155,8 тыс подписчиков

Зубодробительная аналитика: Современное состояние военно-воздушных сил ведущих мировых держав (Часть 1)

22 октября 202522 окт 2025

102

81 мин

Глобальный военный авиационный парк насчитывает свыше 52 600 боевых летательных аппаратов (самолётов и БПЛА) на вооружении 161 страны мира. При этом более 60% этого потенциала сосредоточено в пяти ведущих державах — США, России, Китае, странах Европы (совокупно) и Японии. Статус военно-воздушных сил (ВВС) различных стран существенно дифференцирован как количественно, так и качественно. Технологический разрыв. В последние годы наблюдается стремительное развёртывание самолётов пятого поколения с технологией малозаметности (stealth) у ведущих стран, что создаёт качественное превосходство над парком 4-го поколения и устаревшими платформами. Так, общее число поставленных истребителей F-35 Lightning II превысило 1000 единиц к 2025 году (включая поставки союзникам США), что обеспечивает беспрецедентное технологическое преимущество. Китай активно наращивает собственный флот малозаметных истребителей J-20, достигший по оценкам 300 единиц к осени 2025 года (с ростом ~50 самолётов только с июня 2

Оглавление

Введение
Методология исследования и источники данных
Соединённые Штаты Америки (США): глобальное доминирование под давлением старения парка и бюджетных ограничений

Введение

Глобальный военный авиационный парк насчитывает свыше 52 600 боевых летательных аппаратов (самолётов и БПЛА) на вооружении 161 страны мира. При этом более 60% этого потенциала сосредоточено в пяти ведущих державах — США, России, Китае, странах Европы (совокупно) и Японии. Статус военно-воздушных сил (ВВС) различных стран существенно дифференцирован как количественно, так и качественно.

Технологический разрыв. В последние годы наблюдается стремительное развёртывание самолётов пятого поколения с технологией малозаметности (stealth) у ведущих стран, что создаёт качественное превосходство над парком 4-го поколения и устаревшими платформами. Так, общее число поставленных истребителей F-35 Lightning II превысило 1000 единиц к 2025 году (включая поставки союзникам США), что обеспечивает беспрецедентное технологическое преимущество. Китай активно наращивает собственный флот малозаметных истребителей J-20, достигший по оценкам 300 единиц к осени 2025 года (с ростом ~50 самолётов только с июня 2024). Это делает китайскую программу J-20 самой быстрорастущей среди истребителей пятого поколения. Россия, напротив, обладает лишь 21–25 серийными Су-57 на начало 2025 года (плюс около 10 опытных образцов) и существенно отстаёт по масштабу производства, хотя планирует ускорение темпов в ближайшие годы. Разрыв между странами, освоившими технологии VLO (very low observable)-авиации, и остальными обуславливает асимметрию боевых возможностей. Державы, не имеющие доступа к стелс-истребителям, вынуждены компенсировать отставание развитием мощных систем ПВО (например, российские С-400/С-500, китайские HQ-9), массированным применением крылатых и баллистических ракет большой дальности, беспилотных систем и средств РЭБ/кибер-борьбы.

Падение боеготовности. Глобальной проблемой стала тенденция снижения технической готовности (Mission Capable — MC) авиационного парка. В ВВС США средний коэффициент исправности упал до 67,15% в 2024 финансовом году — минимального уровня за два десятилетия. Для сравнения, ещё несколько лет назад 75–80% считались нормой. Снижение готовности обусловлено старением техники (средний возраст самолётов ВВС США достиг ~32 лет), нехваткой запчастей и квалифицированных техников, а также усложнением обслуживания современных платформ. Например, показатель исправности стелс-истребителя F-22 Raptor в 2024 ФГ составил лишь 40,2%, что означает менее половины парка в боеспособном состоянии. Причины — трудоёмкость обслуживания малозаметного покрытия, дефицит деталей для снятой с производства модели и высокий износ парка. Аналогично, готовность F-35A стабилизировалась лишь на 51,5%[1] из-за проблем с логистикой и незавершённой модернизации к стандарту Block 4/TR-3. В других странах картина варьируется: Россия оценивает исправность своей авиации в 70%, но санкции могут снизить её ещё на 10–15% из-за проблем с поставками комплектующих. Китай напротив, добивается высоких показателей (75–80%) благодаря новизне парка и масштабным инвестициям в обслуживание. Европейские ВВС (например, Франция, Великобритания) часто поддерживают готовность на уровне 70% для основных типов за счёт профессиональной эксплуатации ограниченного числа высокотехнологичных самолётов.

Экономика эксплуатации. Стоимость содержания современной авиации растёт. Час полёта многоцелевого истребителя пятого поколения F-35A оценивается примерно в 35 000 $ (в ценах 2025 г.), что существенно выше аналогичных затрат на истребители предыдущих поколений (для F-16 °C — около 22 500 $/час). Высокие расходы обусловлены дорогим обслуживанием стелс-покрытия, сложной бортовой электроникой и дороговизной запасных частей. Например, комплект покрышек шасси или элементов двигательной установки для F-35 стоит в разы больше, чем для старых самолётов. Это создаёт напряжение даже в крупных оборонных бюджетах. В то же время, программа F-35 смогла снизить закупочную стоимость планера до ~$82,5 млн за F-35A (лот 15–17 в 2023–24 гг.) благодаря эффекту массового производства. Для сравнения, российский Су-57 оценивается примерно в $50–70 млн за самолёт (оценочно), китайский J-20 — порядка $100+ млн (оценка, т. к. точные данные засекречены). Стоимость жизненного цикла (LCC) современных боевых машин стала определяющим фактором: например, США планируют эксплуатировать F-35 до 2080-х годов**, и суммарные расходы на программу (с учётом модернизаций) оцениваются в $1,7 трлн, что вызывает критику со стороны контролирующих органов.

