационный юмор», когда вы смеетесь не потому, что кто-то нелепо упал, а потому, что узнали в этом нелепом персонаже... ну, скажем, соседа по даче. Или себя самого утром в понедельник.
В нашу-то эпоху, когда все соревнуются, кто выложит больше «контента» в минуту, позиция Кина выглядит почти старомодной. В хорошем смысле. Он твердо убежден: качество важнее количества. И не просто убежден, а подкрепляет это делом. У него есть точная формулировка: «чуть полентяйничаешь — место займет другой».
Это не значит, что он гонится за трендами. Это значит, что он уважает зрителя. Кин рисует каждый день, оттачивая линию и выверяя композицию до миллиметра.
Никакой пошлости, никакой грубости. И зритель это ценит. У художника давно сложился свой постоянный круг поклонников, которые следят за его публикациями в соцсетях.
Вот скажите, как часто вы видите, чтобы художник так уважал своего зрителя? Чтобы никакого «фастфуда», только выверенная, точно поданная шутка. Его работы понятны без перевода, поэтому и награды на международных конкурсах в Турции, Италии или Китае — вещь закономерная.
Но главное, за что любят Кина, — это его персонажи. Да, они могут быть нелепыми, хитроватыми или ворчливыми, но они никогда не злые. Они жизнерадостные и не впадают в уныние. Они — мы с вами. Люди, которые умудряются найти повод для иронии даже в самой абсурдной ситуации.
Николай Кинчаров — это не борец с системой и не учитель жизни. Он, в первую очередь, наблюдатель. Тот самый радиометрист, который с невозмутимым видом фиксирует наши с вами «аномалии».
Он просто держит свой карандаш наготове, а мы смотрим на «показания» его творческого прибора и улыбаемся. И, кажется, это лучшая терапия от лицемерия, какая только может быть.