Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Дмитрий RAY. Страшные истории

"Хозяин не любит чужих". Я зашел в баню после полуночи. То, что вылезло из печи, было не банником.

Я большую часть жизни за баранкой, дальнобой. Недели в рейсе, спишь в кабине, ешь на заправках. Устал. Мечта была одна — свой клочок земли. Чтобы вернуться, поставить тягач на стоянку и — тишина. И чтобы банька была. Кости прогреть. Купить дачу за треть цены — это либо фантастика, либо подвох. Мой вариант был вторым, но я до последнего в это не верил. Шесть соток, крепкий дом из бруса, колодец. И баня. Настоящая, русская, сруб почернел от времени, но бревна — как камень. Прежний владелец... с ним была какая-то мутная история. Риелтор сказал, что он "срочно переехал, бросив всё", но документы подписывал какой-то дальний родственник по доверенности. Я как раз вернулся из долгого рейса. Это было в конце ноября, земля уже подмерзла, но снега почти не было. В первый же день, пока я таскал вещи, через калитку заглянула соседка. Классическая бабушка — платок, беззубая улыбка, в руках блюдце с пирожками. — С новосельем, милок. Я Валя, из 8-го дома.
— Очень приятно, Олег.
— Вижу, баньку осматри

Я большую часть жизни за баранкой, дальнобой. Недели в рейсе, спишь в кабине, ешь на заправках. Устал. Мечта была одна — свой клочок земли. Чтобы вернуться, поставить тягач на стоянку и — тишина. И чтобы банька была. Кости прогреть.

Купить дачу за треть цены — это либо фантастика, либо подвох. Мой вариант был вторым, но я до последнего в это не верил.

Шесть соток, крепкий дом из бруса, колодец. И баня. Настоящая, русская, сруб почернел от времени, но бревна — как камень. Прежний владелец... с ним была какая-то мутная история. Риелтор сказал, что он "срочно переехал, бросив всё", но документы подписывал какой-то дальний родственник по доверенности.

Я как раз вернулся из долгого рейса. Это было в конце ноября, земля уже подмерзла, но снега почти не было.

В первый же день, пока я таскал вещи, через калитку заглянула соседка. Классическая бабушка — платок, беззубая улыбка, в руках блюдце с пирожками.

— С новосельем, милок. Я Валя, из 8-го дома.
— Очень приятно, Олег.
— Вижу, баньку осматриваешь. Хорошая банька. Крепкая. Прежний хозяин, Егор, сам рубил. Говорят, прямо-таки душу в нее вложил...

Она понизила голос, хотя вокруг на километр не было ни души.

— Ты, Олег, слушай меня, старую. Париться — парься, дело хорошее, после дороги-то. Но как часы двенадцать ночи пробьют — уходи. Не задерживайся.
— Почему? — усмехнулся я.
Хозяин не любит, — сказала она абсолютно серьезно. — Егор-то... он тоже баню эту до безумия любил. Последний раз его как раз тут, у бани, и видели.

Я поблагодарил за пирожки и совет, разумеется. "Хозяин". Фольклор.

Первые недели я был в отпуске, приводил дом в порядок. Баню я, конечно, протопил. Днем. Пар был отменный — легкий, сухой. Ничего необычного. Правда, пару раз мне казалось, что я оставил ковш у одного бака, а находил его у другого. И веник, который я вешал на гвоздь, оказывался на лавке.

"Усталость после рейса", — говорил я себе. "Запамятовал".

Настоящая жуть началась, когда лег первый серьезный снег.

Я весь день провозился на участке: чинил забор, который покосился, потом пытался раскидать дрова в поленнице. Промерз до костей и умазался по локоть. После такой работы — только в баню.

Я посмотрел на часы. 23:10.

"Десять минут одиннадцатого. Успею", — решил я.

Я растопил баню. Каменка загудела, огонь весело заплясал за чугунной дверцей. Я закинул дров с запасом.

В 23:40 я был в парилке.

Пар был отличный. Я сел на полок, расслабился. Жар вытягивал усталость из ноющей спины. Я плеснул на камни. Пшшшш! Ароматный пар наполнил помещение.

Я прикрыл глаза. И, кажется, задремал.

Очнулся я от ощущения... тяжести.

