Шефнер В. Сестра печали : повесть / В.С. Шефнер ; статья И. С. Кузьмичева ; примеч. М.Б. Демичевой ; художник Е.Р. Жуковская. – СПб ; М. : Речь, 2019. – 352 с.
Истории знакомства с хорошими книгами бывают самые разные. Вот и автору этих строк предложили провести обсуждение спектакля «Сестра печали» на Малой сцене театра-фестиваля «Балтийский дом». Постановку осуществил режиссер Анатолий Праудинь. По профессиональной привычке захотелось познакомиться с литературным первоисточником. Имя Вадим Шефнера мне, как читателю, было известно еще с 80-х годов прошлого столетия, когда я познакомился со сборником его фантастических историй под названием «Лачуга должника». Потом была долгая пауза. И вот – знакомство с совершенно иной книгой.
Как пишут литературные критики, повесть «Сестра печали» во многом автобиографична. И если хотя бы немного знать жизненные этапы судьбы Вадима Сергеевича, то вполне вероятно без особого труда вычитываются из текста подробности, которые рифмуются с тем, что случалось с самим писателем в реальности. А здесь было самое разное и весьма интересное. И все это можно узнать и прочувствовать в нынешней повести. Она была опубликована в конце 1960-х годов, и многие эксперты по литературе считают ее, во-первых, одним из лучших образцов прозы поэта, а, во-вторых, весьма оригинальным сочинением, которое отражает одну из самых трагичных эпопей в истории нашего города – ленинградскую блокаду. Хотя поначалу эти драматические ситуации еще только маячат в отдалении, так как действие сюжета стартует в предвоенную пору.
Четверо бывших детдомовцев – Гриша, Костя, Володька и Толя – живут вместе в одной комнате в коммуналке на Васильевском острове, который есть и вполне конкретное место, где и происходят многие события из жизни наших героев, где случаются встречи и разные житейские ситуации. Есть еще и училище, но точная локация его автором не указана, хотя по косвенным признакам можно как-то догадаться, что оно находится где-то на южных окраинах, примерно в Кировском районе. По сути, перед нами личный дневник одного из этой четверки (Толи), автор которого далек от виньеток модернизма и всяких стилистических изысков, излагая происходящее вокруг него от первого лица простым и очевидным стилем. Здесь есть место рефлексии, но есть и место некоему романтическому восприятию окружающих его обстоятельств. У Толи даже линии Васильевского острова имеют собственные названия.
Лишь ненадолго сюжет перекочевывает за пределы города на Неве, Толю отправляют на практику в некий город где-то в новгородских краях. Зная биографию Вадима Шефнера, догадываемся, что имелась ввиду Старая Русса. Здесь Толя знакомится с девушкой Юлей. Оказывается, она – ленинградка, и тоже живет на Васильевском острове. Так действие возвращается туда, откуда оно началось. Завязывавшиеся отношения вряд ли можно назвать поначалу любовным романом, но чувство героев по отношению другу к другу становится все более крепким. И, в конце концов, обретает тот самый статус искренней и страстной любовной истории. Испытанием для нее становится начавшаяся Великая Отечественная война.
Без всякого надрыва и страдательных истеричных интонаций Вадим Шефнер описывает складывающийся военный быт, а затем – и атмосферу блокадного Ленинграда. Война и есть та самая сестра печали, которая приходит неожиданно. Отсюда и горькая, порою саднящая в душе горечь от человеческих потерь, которую приходится переносить главному герою. И с этим надо жить дальше. Только вот те самые адреса печали, которые отложились в памяти Толи, постоянно напоминают ему о себе. И он сохраняет в сердце эти воспоминания. О чем и признается в повести ближе к финалу….
Повесть была прочитана. Спектакль обсужден вместе со зрителями, но это – уже совсем другая история. Хотя многие выступавших и тех, кто читал повесть Вадима Шефнера, искренне признавались в том, что театральная версия «Сестры печали» произвела на них не меньшее впечатление, чем сама повесть. Думаю, что одно было бы просто невозможно без другого. Печаль и грусть охватят вас в любом случае. Но стоит прочесть повесть, и посмотреть спектакль. И тогда, быть может, вам на память придут собственные адреса печали.
Сергей Ильченко