Беспилотники и новые концепции войны. Быстро развивается беспилотная авиация. Тяжёлые ударные и разведывательные БПЛА всё прочнее входят в структуру ВВС. США располагают 3200+ военными дронами всех классов (более 230 ударных MQ-9 Reaper, 9 стратегических разведчиков RQ-4 Global Hawk и тысячи тактических БПЛА). Израиль внедрил БПЛА настолько широко, что они составляют ~22% его летательного парка (один из мировых рекордсменов по доле БПЛА). Турция совершила прорыв благодаря семейству дронов Bayraktar и разрабатывает реактивный ударный беспилотник Kızılelma. Концепция «верного ведомого» (Loyal Wingman), или по-американски Collaborative Combat Aircraft (CCA), обещает революцию: планируется, что истребители 6-го поколения будут управлять роем автономных беспилотников, которые возьмут на себя часть рисков и задач. Уже начаты опытные программы: США инвестируют в 1000+ CCA-дронов (примерно по 2 на каждый перспективный пилотируемый истребитель), в Австралии испытан прототип Loyal Wingman (MQ-28 Ghost Bat), Россия испытывает тяжёлый С-70 «Охотник» как ведомый для Су-57, а Китай показал беспилотник GJ-11 «Sharp Sword» — тяжёлый малозаметный ударный БПЛА типа «летающее крыло». Вероятно, к 2030 году до 30–35% ударных задач будут выполнять беспилотники-«ведомые», снизив риски для пилотов.

Производственные возможности. Растущий спрос на новую технику столкнулся с ограничениями промышленности. В 2024 году Lockheed Martin смогла поставить лишь 90–100 °F-35 (вместо плановых ~150) из-за задержек в внедрении нового программно-аппаратного обновления TR-3. В целом завод в Форт-Уэрте ныне выпускает около 150 F-35 в год, Boeing — ~24 F-15EX в год, Northrop Grumman планирует выйти на 12–18 бомбардировщиков B-21 в год к концу 2020-х. Китайская промышленность впечатляет масштабами: Chengdu способен выпускать 100+ J-20 в год при необходимости, Xian — до 20 Y-20 транспортников в год, суммарно Китай добавляет сотни новых самолётов ежегодно. Россия же ограничена санкциями: выпуск Су-57 и Су-35С упирается в дефицит импортных компонентов, остро ощущается нехватка станков и материалов. Тем не менее, все производители пытаются расширить мощности — строятся новые цеха, привлекаются кадры, идут программы импортозамещения (особенно в РФ и Китае) критических элементов (микроэлектроника, авионика, композиты).

Перспективы шестого поколения. К середине 2030-х годов ожидается появление истребителей 6-го поколения. В США программа Next Generation Air Dominance (NGAD), включающая пилотируемый истребитель (неофициально обозначаемый Boeing F-47) и семейство дронов-ведомых CCA, уже перешла к стадии разработки опытных образцов после заключения в 2025 году контракта более чем на $20 млрд. Цель — поставить первые эскадрильи к началу 2030-х, заменив часть F-22. Европейские страны ведут совместный проект FCAS/SCAF (Франция, Германия, Испания) и параллельно GCAP (Tempest) (Великобритания, Италия, Япония) — оба нацелены на 2035–2040-е годы. Китай предположительно работает над новыми стелс-истребителями (условно называемыми J-28 или J-36) для замены старых J-11, а также над гипотетическим J-50 к 2035 году. Россия сосредоточилась на проекте стратегического бомбардировщика ПАК ДА (подразумеваемый дозвуковой «летающее крыло», аналог B-21/H-20). Также есть обрывочные сведения о разработке гиперзвукового перспективного авиационного комплекса дальнего перехвата ПАК ДП (условно называемым МиГ-41). Таким образом, 2030-е годы принесут радикальное обновление парка ведущих ВВС, закрепив их технологическое лидерство.

В дальнейшем докладе представлена подробная характеристика военно-воздушных сил 21 страны — основных мировых держав — по состоянию на 2025 год, с разбивкой по структуре командования, численности персонала и техники, качественному состоянию парка и запасам вооружений. Дается сравнение ключевых боевых платформ, в том числе F-35, F-22, J-20, Su-57, Rafale, Eurofighter Typhoon, Gripen E, KF-21, TF-X, Su-35, J-10 °C, стратегических бомбардировщиков (B-21, H-6K/N, Tu-160M, Tu-95MSM), с указанием поколений, технических параметров, вооружения и стоимости. Приведены графики возрастной структуры флотов, темпов производства и интенсивности эксплуатации. Рассматривается боевая результативность авиации на основе реального опыта конфликтов и учений (включая показатели выживаемости и эффективности применяемого оружия). В заключение вводится рейтинговая оценка ВВС по пяти критериям: боевая эффективность, устойчивость к потерям, стоимость эксплуатации, технологический суверенитет и темпы модернизации, а также представлены сценарные прогнозы развития до 2030 и 2035 годов (базовый, ускоренный и стрессовый сценарии).

(Примечание: все финансовые данные приведены в постоянных долларах США 2025 г. Если точные количественные данные недоступны из открытых источников, даются оценки с указанием диапазонов и отмечено, что это оценочные величины.)

Аналитический материал подготовил ИИ «Маркиз» (ПРО) по просьбе подписчика:

Методология исследования и источники данных

Настоящее исследование опирается на систематический анализ открытых источников информации, включая ежегодные справочники военной авиации, официальные публикации оборонных ведомств, парламентские отчёты, материалы исследовательских центров и данные производителей авиационной техники. Основу статистических данных составили материалы ежегодного справочника FlightGlobal World Air Forces Directory 2025, содержащего детализированную информацию об авиационных парках 161 государства (сводные итоги приведены выше). Дополнительно привлекались данные авторитетного справочника IISS Military Balance 2025, особенно для параметров личного состава, структуры командований и оценок оборонных расходов, а также данные Ежегодника SIPRI 2025 по ядерным силам и стратегическим вооружениям (для стран, обладающих ядерными бомбардировщиками и средствами доставки).

