— Милый, я всё знаю про твою любовницу, — Анна поставила перед Дмитрием тарелку с дымящимися котлетами. — А десерт сегодня будет особенным.
Муж поднял глаза от телефона. В его взгляде мелькнула тревога, словно пойманного за руку школьника.
— О чём ты? — голос дрогнул едва заметно.
На кухне пахло жареным луком и чем-то ещё — терпким, незнакомым. Анна села напротив, не притронувшись к еде. Её пальцы барабанили по столешнице ритм, который Дима когда-то считал очаровательным. Сейчас этот звук резал слух.
— Светловолосая, высокая. Работает в твоей компании, — Анна говорила монотонно, изучая лицо мужа. — Встречаетесь в кафе «Старый город» по четвергам.
Дмитрий побледнел. Вилка выскользнула из рук, звякнув о тарелку.
— Аня, послушай...
— Я не хочу слушать, — она поднялась, подошла к плите. — Хочу показать.
Из духовки она достала форму, накрытую фольгой. Сладкий аромат ванили смешался с тем странным запахом, который Дмитрий никак не мог определить.
— Твой любимый шоколадный торт, — Анна сняла фольгу. — С особой начинкой.
Торт выглядел идеально: глянцевая глазурь, аккуратные розочки из крема. Но что-то в улыбке жены заставило Дмитрия отодвинуться от стола.
— Аня, мы можем поговорить? Объяснить всё?
— Объяснять нечего. Ешь.
Она отрезала щедрый кусок, положила перед ним. Крем был необычного красноватого оттенка.
— Не хочу, — Дмитрий отодвинул тарелку.
— А я настаиваю.
В голосе жены звучала такая решимость, что у него мурашки побежали по спине. За двенадцать лет брака он ни разу не видел Анну такой. Всегда мягкая, уступчивая, она сейчас напоминала хищника, загнавшего добычу в угол.
— Ты знаешь, что самое болезненное в измене? — Анна села, положив подбородок на ладонь. — Не сам факт. А ложь. Каждый день, каждый поцелуй на ночь, каждое «люблю тебя» — всё пропитано ложью.
— Аня, пожалуйста...
— Ешь торт, Дима. Я так старалась.
Он взял вилку дрожащими руками. Первый кусочек показался обычным — сладким, воздушным. Но послевкусие... Металлический привкус заставил его морщиться.
— Что ты туда добавила?
Анна молчала, наблюдая. В её глазах плясали странные огоньки.
За окном завыл ветер, задребезжали стёкла. Начинался дождь — крупные капли барабанили по подоконнику. В квартире стало как-то зловеще тихо, только тиканье часов на стене отсчитывало секунды.
— Знаешь, — Анна встала, подошла к шкафчику, — я долго думала, как поступить. Развод? Скандал? А потом поняла: справедливость должна восторжествовать по-другому.
Она достала из шкафа маленький пузырёк. Пустой.
Дмитрий почувствовал, как сердце ухает куда-то вниз.