Мария накрыла чай, и сама присела к столу, дедушка отпил глоток из чашки и стал рассказывать свою историю.
- Я знал, что твоя бабушка ждет ребенка, мы переписывались, хотя и не часто. Плохо письма приходили тогда на фронт, поэтому не знаю, писала ли она мне из эвакуации, но я считал, что она в Ленинграде. Спешил как мог, но сначала моя часть осталась в Берлине, а потом таких как я, не служивших срочную службу, отправили на два года по гарнизонам. Так и получилось, что домой я попал только в 1948 году.
Первым делом поехал к ней домой, но на месте дома осталась только воронка, за три года часть кирпича разобрали, восстанавливали менее поврежденные строения, я спросил у соседей, и мне сказали, что это было прямое попадание и все, кто были в доме погибли, но это произошло еще во время блокады. У меня оставалась надежда, что она жива, что была в госпитале.
То, что ждало меня там не поддавалось осознанию. Надежда оставила меня. Но я не сдался. Хотя, должен сознаться, что поиски я продолжил не сразу. Приехал домой, встретился с матерью и сестрами, жил как в тумане почти полгода, а потом поделился с сестрой. Она и подсказала, что, когда прорвали блокаду, госпиталя стали переводить в здания больниц, а бомбить город продолжали. Может и этот госпиталь успел переехать. Получив новую надежду, я вернулся в город и стал искать, куда их могли перевезти.
На то, чтобы найти какие-то документы я потратил еще полгода. Но тут мне повезло, начальник эвакопункта работала в блокаду, она помнила меня и твою бабушку. Она и сказала мне, что её отправили в эвакуацию в Среднюю Азию, только город она не знала. Так что я продолжил поиски. И нашел-таки место, где их высадили с поезда и разместили по домам. На дворе шел уже 1950 год.
- В 1949 бабушка приехала в Кронштадт, если я не путаю года, - Наташа смотрела на него глазами полными слез.
- Но мне никто этого не сказал. А её квартирная хозяйка, я же приехал в тот городок в степи, грубо ответила, что квартирантка умерла и ребенок тоже. Что похоронили их в общей могиле, на военном кладбище. Я поехал туда, меня ждало страшное зрелище.
Длинные ряды насыпных рвов, а возле них только год и месяц, у некоторых еще номер поезда, это когда их мертвыми уже снимали с вагонов. Я нашел год, когда она приехала сюда и встал на колени, прося прощения, что не смог их защитить. Я решил остаться рядом с могилой любимой женщины и нашим ребенком. Пошел работать в колхоз, работал на хлопке несколько лет. А каждый выходной шел к могиле и проводил там целый день, разговаривая с ними. Так прошло пять лет. А потом я заболел, - он замолчал, тяжело переживая то время.
- Дедуль, ты отдохни, я сама расскажу, а ты поправишь, если что, - Мария положила свою на руку деда, успокаивая его. Тот только кивнул.
- Дедушка проводил целые дни на жаре, порой даже без воды, а переживания вызвали легкое сумасшествие. Его нашли на кладбище, так как дед не вышел на работу, отвезли в клинику, где он довольно быстро стал приходить в себя.
- Дай я сам, так получилось, что я рассказал все доктору, а она знала женщину, кто была хозяйкой у твоей бабушки. Она и сказала мне, что беженка с грудным ребенком, из Ленинграда, не умерла, её спас раненый солдат, отведя в другой дом. Я узнал адрес и, как только меня выписали, бросился туда. Там я и узнал, что они живы и уехали в 1949 году по месту жительства второй беженки. Моя вина в том, что я не смог проследить их маршрут и не нашел их. Хотя искал еще лет пять.
- А потом что было?
- В 1962 году я женился, у меня родился сын, отец Марии, я никогда не забывал свою первую любовь, но всегда надеялся, что у нее все сложилось хорошо. Расскажи, что помнишь о бабушке?
- Помню её руки, мягкие и добрые, её рассказы о вас и о войне, помню какие пирожки она пекла и храню варежки и носочки, что она мне связала. Но она оставила вот этот конверт, как я понимаю, там что-то для вас, - Наташа подала конверт, на котором было написано «Моему любимому».
Бывший снайпер взял это конверт, дрожащей рукой и застыл с ним.
- Дедуль, тебе принести очки?
- Я сам, вы посидите, пойду один почитаю, так вернее будет, - опираясь на трость он встал и вышел из комнаты.
- Я так рада, что теперь у меня есть сестра, - Мария смотрела на Наташу и улыбалась.