Информация о текущих программах разработки и закупок, показателях боеготовности и оперативном применении авиации получена из официальных заявлений военного руководства (например, выступления министра ВВС США и начальника штаба USAF) и пресс-релизов оборонных ведомств различных стран. Детальные технические характеристики и стоимость эксплуатации ключевых образцов (F-35 различных модификаций, F-15EX, B-21 Raider, и др.) взяты из документации производителей (Lockheed Martin, Boeing, Northrop Grumman и др.), отчётов Счётной палаты США (GAO) и специализированной прессы (Air & Space Forces Magazine, Defense News, Aviation Week). Данные о российских самолётах (Су-57, Су-35С, Су-34 и др.) собраны из открытых российских источников — официальных заявлений ОАК, материалов Минобороны РФ, профильных авиационных порталов. Аналогично, сведения о китайской авиации (например, программы J-20, H-20, Y-20) получены из китайских государственных СМИ, аналитических обзоров западных экспертов (Janes, RAND) и публикаций Китайского института аэрокосмических исследований.

Для верификации количественных данных применялся принцип триангуляции: каждый ключевой показатель сверялся минимум по двум независимым источникам. При расхождениях приводится диапазон значений с пояснением причин разброса (различия методологии учёта, включение законсервированной техники, дата отсчёта и пр.). Контрольные даты данных: в большинстве случаев сведения о численности авиации актуальны на конец 2024 — начало 2025 гг. (поскольку именно к этим датам публикуются ежегодные справочники); бюджетные цифры на ФГ2024/2025; данные о перспективах — по состоянию на 2025 год. Стоимость приведена, где возможно, в долларах 2025 г. (с учётом инфляции) для сопоставимости.

Соединённые Штаты Америки (США): глобальное доминирование под давлением старения парка и бюджетных ограничений

Структура и руководство. ВВС США (United States Air Force, USAF) — крупнейшие и технологически наиболее оснащённые в мире. Организационно американские ВВС входят в Министерство ВВС (Department of the Air Force) и имеют сложную структуру из 10 основных командований (MAJCOMs). К ключевым относятся: Air Combat Command (ACC) — командование боевой авиации, Air Mobility Command (AMC) — командование военно-транспортной и дозаправочной авиации, Air Force Global Strike Command (AFGSC) — командование стратегической авиации (бомбардировщики и ядерное сдерживание), Air Education and Training Command (AETC) — учебно-тренировочное, Air Force Materiel Command (AFMC) — материально-техническое и др. Кроме того, США располагают отдельными родами авиации в других видах войск: авиация ВМС (палубная авиация ВМФ), авиация корпуса морской пехоты (КМП) и авиация сухопутных войск (армейская авиация). Совокупно все эти компоненты формируют самый мощный воздушный флот планеты. Численность личного состава USAF — около 325 000 военнослужащих (активный компонент) плюс ~140 тыс. резервистов и гардистов. Если учитывать все виды вооружённых сил, общее число военнослужащих, связанных с авиацией (ВВС, ВМС, КМП, Армия), превышает 500 000 человек.

Авиапарк и его состав. По данным FlightGlobal, на конец 2024 ФГ совокупный парк собственно ВВС США (USAF) насчитывал ≈5003 летательных аппарата всех типов, что даже меньше, чем 5286 годом ранее (наблюдается постепенное сокращение из-за выбытия старых машин темпами опережающими ввод новых). Вместе с авиацией ВМС (~2700 самолётов и вертолётов), КМП (~1200) и армейской авиацией (~4000, преимущественно вертолёты) общая численность военных летательных аппаратов США превышает 13 000 единиц.

Парк USAF делится на несколько категорий: боевые самолёты, специализированные, тыловое обеспечение, тренировочные и БПЛА. В категорию боевых входят истребители завоевания превосходства в воздухе, многоцелевые истребители, ударные самолёты и бомбардировщики. Их суммарно у ВВС (без ВМС/КМП) около 2027 единиц (на конец ФГ2024), из них в активном компоненте ~1430, в Национальной гвардии 503 и в резерве 94 машины. Основу тактической авиации составляют многоцелевые F-16 Fighting Falcon — около 900 единиц в боеготовом состоянии в строю (причём всего ВВС получали >2200 F-16 за историю, многие находятся на хранении). F-16 — относительно дешёвый и надёжный «рабочий конёк» американской авиации: несмотря на первый полёт ещё в 1974 году, благодаря постоянной модернизации (до версий Block 50/52 и новых F-16V Block 70/72) эти самолёты всё ещё эффективны. Средняя стоимость часа полёта F-16 °C — порядка $22,5 тыс., что делает его одним из самых экономичных в эксплуатации истребителей USAF.

Также в составе ВВС США ~450 тяжёлых истребителей F-15 различных модификаций. Это включает: устаревающие перехватчики F-15 °C/D (их осталось менее 100, они постепенно выводятся из состава), многоцелевые ударные F-15E Strike Eagle (~218 шт.) и новейшие F-15EX Eagle II (поставлено 8 на 2024 г., заказано всего 104 ед. для замены F-15 °C). Интересно, что показатели готовности у старых и новых F-15 отличаются радикально: например, MC-коэффициент F-15 °C в 2024 ФГ составил лишь 52,9%, тогда как у новейшего F-15EX — 83,13%. Это показывает эффект обновления парка: новые машины гораздо надёжнее. F-15EX оснащён современной РЛС с АФАР (AN/APG-82(v)1), продвинутой авионикой и имеет ресурс планера 20 000 лётных часов (против ~8-10 тыс. у старых F-15 °C). Стоимость F-15EX оценивается ~$94 млн за самолёт (Flyaway) — то есть дешевле, чем F-35A (~$78–82 млн), при том что F-15EX несёт рекордную боевую нагрузку до 13,6 тонн на 12 узлах подвески. Он способен вооружаться, например, перспективными гиперзвуковыми ракетами большой дальности или нести до 22 ракет «воздух-воздух» одновременно, что делает его ценным «носителем оружия» в дополнение к стелсам.

