В прошлой статье шла речь о принадлежностях для письма, однако стоит вспомнить и о разных способах письма, раз уж эта тема тоже затронута в романе «Восемь лет», где автор полемизирует с мнением тайваньских сограждан.
Знаки китайской иероглифической письменности проделали обычную для письменностей такого рода эволюцию от пиктограмм к сложным единицам письма, состоящим по большей части из идеограмм и фонетических знаков. Самые ранние графические формы знаков китайского письма представлены в надписях на гадательных костях эпохи Инь. Затем появляются надписи на бронзовых сосудах, возникают локальные варианты китайской письменности. Их особенность заключается не только в особом графическом стиле, но и в том, что наряду со знаками, общими для всех письменных памятников той эпохи, в них встречаются знаки для специфических слов китайских диалектов.
Как один из важных компонентов культуры письменность очень рано сделалась предметом государственного регулирования. Поэтому в истории китайского письма в эпоху Цинь и Хань главными событиями являются государственная реформа письменности и официальная практика письма, в рамках которой происходило развитие китайской письменности.
К моменту образования империи Цинь (221 г. до н.э.) история китайской письменности уже насчитывала не менее тысячи лет. И при общем сходстве графическая форма знаков предыдущей эпохи существенно варьировала в зависимости от времени и места их создания.
Пока функциональная область китайской письменности ограничивалась императорским двором и региональными центрами власти, проблема графического единства письма не имела существенного значения. Однако по мере расширения его общественных функций потребность в государственном регулировании становилась все более настоятельной.
Первым известным опытом кодификации китайского письма является список «Ши Чжоу пянь», составленный, как гласит традиция, при Сюань-ване (827–782 гг. до н.э.) придворным историографом Ши Чжоу. Этот список, состоявший из 3300 знаков, распределенных по 15 главам, не сохранился, однако о нем имеются поздние свидетельства.
Графическая форма знаков китайского письма, кодифицированных в «Ши Чжоу пяне», называется дачжуань («великая печать»). После реформы письменности, проведенной Цинь Шихуан-ди, сохранились лишь немногие знаки этого начертания.
Сейчас известно, что в каждом царстве империи Чжоу существовал собственный вариант письма, и письменность царства Чу отличалась от других наиболее существенно. Об этом свидетельствует исследование текста шелковой грамоты конца эпохи Чжаньго из царства Чу. Значение иероглифической письменности как важного фактора культуры было хорошо известно правителям царств эпохи Чжоу. Поэтому после их объединения под властью династии Цинь политика в области письма была облечена в краткую формулу шу тун вэнь – «писать одинаковыми знаками».
Реформа письменности была одной из первых, проведенных сразу после объединения Китая. «Когда Цинь Шихуан-ди впервые объединил Поднебесную, – описывал ханьский филолог Сюй Шэнь события того времени, – его первый министр подал доклад об унификации письменности и упразднении тех знаков, которые не были сходны с циньским письмом. Ли Сы составил „Цан-цзе «Свод знаков Цан-цзе», Чжао Гао – «Свод измененных знаков», Ху Гуань-цзин – «Свод всеобъемлющей науки». Во всех этих книгах они воспользовались письменностью историографа Чжоу, но при этом некоторые знаки существенно упростили и изменили. Это письмо и было так называемой малой печатью – сяочжуань».
Это описание реформы письменности вполне соответствует современному определению унификации и упрощения. Своды знаков китайского письма, составленные Ли Сы, Чжао Гао и Хуму Цзином, представляли собой нормативные документы. В дальнейшем они были объединены в единый нормативный свод под названием «Сань цан».
«В то время, – пишет Сюй Шэнь, – династия Цинь уничтожила огнем конфуцианские каноны; отказалась от древних книг, вела большие военные походы, благоустраивала северо-запад. Государственных дел было очень много, и поэтому тогда впервые появилось писцовое письмо лишу, основными свойствами которого были простота знаков и легкость их начертания. С этого времени древнее письмо прекратило свое существование».
Результаты реформы Цинь Шихуан-ди оказались устойчивыми. Реформированное письмо продолжало существовать и во времена, последовавшие за падением династии Цинь. Письменность была унифицирована, однако унификация не распространялась на стили начертания иероглифов. В эпоху Цинь-Хань насчитывалось восемь таких стилей:
1) дачжуань – «великая печать»,
2) сяочжуань – «малая печать»,
3) кэфу – «письмо для резных бирок»,
4) чуншу – «знаки, похожие на насекомых»,
5) муин – «знаки для печатей»,
6) шушу – «канцелярское письмо»,
7) шушу – «знаки для надписей на оружии»,
8) лишу – «писцовое письмо».
