IEEFA – The Hidden Costs of the LNG Boom, October 2025

IEEFA – The Hidden Costs of the LNG Boom, October 2025

Экономический эффект LNG-бумa в Австралии (особенно в Квинсленде) оказался ниже ожиданий: совокупные инвестиции ≈AU$60 млрд в три завода не обеспечили роста занятости и налоговых поступлений; каждый проект показал отрицательную чистую приведённую стоимость (NPV).

До 2023–24 гг. ни один из трёх консорциумов не платил корпоративный налог, а роялти оставались в 3–5 раз ниже прогнозов. Только после реформы 2022 г. поступления выросли до AU$5,25 млрд за три года.

Внутренние цены на газ утроились с 2014 по 2025 гг. (с AU$4,2 до AU$12,9/GJ), что вызвало рост затрат домохозяйств (+AU$1 млрд) и бизнеса (+AU$3 млрд), а также удвоение цен на электроэнергию (до AU$127,6/MWh).

Инфляционное давление: рост цен на газ и электроэнергию добавил 3–3,5% в структуру CPI; вызвал подорожание продовольствия и жилья.

Промышленность пострадала наиболее сильно: спрос на газ со стороны производства упал на 29% за десятилетие; закрыто ≥6 крупных предприятий (в т. ч. Qenos, Incitec Pivot, Oceania Glass), потеряно минимум 1 240 рабочих мест, под угрозой ещё 500.

Эффективность использования газа по занятости: 1 PJ газа создаёт ~1 500 рабочих мест в химическом производстве против лишь 4 в LNG-экспорте.

LNG-проекты сами крупные потребители энергии: используют ~20% восточноавстралийского газа и до 14,5% электроэнергии Квинсленда.

Экологический ущерб: выбросы сектора — 7,6 Mt CO₂e (5,5% от общих выбросов Квинсленда); при сохранении объёмов к 2035 г. доля достигнет 16%. Социальная стоимость выбросов оценивается в AU$0,3–0,5 млрд/год, к 2035 г. — до AU$2,1 млрд/год.

Миф о «замещении угля»: LNG не вытесняет уголь в Китае и Индии; рост ВИЭ — главный фактор сокращения угольной генерации.

Производители удобрений и пластмасс несут миллиардные убытки; Австралия впервые стала зависима от импорта удобрений (urea).

В 2025 г. цена AECO (Канада) падала в отрицательную зону, но австралийский внутренний рынок не испытал снижения — признак высокой рыночной концентрации и «ценового захвата» экспортёрами.

От «экспортной эйфории» к переосмыслению экономической и энергетической политики: LNG рассматривается не как локомотив роста, а как источник структурных дисбалансов.

Усиление фокуса на социальные и экологические издержки: обсуждается реформирование фискального режима и учёт «социальной стоимости углерода» в бюджетах.

Промышленная политика смещается к приоритету внутреннего использования газа (для химии и удобрений) и поддержки энергоёмких производств.

#Australia #LNG #Gas