Важным компонентом является парк истребителей завоевания превосходства F-22 Raptor — единственных в мире серийных истребителей пятого поколения, стоящих на вооружении (до появления Су-50, J-20 и F-35 у других стран). Первоначально USAF получила 187 F-22, однако реально пригодных к боевым вылетам сейчас намного меньше из-за износа и каннибализации на запчасти. Как отмечалось, готовность F-22 упала до 40% — в среднем лишь ~75 самолётов из парка могут выполнять миссии в любой момент времени. Проблемы F-22 — сложности обслуживания (стелс-покрытие требует ~24 часов работ на каждый час полёта), отсутствие новых комплектующих (производство закрыто в 2011 г.), устаревание вычислителей. В 2025 г. ВВС вновь пытались вывести из состава 32 самых изношенных F-22, но Конгресс запретил снятие с вооружения Raptor по крайней мере до 2027–2028 гг. Боевой радиус F-22 — ~800 км на внутреннем топливе; он оснащён сверхманёвренными двигателями Pratt & Whitney F119 с режимом суперкрейсерского полёта (крейсерская скорость > M=1 без форсажа). Вооружение включает до 6 УРВВ AIM-120 и 2 AIM-9 в внутренних отсеках. F-22 остаётся грозной, но дорогостоящей и сложной в эксплуатации машиной (CPFH оценивается $60–70k).

F-35 Lightning II — центральный элемент модернизации тактической авиации США. Это многоцелевой малозаметный истребитель пятого поколения, разработанный международным консорциумом под управлением Lockheed Martin. Существует три основных варианта: F-35A (обычный взлёт/посадка для ВВС), F-35B (укороченный взлёт и вертикальная посадка для Корпуса морской пехоты) и F-35 °C (палубный для ВМС с усиленным шасси и складным крылом). По состоянию на конец 2024 г. совокупно США получили около 601 самолёта F-35 всех вариантов. Из них USAF эксплуатирует свыше 500 F-35A, КМП имеет 122 (F-35B/C) и ВМС — 41 F-35 °C. Планом предусмотрена гигантская закупка 2456 единиц F-35 для всех родов войск США до 2044 г., в том числе 1763 F-35A для ВВС, 353 °F-35B и 67 °F-35 °C для КМП, 273 °F-35 °C для ВМС. То есть F-35 станет доминирующим боевым самолётом США на ближайшие десятилетия. Уже сейчас F-35 интегрирован в 10 эскадрилий USAF, постепенно заменяя F-16 и A-10.

Однако, как отмечалось, операционная готовность парка F-35 оставляет желать лучшего: MC-rate ~51,5%. Причины — «болезни роста» новой системы: сложная логистика (дефицит запчастей, особенно двигателей Pratt & Whitney F135), задержки модернизации ПО. В 2024 году произошла крупная задержка: из-за проблемы с обновлением TR-3 (апгрейд вычислительной системы) десятки уже построенных F-35 не передавались заказчикам и хранились на заводе, ожидая сертификации софта. Только к 2025 г. поставки возобновились, но накопление отставания привело к тому, что Lockheed не выполнил план поставок. Впрочем, ожидается, что начиная с 2025–26 гг. программа наверстает упущенное. Цена одного F-35A продолжает снижаться: последние контракты (Lot 15-17) устанавливают стоимость около $78 млн за самолёт (! без двигателя!). Стоимость лётного часа постепенно тоже снижается (с >$60k в первые годы до $35k сейчас), но всё ещё выше целевого ориентира $25k. Программный офис F-35 оспаривает неблагоприятные оценки стоимости владения, указывая, что продление ресурса самолётов до 2070-х и постоянное расширение возможностей делают вложения оправданными.

На международной арене F-35 зарекомендовал себя весьма условно успешно: его выбрали к закупке 17 стран. Израиль стал первым, применившим F-35 в бою (выполнялись удары по целям в Сирии в 2018 г.), причём израильская модификация F-35I Adir содержит национальные системы РЭБ и связи. Япония закупает 147 °F-35A и 42 °F-35B, причём модернизирует вертолётоносцы класса Izumo под лёгкие авианосцы для F-35B. Великобритания получает 48 °F-35B (из 138 плановых) для ВВС и флота. Это обеспечивает США и союзникам колоссальный флот однородных стелс-истребителей, способный действовать скоординированно (через сеть ALIS/ODIN, обмен тактическими данными). В конфликтах последних лет F-35 демонстрирует условную эффективность: например, в учениях Red Flag 2025 пара F-35 подавила 100% целей ПВО «противника», выполнив подавление и уничтожение средств ПВО (SEAD/DEAD) с помощью новых ракет AGM-88G AARGM-ER. Ни один F-35 (из разных стран) не был потерян от враждебного огня за всё время эксплуатации, что также отражает его выживаемость.

Стратегическая авиация. ВВС США располагает тройкой стратегических бомбардировщиков. На 2025 г. в строю: 76 бомбардировщиков B-52H Stratofortress, 62 сверхзвуковых B-1B Lancer и 20 малозаметных B-2A Spirit. Все они достаточно старые (B-52 — 1960-х годов, B-1B — 1980-х, B-2A — 1990-х) и имеют невысокую техническую готовность (менее 50% MC). B-52H проходят программу модернизации: установка новых турбовентиляторных двигателей Rolls-Royce F130 (вместо старых TF33), обновление РЛС, что позволит продлить их службу до 2050-х годов. B-52 — носитель крылатых ракет AGM-86B, перспективно будет вооружён гиперзвуковыми системами типа AGM-183A ARRW (в разработке). B-1B выведены из ядерной роли и используются для обычных ударов, несут большой арсенал высокоточных боеприпасов (JASSM, JDAM и др.). Однако их готовность низка, из 62 машин исправны менее 30. B-2A — единственный в мире стратегический стелс-бомбардировщик — чрезвычайно дорог в эксплуатации (по некоторым оценкам, >$130k за час полёта). Он предназначен для прорыва самой мощной ПВО, способен нести 16 ядерных бомб B61 или B83 на внутренней подвеске. B-2 базируются только на Whiteman AFB, их количество постепенно сокращается (два потеряны в авариях).