- Я тоже, жалко только, что они не встретились. Ведь, по факту он мне не дед, а прадед. Так что он даже свою дочь не застал, а вот мама будет рада познакомиться с дедом. Да и с тобой тоже. Как бы нам это устроить?
- Я поговорю с родителями, когда вам удобнее приехать. Не хотелось бы дедушку везти далеко. Хотя Кронштадт не так и далеко, можно и в нем встретиться.
- Я тоже поговорю с мамой, папа в командировке, и тогда сможем созвониться, - их разговор прервал приход деда.
- Я хочу поехать к ней на могилу и увидеть свою старшую внучку, - твердо сказал он.
- Мы как раз это и обсуждали, - ответила Мария.
- И до чего до обсуждались?
- Я вечером с родителями поговорю, а Наташа с мамой, и созвонимся, чтобы встречу назначить.
- Наташ, нам бы домой пора, а то родители волноваться будут, - Света потянула подругу за рукав.
- Точно, засиделись мы, можем на автобус опоздать.
- Вы не против, если я фото сделаю? Маме покажешь, - вставил слово, молчавший все время Леня.
Он сделал несколько фотографий на свой телефон, а потом на телефон Марии, ребята попрощались и вышли из квартиры, но их окликнула девушка.
- Подождите, я вас отвезу до автобуса, так быстрее будет.
По дороге почти не разговаривали, уже, когда сели в автобус позвонил дедушка Светы.
- И куда пропали? Голодные весь день.
- Дедуль, мы в Питер ездили, приедем расскажем, тут такое…
- Я в курсе, что вам нашли снайпера, вы у него были?
- Да, не буду в автобусе говорить, потом, дома.
- Как с автобуса выйдешь, позвони, я обед поставлю, а то мать ругаться будет, скажет не смотрю за тобой.
Света повесила трубку и оглянулась на Наташу, та была в своих мыслях и не слышала ничего вокруг.
- Ты оставь ее пока, пусть все переживет. Захочет поделиться, сама придет, - Леня наклонился к Свете.
- Понимаю, но я виду, как ей больно, а с ней и мне больно. Ведь не скажи та выдра, что бабушка умерла, все могло быть иначе.
- Могло, но тогда не родилась бы Мария, а может и знай он правду сразу, все равно бы не нашел их. История не терпит сослагательного наклонения, - он хотел еще что-то сказать, но зазвонил и его мобильный.
- Да, Саш, что случилось?
- Это у вас что случилось? Я пришел к тебе, никого, поехал к девчонкам, вас и тут нет, что это значит?
- А сразу позвонить не мог?
- Не мог, не зарядил телефон, Светин дедушка дал провод.
- Ну так сиди у него, приедем все расскажем., - Леня отключил трубку.
- Что Саша хотел?
- Нас потерял, ждет у тея, с дедом.
- Ну пускай подождет, скоро приедем, - Света была на него зла и не хотела продолжать разговор.
Мария зашла в квартиру и застала деда за столом, перед ним лежало то самое письмо.
- Перечитываешь?
- Уже раз десять прочитал, а все не могу остановиться, прямо голос её слышу. Ты на меня не смотри, я твою бабушку тоже любил, но то первая любовь, считай подростковая, забыть такое сложно.
- Дедуль, я и не думала, что ты бабушку не любил. Просто ты сейчас такой, как будто тебе опять восемнадцать, только морщинки на лице.
- Хочешь почитать?
- А можно? Письмо не очень личное?
- Личное или нет, это уже не важно, давно наше прошло, не вернуть, - он подвинул листочки к внучке.
«Здравствуй, Никитушка, если ты смог прочитать эти строки, то значит я не ошиблась в нашей с тобой правнучке. Она спасла мне жизнь, как бы это не прозвучало абсурдным. Это она и ее подруга познакомили нас, своих прабабушек. И не думай, что сошла с ума, на старости лет. Света и Наташа, каким-то образом, могут уходить в прошлое. Только им не стоит знать, что мне это известно.
Я очень рада, что ты жив, до последнего дня надеялась на это, но, когда старалась что-то узнать, мне ответили, что ты был направлен на срочную службу и дальше нет информации. Может наша жизнь была бы иной, но ни о чем не жалею, надеюсь ты тоже. Может у тебя есть еще дети и внуки, пусть они общаются и помнят нас. А нам еще будет уготована встреча, в другом, лучшем мире.»
Подписывайтесь на канал, ставьте лайки, пишите комментарии. Это помогает развитию канала