Первые семь стилей были слишком сложны для повседневного употребления, наиболее распространенным оказался самый простой – восьмой стиль лишу, родоначальник современного начертания знаков китайского письма. Стабилизация лишу как самостоятельного стиля произошла в эпоху Хань.
Графически лишу характеризуется переходом от закругленных линий стиля чжуань к острым углам, а в расположении графических элементов внутри знака – переходом от вертикально-прямоугольной к квадратной или горизонтально-прямоугольной компоновке.
В дальнейшем ханьский стиль лишу стал развиваться в двух направлениях: создание скорописных начертаний – стиль цаошу («травяное письмо») и создание стандартного начертания кайшу («уставное письмо»). Были созданы два варианта скорописного стиля цаошу: чжанцао – «регулярное цаошу» и куанцао – «бешеное цаошу». Название «травяное письмо» было дано этому стилю начертания иероглифов потому, что линии скорописных знаков, переходящие одна в другую, производили впечатление спутанных стеблей травы. Чжанцао представляло собой такой стиль, где знак должен быть написан без отрыва кисти от бумаги, но при этом соединение соседних знаков запрещалось. В стиле куанцао начертания соседних знаков переходили одно в другое. Такой стиль письма приводил к значительной деформации знаков и использовался прежде всего в частной переписке и художественных надписях.
Стандартный стиль кайшу отличался от лишу тем, что в нем отсутствовали утолщенные линии, компоновка графических элементов всегда была строго квадратной. Это стандартное письмо сохранялось без изменений вплоть до реформы китайской письменности 1956–1959 гг. На основе кайшу были разработаны также курсив синшу и новая скоропись цаошу. Так к концу династии Хань была создана графическая форма китайской письменности, которая просуществовала многие столетия и с небольшими изменениями продолжает существовать в наши дни.
Усилиями ханьских филологов разрозненные толкования структуры знаков китайской письменности, существовавшие в разных школах, в конце концов были сведены в единую систему. Первое упоминание о теории китайского письма содержится в «Чжоу ли». В разделе о воспитании наследника престола говорится, что в число шести искусств, которым он должен быть обучен, входит искусство «шести категорий письма». Его содержание раскрыто в предисловии Сюй Шэня к словарю «Шо вэнь цзе цзы» в первом столетии н.э. Содержание «шести категорий письма» объясняется там нижеизложенным образом.
1. «Знаки указательной категории можно распознать при взгляде на них: их значение видно при внимательном рассмотрении». Такие знаки чаще всего создавались для слов, обозначающих часть или неотделяемую принадлежность предмета.
2. «Знаки изобразительной категории изображают предмет, который они обозначают, воспроизводя его внешние очертания». Знаки этой категории очень важны в китайской письменности, потому что они представляют собой основу для образования более сложных знаков с развитой графической структурой. Однако подобие знака изображаемому предмету, которое было достаточно наглядно в ранних памятниках китайской письменности, постепенно утрачивалось в ходе истории китайского письма. После реформы Ли Сы это сходство было значительно подорвано, а после перехода к современному письму кайшу оно оказалось утраченным окончательно.
3. «Знаки фонетической категории – это такие знаки, где в зависимости от обозначаемого предмета определяется его имя, а затем берется сходный знак, и они соединяются вместе». В соответствии с учением логиков минцзя термин «имя» в этом определении означает не индивидуальное имя, а название класса предметов. Таким образом, знаки фонетической категории представляют собой сочетание семантической части знака, содержащей указание на его значение, и фонетической, содержащей указание на его чтение.
4. «Знаки идеографической категории – это такие знаки, которые получаются в результате установления связи между разными категориями значений, с тем чтобы стал виден смысл знака в целом». Это означает, что к идеографической категории относятся сложные знаки, состоящие из двух или большего числа простых; при этом значения простых знаков в сумме составляют значение иероглифа в целом.
5. «Видоизмененные знаки – это такие знаки, которые по семантической классификации принадлежат к одной категории, они имеют одинаковое значение и могут употребляться один вместо другого». По поводу этого довольно туманного определения между китайскими филологами велись споры на протяжении многих столетий – являются ли знаки этой категории производными от графической основы или фонетический.
6. Заимствованные знаки: «Когда для предмета нет собственного знака, предмет обозначается с помощью одинаково звучащего иероглифа». Общим принципом заимствования иероглифов является использование редких знаков для обозначения часто употребляемых слов. Обязательным условием заимствования было совпадение или сходство чтений заимствуемого знака и слова, для которого этот знак заимствуется.
Данные взяты из десятитомника «История Китая с древнейших времён».