На смену старым бомбардировщикам идёт программа Northrop Grumman B-21 Raider — стратегического бомбардировщика 6-го поколения (малозаметный «летающее крыло» с современной архитектурой). Первый прототип B-21 совершил полёт 10 ноября 2023 г.[2], второй летающий экземпляр поднялся в воздух в сентябре 2025 г. Построено уже не менее 6 планёров (часть ещё в сборке). B-21 планируется принять на вооружение около 2027–2028 гг., с развертыванием первой эскадрильи на базе Эллсворт (Южная Дакота). Минимальный заказ — 100 единиц, с перспективой увеличить до 150–200, заменяя постепенно B-1B и B-2 после 2030 г. Точные ТТХ B-21 секретны; известно, что он двухдвигательный, поменьше B-2, способен нести как ядерное, так и обычное вооружение, оснащён архитектурой с открытой программной архитектурой (для быстрой модернизации). Оценочная стоимость одного B-21 — $600–700 млн (в несколько раз дешевле B-2, который в ценах 1990-х стоил ~$2 млрд/шт). Raider станет ключевым элементом ядерной триады США в будущем.

Самолёты поддержки. ВВС США располагают самым большим в мире парком военно-транспортной и дозаправочной авиации. Стратегические транспортники C-17 Globemaster III — 222 единицы на вооружении (все построены до 2013 г., производственная линия закрыта). Они составляют основу переброски войск на большие дистанции. Также имеется ~280 тактических транспортников C-130 разных модификаций (149 современных C-130J Super Hercules и ~130 более старых C-130H, находящихся на постепенном списании). Коэффициенты готовности транспортников обычно выше, чем у боевых самолётов — многие достигают 75–90%, поскольку их эксплуатация приоритетна для ежедневной логистики. Сетевая структура глобальных военных баз США делает крайне важной флот летающих танкеров: старые KC-135 Stratotanker (в строю ~230 ед., средний возраст > 60 лет) и новые KC-46A Pegasus (поставлено ~70 из 179 заказанных). KC-135 обеспечивают основную массу дозаправок, но устаревают и вырабатывают ресурс, их MC-показатель ~66%. KC-46 страдает от «детских болезней» (проблемы с системой дозаправки RVS), его готовность ~61%, но постепенно улучшается. В перспективе, танкерный флот США обновится полностью на KC-46 и, возможно, беспилотные заправщики (в рамках программы MQ-25 Stingray ВМС и будущих решений для ВВС).

ДРЛОиУ и специальные самолёты. Компонент дальнего радиолокационного обнаружения — это E-3 Sentry (AWACS) на базе Boeing 707. У США 31 такая машина (модернизированные до E-3G), но их надёжность снижается, и начиная с 2027 г. начнётся замена на новые E-7 Wedgetail (на базе Boeing 737) — контракт на первые 2 уже заключён. Также ВВС США имеют парки самолётов радиоэлектронной разведки (RC-135V/W Rivet Joint — 16 ед.), радиоэлектронной борьбы (EC-130H Compass Call — 14 ед., постепенно заменяются на EC-37B), оптической и радиоразведки (OC-135, WC-135 и др.). Патрульные противолодочные самолёты — в ВВС отсутствуют (ими занимается ВМС, имеющие 117 новейших P-8A Poseidon).

Армейская авиация и вертолёты. Следует отметить, что за ВВС США не числится ударных вертолётов — вся вертолётная авиация распределена между армией (ударные AH-64, многоцелевые UH-60, тяжёлые CH-47) и Корпусом морской пехоты (ударные AH-1Z, конвертопланы MV-22, тяжёлые CH-53K). Однако ВВС эксплуатируют около 80 вертолётов (UH-1N, HH-60) для поисково-спасательных целей (CSAR) и обеспечения ядерных баз. Кроме того, у ВВС есть CV-22B Osprey (вертолёто-самолёты), около 50 ед., для спецопераций, но их готовность крайне низкая (~30% MC).

Беспилотные системы. На вооружении USAF состоят ударные БПЛА MQ-9A Reaper (около 240 ед.), которые широко применялись в Афганистане, на Ближнем Востоке и в Африке для ударов по наземным целям. MQ-9 способен нести до 4 ракет AGM-114 Hellfire или комбинированный боекомплект бомб GBU-12/38 и ракет. Также есть MQ-1 °C Gray Eagle (армейский вариант, ~75 ед.). Стратегические разведывательные БПЛА RQ-4B Global Hawk — 9 единиц в ВВС (ещё 3 у ВМС под названием MQ-4 °C Triton). Они патрулируют на высотах 18+ км до 30 часов, осуществляя радиолокационную и оптическую разведку на театре. RQ-4 крайне дорог (около $130 млн за ед.), их эксплуатация USAF признали слишком затратной, и к 2027 г. планируют снять часть с вооружения. Секретные разведывательные беспилотники — есть сведения о аппарате RQ-170 Sentinel (малозаметный БПЛА, состоящий на вооружении крылатых разведывательных эскадрилий, применялся над Ираном и Пакистаном). В 2019 г. был представлен прототип ударного беспилотника XQ-58A Valkyrie — недорогой реактивный дрон, способный действовать роями. Он рассматривается как кандидат на CCA. В целом США стремятся интегрировать беспилотники во все уровни операции — от стратегических (например, проекты RQ-180 для замены U-2) до тактических (микро-БПЛА для взводов).

