Среднегодовая температура в России растёт в 2,6 раза быстрее, чем в среднем по планете. Это не просто «тёплые зимы» — это угроза инфраструктуре, сельскому хозяйству и безопасности регионов. Но есть и возможности: новые урожаи, экспорт зерна, «зелёные» технологии. О том, как страна адаптируется к новой реальности, «РГ» рассказал первый замминистра экономического развития Максим Колесников.
Россия не может игнорировать изменение климата — особенно в Арктике, где потепление идёт рекордными темпами. Уже 82 региона подготовили планы адаптации: от строительства дамб при угрозе паводков до переноса населённых пунктов из зон риска. В ближайшие годы такие документы появятся во всех субъектах.
Да, климат приносит и выгоды. Из-за удлинения вегетационного периода Россия может получать дополнительно до 414 млрд рублей в год от урожая зерна, а экспорт — ещё +122 млрд благодаря росту мировых цен. Лесное хозяйство тоже выигрывает: мягкий климат упрощает лесовосстановление.
Но игнорировать риски нельзя. Таяние вечной мерзлоты, лесные пожары, нестабильные погодные аномалии — всё это требует системных решений. Поэтому Россия участвует в международной климатической повестке, в том числе ради защиты своих экономических интересов.
С 2026 года ЕС вводит углеродный налог на импорт — российские экспортеры должны будут покупать сертификаты. Чтобы не потерять рынки, страна развивает собственную систему учёта выбросов и готовит национальный рынок углеродных единиц. Уже есть первые сделки — например, с ОАЭ. А признание российских квот в международной авиационной системе CORSIA может поднять их стоимость до 70–90 долларов за единицу.
Энергетика России — одна из самых «чистых» в мире: 86% электроэнергии вырабатывается на низкоуглеродных или безуглеродных источниках. Природный газ остаётся ключевым «переходным» топливом — он вдвое чище угля. ВИЭ пока дороже традиционных источников на 20%, но цены падают, а проекты «Росатома» и Сахалинский водородный кластер показывают реальный потенциал.
К 2030 году Россия намерена сократить выбросы до 65–67% от уровня 1990 года — и при этом не жертвовать экономическим ростом. А к 2060 году — достичь углеродной нейтральности.