Знаете, бывает легкий пар, а бывает — тяжелый. Этот был не просто тяжелым. Он был липким. Он не обжигал, он давил. Словно на меня навалили мокрое, горячее ватное одеяло.

Я сел. В парилке было темно. Дверца каменки потускнела, огонь еле тлел.

Я потянулся к телефону на лавке в предбаннике, чтобы подсветить. Экран загорелся.

00:03

"Ну и ладно, — подумал я. — Сказки бабы Вали".

И в этот момент в каменке что-то глухо ухнуло.

Не так, как лопается полено. А так, словно внутрь печи кинули тяжелый мокрый мешок.

Из-под дверцы каменки повалил дым. Но он был не серый. Он был иссиня-черный, густой, и пах не гарью. Он пах сырой землей, тиной и... чем-то еще. Старой, мокрой шерстью.

Я закашлялся, пытаясь отмахнуться. Дым не рассеивался. Он оседал, делая воздух плотным, как кисель.

ШКРЯБ.

Звук был громким. Словно по полу, по доскам, протащили что-то очень тяжелое. Из-под лавки.

Я вскочил.

— Кто здесь?

Тишина. Только густой, маслянистый дым клубился у пола.

Я попятился к двери. И тут из каменки раздался второй звук.

БУМ.

Чугунная дверца, которая весила килограммов десять, с лязгом отлетела в сторону, ударившись о стену.

Из топки вырвался не огонь. Оттуда вырвался жар. Концентрированный, как из доменной печи. Температура в парилке подскочила мгновенно. Волосы на руках у меня, кажется, затрещали.

И из топки... начало что-то лезть.

Я не видел его. В темноте и дыму я видел только силуэт. Огромный, бесформенный, он словно вытекал из раскаленного жерла. Он был больше, чем сама топка. Он заполнил собой угол.

Я видел только, как в тусклом свете тлеющих углей блеснули два глаза. Маленькие, красные, как угли.

Оно дышало. Глубокий, хриплый, булькающий вдох. И весь пар в бане втянулся в него.

Стало невыносимо жарко. Кожу стянуло, дышать стало больно.

"Хозяин не любит..."

Я понял. Это не "банник". Это и был Егор. Прежний хозяин. Тот, кто "душу вложил". Видимо, буквально.

Оно сделало шаг ко мне. Доски под ним прогнулись со скрипом.

— Уйди! — заорал я, хватая таз с ледяной водой.

Я плеснул в темноту.

Раздался оглушительный рев, похожий на звук, с которым раскаленный металл опускают в воду. ПШШШШШ!

Вся баня мгновенно наполнилась обжигающим, слепящим паром. Силуэт отшатнулся. Я понял, что у меня есть секунда.

Я не стал извиняться. Я не стал просить. Я просто рванул ручку двери.

Она была раскалена. Я взвыл, но дернул. Вывалился в предбанник, захлопнул тяжелую дверь парилки и накинул на нее щеколду.

В ту же секунду в дверь изнутри ударило что-то чудовищной силы.

ТРЕСК!

Щеколда вылетела, как пробка.

Я не стал одеваться. В чем мать родила, я вышиб внешнюю дверь и рухнул в сугроб. Снег никогда не казался мне таким спасением.

Я добежал до дома, заперся на все замки и просидел так до утра, глядя на баню. Из ее трубы валил черный, жирный дым. До самого рассвета.

Когда взошло солнце, дым прекратился.

Я не подходил к бане неделю. Баба Валя, увидев меня через забор, только покачала головой:
— Я ж говорила, милок. Он чужих не жалует. А после полуночи — он и не хозяин уже, а... нечто другое.

Я думал, что продам дачу. Куда я буду возвращаться из рейса? Сюда?

Но я остался. Я починил дверь в предбаннике. А вот дверь в парилку... я ее заколотил. Наглухо.

Дача отличная. Дом теплый, воздух свежий. Отличное место, чтобы отдохнуть между рейсами.

Иногда по ночам, когда я дома, я слышу, как в бане... кто-то ходит. Тяжело так, скребет по стенам. Словно ищет выход.

Но я сплю спокойно. Я просто знаю: туда ходить не надо. Никогда.

Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти:
https://boosty.to/dmitry_ray

#страшные истории #мистика #мистические истории #дача