Уровень подготовки и опыт. ВВС США обладают наиболее обширным боевым опытом среди всех стран: начиная с 1991 г. они регулярно участвовали в конфликтах (Ирак, Югославия, Афганистан, Сирия и др.), выполняли патрулирование бесполётных зон, удары по целям. Лётчики НАТО (США и союзники) традиционно налётывают 180–250 часов в год (в зависимости от специальности), что существенно выше, чем, например, у России или Китая (150 ч). Интенсивность боевого применения высока: так, за 20 лет кампаний в Афганистане и Ираке американская авиация выполняла тысячи самолёто-вылетов ежегодно, оттачивая тактику высокоточного удара. В среднем, по оценкам, каждый боевой самолёт USAF в мирное время совершает ~0,4 вылета в сутки (в расчёте на парк) в ходе учений и операционной деятельности. Это высокий показатель, указывающий на серьёзную эксплуатационную нагрузку.

Вооружение и запасы. США располагают огромным арсеналом авиационных средств поражения. Например, запас управляемых ракет «воздух-воздух» AIM-120 AMRAAM всех модификаций оценивается более чем в 10 000 единиц (производство ~180–240 шт в год продолжается). Имеется ~12 000 ракет ближнего боя AIM-9X Sidewinder Block II. Начинается производство перспективной дальнобойной ракеты AIM-260 JATM, предназначенной для замены AIM-120D — планируется накопить ~5000 AIM-260 к 2030 г. Для ударов по наземным целям на складах десятки тысяч управляемых бомб JDAM (наборы наведения для обычных бомб, ~240 тыс. комплектов произведено) и SDB (Small Diameter Bomb) калибра 113 кг (~38 000 ед. в запасе). Крылатые ракеты большой дальности: AGM-158 JASSM (~4200 ед.) и JASSM-ER (~1800 ед.) — дальность 370 и 980 км соответственно. Более новые противокорабельные AGM-158 °C LRASM (~450 ед., дальность ~900 км). Ранее планировалось поставить на вооружение гиперзвуковые планирующие боевые блоки AGM-183A ARRW, однако череда неудачных испытаний вынудила закрыть программу с последующим её пересмотром.

Ключевые базы и инфраструктура. На территории континентальных США у ВВС более 50 основных баз и десятки аэродромов. К важнейшим относятся: Langley (Вирджиния) — штаб командования ACC, Nellis (Невада) — центр боевой подготовки (там проходят Red Flag), Edwards (Калифорния) — испытательный центр, Minot, Barksdale — базы стратегической авиации, Hill, Eglin, Luke — базы тактической авиации (F-35), MacDill — штаб транспортного командования, Kadena (Япония), Spangdahlem, Ramstein (Германия) — крупные зарубежные авиабазы. Фактически США содержат глобальную сеть: более 800 аэродромов по всему миру пригодны к приёму американской авиации, из них свыше 100 — с постоянным присутствием.

Инфраструктура обеспечения: ВВС США имеют свыше 1000 ВПП длиной >2000 м по всему миру (учитывая союзников), что даёт небывалую стратегическую мобильность. Около 70% боевых самолётов размещены в ангарах-укрытиях (HAS) на основных базах, для защиты от удара. Имеется развитая система логистики и складов запчастей, хотя последние годы выявили уязвимости — в частности, протяжённые коммуникации делают американские базы за рубежом потенциальной мишенью для крылатых и баллистических ракет противника в случае конфликта. Для противодействия этому США развивают концепцию рассеянного базирования (Agile Combat Employment) — быстрая переброска небольших групп самолётов на оперативные аэродромы, использование гражданских аэродромов и шоссе при угрозе ударов (особенно в Тихоокеанском регионе, где китайские ракеты DF-17/21 представляют опасность стационарным базам).

Оценка боевой эффективности. ВВС США занимают 1-е место в мире по совокупной боевой мощи. Они обладают полноценным набором способностей: завоевание господства в воздухе, стратегические удары, проекция силы на глобальной дистанции, ядерное сдерживание с воздуха, масштабная дозаправка и воздушный транспорт. К достоинствам относятся: высокая выучка лётного состава (регулярные учения типа Red Flag, участие в реальных операциях), сетецентричность — способность различных платформ обмениваться информацией (например, F-35 может целеуказанием наводить ракеты, выпущенные с F-15 или кораблей), а также глубокий запас прочности — даже потеряв часть самолётов, США способны быстро компенсировать их силами союзников или развернув резервные эскадрильи.

Слабые места: сложность и дороговизна техобслуживания, устаревание значительной доли парка (всё ещё эксплуатируются самолёты 1960–70-х гг.), зависимость от глобальной логистики (которая может пострадать в конфликте с равным противником). Тем не менее, в рейтинге подиндексов ВВС США имеют высшие оценки по боевой эффективности (совокупная ударная мощь, опыт применения), устойчивости к потерям (разветвлённая структура, резерв, промышленность), и по темпам модернизации (быстро внедряют новые технологии — F-35, дроны, B-21). По технологическому суверенитету — условно высокий балл, так как США полностью контролируют производство всех ключевых систем (двигатели, авионика, оружие) как на территории своей страны, так и за рубежом. Единственный индекс, где США могут уступать, — стоимость эксплуатации, поскольку бюджетная нагрузка на поддержание огромного авиапарка очень высока (расходы на ВВС США — ~$200 млрд/год, больше чем военные бюджеты большинства стран) и отсутствие полного суверенитета, так как большинство компонентов современной авиации производится посредством партнерского сотрудничества и только частично представлены на территории США.

Кроме прочего у США имеется критическая уязвимость промышленной базы, а именно кризис редкоземельных металлов. Речь идет о критической зависимости от поставок редкоземельных металлов (РЗМ) из Китая, страны, которую Вашингтон официально определяет как своего главного стратегического соперника. Эта зависимость, о которой Пентагон предупреждал еще в 2015 году, превратилась в экзистенциальный кризис в октябре 2025 года, когда Пекин ввел беспрецедентные экспортные ограничения на РЗМ и высокотехнологичные магниты, фактически «взяв на прицел» американские производственные цепочки.

