Вика сидела на могиле матери, ровно год назад её похоронили. Последние полгода жизни матери были для Вики особенными. Отработав, она бежала в хоспис. Там она мыла мать, меняла постельное бельё, расчёсывала её редкую серебристую гриву волос и пыталась уговорить съесть хотя бы немного еды. Материнские глаза оставались равнодушными ко всему происходящему вокруг неё. Порой мать кричала, отказывалась от помощи Вики, уверяя, что всё хорошо и помощь ей не нужна.
Но Вика только улыбалась. Когда все процедуры окончены, Вика включала спокойную музыку и читала книгу. За полгода были прочитаны «Фрегат "Паллада”» Ивана Гончарова, «Хождение за три моря» Афанасия Никитина, «Двадцать тысяч лье под водой» и «Путешествие к центру Земли» Жюля Верна и много других.
Мать закрывала глаза и погружалась в мир звуков и образов. Её лицо расслаблялось, черты смягчались, но, едва встречаясь взглядом с Викой, оно вновь наполнялось недовольством и холодностью.
Мать гневно отталкивала дочь рукой, но Вика продолжала ласково гладить ладонь матери, стараясь согреть её теплом своего прикосновения. В последние дни у матери не было сил, поэтому она только злилась.
Когда мать засыпала, Вика уходила домой. Дома она выпивала йогурт и ложилась спать, а утром на работу.
Однажды телефон Вики высветил номер хосписа, она не ответила, она знала: мать умерла.
Эти полгода смыслом жизни для Вики была мать. Друзья и знакомые удивлялись:
– Ну ладно, ты каждый день проведаешь мать, а зачем всё личное время проводить с ней?
Вика не знала, что ответить, ей просто хотелось ухаживать за матерью. Это не было в тягость. Вике нравилось ухаживать за матерью.
Знакомые, которые знают историю Вики, крутят у виска:
– Вика, ты совсем тю-тю. Я бы на твоём месте…
И тут много вариантов. Кто-то даже не подошёл к её матери, кто-то говорил: да какая она мать, она чужой человек. А Вика пожимала плечами, она не знала, что на это отвечать.
Да, мать вела асоциальный образ жизни. Отказалась от Вики сразу после рождения. Говорят, что у матери ещё есть дети, также брошенные ею. Но это ответственность матери. Вика совсем не хотела быть такой же, как мать, поэтому Вика не бросила её.
О матери Вике сообщила совсем посторонняя женщина. Эта женщина была когда-то в юности подругой матери, а теперь работает в хосписе. Она и разыскала Вику. Это было нетрудно, Вика жила в той квартире, где выросла мать. При желании мать и сама могла прийти к Вике, но она не пришла. Она до самой смерти ни разу не назвала Вику дочерью, не покаялась.
Вике этого и не надо было. Вот только после смерти матери Вику всё больше поглощает обида. Это тогда ей не надо было, чтобы мать признала дочь. А сейчас обидно, могла бы перед смертью сказать: «Доченька».
Вика шла с кладбища в полной уверенности, что больше никогда не придёт сюда.