В контексте вопроса «кто я?» обратимся к неосязаемому. Идея души как вневременной субстанции, присутствующей в каждом человеке, существе, а порой и в неодушевлённых предметах, очень старая. Древние египтяне представляли душу как сложную систему с различными функциями и особой судьбой после смерти. В Китае существовало двойственное представление: «по» — плотская душа, исчезающая после смерти, и «хунь» — высшая, разумная, отправляющаяся на небеса. У Платона душа бессмертна и состоит из трёх начал: разумного, яростного и вожделеющего. После смерти лучшие души прекращают перерождения и возносятся в мир идей. Эти взгляды перекликаются с индуистской концепцией Атмана — вечной души, перерождающейся в разных телах до тех пор, пока не достигнет освобождения (мокши) и слияния с мировой душой — Брахманом. Буддизм, возникший в рамках индийской духовной традиции, совершил переворот: отрицается сама идея вечного «Я». Учение об анатмане (буквально — «не-я») становится краеугольным камнем буддийской