Современные американские вооружения насыщены редкоземельными металлами. Каждый истребитель пятого поколения F-35 Lightning II, основа будущей тактической авиации США и их союзников, содержит от 417 до 920 фунтов (около 417 кг) РЗМ, которые используются в его авионике, датчиках, системах наведения и радиопоглощающих покрытиях. Эти материалы незаменимы для производства высокоэффективных постоянных магнитов, которые являются ключевыми компонентами в двигателях, генераторах, системах наведения ракет, радарах и системах радиоэлектронной борьбы.

Действия Китая носят системный и стратегический характер. Пекин, контролирующий до 70% мировой добычи и более 90% переработки РЗМ, впервые применил так называемое «правило прямого иностранного продукта» (FDPR). Это означает, что экспортному контролю теперь подлежит любая продукция, произведенная за пределами КНР, если в ней используются китайские РЗМ или технологии их обработки. Более того, Министерство торговли Китая прямо заявило, что любые запросы на использование РЗМ в военных целях будут автоматически отклоняться. Это прямой удар по способности США производить и ремонтировать F-35, ракеты Tomahawk, системы ПРО THAAD и другую высокотехнологичную технику.

В ответ Вашингтон предпринял экстренные шаги по возрождению собственного производства. Однако масштаб проблемы колоссален: даже после выхода на полную мощность американские предприятия смогут производить в год столько же магнитов, сколько Китай производит за один день. Эта уязвимость означает, что в случае длительного конфликта США столкнутся с невозможностью быстро восполнять потери в самой современной технике, что напрямую влияет на их способность вести затяжные боевые действия высокой интенсивности.

Российская Федерация: ограниченные ресурсы и модернизация под санкционным давлением

Структура и руководство. Военно-воздушные силы Российской Федерации официально именуются Воздушно-космическими силами (ВКС), образованными в 2015 году путём слияния прежних ВВС и войск воздушно-космической обороны. ВКС подчиняются напрямую Министерству обороны РФ, Главком ВКС входит в Генштаб. Организационно ВКС делятся на три компонента: собственно ВВС (авиационные части тактической и дальней авиации), Силы противовоздушной и противоракетной обороны (земные и космические средства ПВО/ПРО) и Космические войска (орбитальные аппараты, раннее предупреждение о ракетном нападении). Оперативное командование авиацией осуществляется через объединённые командования в каждом военном округе (Западный, Южный, Центральный, Восточный) — фактически 4 армии ВВС и ПВО, плюс отдельное командование дальней авиации и транспортной авиации. Численность личного состава ВКС России — около 165 000 человек (оценка на 2025 г.), включая около 40 тыс. офицеров и 125 тыс. сержантов и солдат срочной/контрактной службы.

Общая численность и структура парка. Российские ВКС располагают вторым по величине авиационным парком в мире после США. По различным оценкам, общее количество военных летательных аппаратов в России — порядка 4270–4292 единиц (включая самолёты и вертолёты всех родов войск). Однако данные разнятся: FlightGlobal (конец 2024 г.) указывает 4292 (на 37 машин больше, чем годом ранее), альтернативные оценки (GlobalMilitary.net) дают 4270 на 2025 г. Есть и более низкие цифры (~3650), если считать только реально исправные и не включать законсервированную технику или не учитывать устаревшие типы на хранении. Разница связана с методологией подсчёта — часть советских самолётов числятся в инвентаре, но фактически не летают или находятся на базе хранения. Тем не менее, можно уверенно говорить о порядке ~4200–4300 активных летательных аппаратов в ВКС, из них боевых самолётов (истребителей, ударных, бомбардировщиков) — около 1300–1500. Для сравнения: китайских боевых самолётов ~2000, американских ~2500 (только ВВС).

Стратегическая доктрина и задачи. Российские ВКС ориентируются на оборону обширной национальной территории и сдерживание сильных высокотехнологичных противников через асимметричные меры. Концепция подразумевает интеграцию авиации с наземной и космической компонентой: ПВО страны считается одной из самых насыщенных и эшелонированных в мире (С-300, С-400, С-500, комплексы малой дальности). ВКС отвечают за ядерное сдерживание с воздуха (бомбардировщики с крылатыми ракетами могут нести ядерные заряды) и за нанесение ударов по критически важным объектам противника гиперзвуковым высокоточным оружием в рамках концепции «бесконтактной войны». Российская доктрина исходит из того, что прямое противостояние в воздухе с ВВС НАТО маловероятно на равных, поэтому упор делается на масштабное применение крылатых и гиперзвуковых ракет большой дальности по инфраструктуре врага и на прикрытие своей территории сильной ПВО. Тем не менее, Россия развивает и истребительную авиацию, стремясь удерживать хотя бы количественный паритет с соседями и локальное преимущество на отдельных направлениях (например, на западном — против ВВС восточноевропейских стран).

Боевой опыт и нынешние конфликты. С февраля 2022 г. ВКС РФ участвуют в широкомасштабном конфликте (СВО). Это крупнейшее применение российской авиации со времён СССР. СВО выявила ряд проблем: несмотря на подавляющее количественное преимущество, российская авиация не смогла добиться полного господства в воздухе над Украиной. Причины — мощная и мобильная украинская ПВО (наследие советских С-300, «Бук», а позднее и западные NASAMS, IRIS-T, Patriot), а также недостаточная оснащённость ВКС современными средствами SEAD (подавления ПВО). Альянс НАТО предоставляет Украине передовые системы противовоздушной обороны. В настоящее время Воздушно-космические силы России являются единственной военной силой, осуществляющей интенсивные боевые вылеты в условиях, когда задействованы самые современные системы ПВО и ПРО, предоставленные НАТО. За первые месяцы боёв Россия потеряла значительное число самолётов (по открытым данным, не менее 75 фиксированных крыльев: Су-25, Су-34, Су-30СМ, Су-35). В ответ ВКС изменили тактику: практически перестали углубляться в зону действия ПВО противника, перейдя к пускам ракет с расстояния (например, Су-34/Su-35 запускают управляемые бомбы и ракеты вне зоны поражения ЗРК). Широко применяются беспилотники для разведки и ударов (от тяжёлых типа «Орион» до барражирующих боеприпасов и БПЛА типа «Герань», представляющий из себя глубоко модернизированный вариант иранского Shahed-136). В результате численность парка формально незначительно сократилась — по данным Cirium/FlightGlobal, к концу 2024 г. потери полностью компенсированы поставками новых самолётов (например, идут поставки Су-34М и Су-35С), и официально FlightGlobal отражает небольшой рост на 37 самолётов за год. В среднесрочной перспективе РФ, вероятно, сделает выводы из этого опыта, усиленно развивая БПЛА, средства РЭБ и высокоточное оружие.

«Герань-3» — российский барражирующий боеприпас с турбореактивным двигателем. Скорость до 700 км/ч, дальность — 1200–2500 км, боевая часть до 500 кг. Оснащен спутниковой и ИК-ГСН, малозаметен для радаров. Применяется для ударов по стратегическим объектам.

Боевой самолётный парк. Наиболее современный и мощный серийный истребитель России — Су-35С. Это глубоко модернизированная версия платформы Су-27, относящаяся к поколению «4++». Имеет двигатели с управляемым вектором тяги АЛ-41Ф1С, радар с пассивной фазированной решёткой Н035 «Ирбис-Э» (диапазон обнаружения >350-400 км), современную авионику с возможностью сетевого взаимодействия. Су-35С может нести до 8 тонн боевой нагрузки, включая новые ракеты «воздух-воздух» большой дальности Р-77-1 и Р-37М. По состоянию на начало 2025 г., в ВКС получено около 110 Су-35С. Производство продолжается: в 2023–24 гг. были поставлены новые партии (известно о 4 партиях в 2025 г. с неразглашённым количеством). Су-35С зарекомендовали себя хорошо: например, в ноябре 2023 г. именно Су-35С впервые в боевых условиях сбил два украинских беспилотника Bayraktar TB2 ракетой Р-77-1 на дистанции ~100 км. Ресурс планера Су-35С — 6000 часов, предполагается модернизация до версии Су-35СМ в будущем, унифицированной по оборудованию с Су-57 (установка элементов БРЭО от Су-57, нового РЭБ «Гималаи» и пр.).

Су-30СМ/СМ2 — двухместный многоцелевой истребитель (наследник Су-27УБ с возможностями ударного применения). В строю порядка 110–130 таких машин. Они распределены между ВКС и авиацией ВМФ. Су-30СМ изначально оснащался радаром Н011 «Барс» (ЩРЛС), ведётся модернизация до стандарта Су-30СМ2 (установка двигателя АЛ-41Ф1С как у Су-35 и обновлённой электроники). Су-30 активно применяются для ударов по земле (несут корректируемые бомбы КАБ-500/1500, ракеты Х-29, Х-59) и для завоевания превосходства — хотя они уступают Су-35С по датчикам, но всё ещё грозны.

Су-34 — фронтовой бомбардировщик, двухместный самолёт с кабиной «рядом» и бронированной капсулой экипажа. Это основной российский бомбардировщик театра: может нести 8 тонн бомб и ракет, включая высокоточные (Х-29, Х-59М, КАБ-500 и новейшие планирующие бомбы УМПК). В строю ≈130 Су-34 разных модификаций. Новые поставки идут под обозначением Су-34М (улучшенная версия с новыми видами разведывательных подвесов и БРЭО). Су-34 получили боевое крещение в Сирии (2015–2017), а затем широко применяются на Украине для ударов планирующими бомбами с дистанции ~50+ км. Это надёжная платформа, но у неё нет средств самообороны против истребителей 5-го поколения, потому обычно Су-34 действуют под прикрытием истребителей.

МиГ-31БМ/БСМ — уникальный дальний перехватчик, модернизированная версия советского МиГ-31. В строю ~70 единиц. Его специализация — перехват высокоскоростных целей (крылатых ракет, бомбардировщиков) на большой дальности. МиГ-31 способен разгоняться до M=2,83 и нести сверхдальние ракеты Р-37М (дальность ~300 км). Также с 2018 г. часть (10–12 ед.) переоборудована в носители гиперзвуковых ракет «Кинжал» (Х-47М2) — это модификация МиГ-31К, несущая одну ракету под фюзеляжем. Кинжал (скорость ~М=10–12, дальность > 1000 км) предназначен для поражения особо важных целей, включая авианосцы. Х-47М2 на сегодня единственная в мире гиперзвуковая ракета, которая подтвердила свои характеристики в условиях интенсивных боевых действий.

Устаревающие типы. В строю всё ещё остаются некоторые истребители МиГ-29 (около 25–30 машин разных версий) и Су-27/Су-27СМ (~90 шт.), но они используются главным образом как учебно-боевые и для второстепенных направлений. Планируется их полный вывод к концу десятилетия, по мере поступления Су-30СМ2 и Су-35С. Штурмовики Су-25 различных модификаций активно применяются для непосредственной поддержки войск — в строю ~197 ед. Су-25, включая модернизированные Су-25СМ3 с продвинутым прицелом и РЭБ. Су-25 сыграли большую роль в первые месяцы конфликта 2022 г., однако, как и любой штурмовик, они уязвимы для ПЗРК; тем не менее продолжили активно летать (налёт некоторых машин превысил 100 вылетов).

Су-57 — первый российский истребитель пятого поколения (ПАК ФА). Разработан ОКБ Сухого, серийное производство началось в 2019 г. Контракт 2019 г. предусматривает поставку 76 Су-57 к концу 2027 г. Однако темпы производства были медленными: к концу 2023 г. поставлено лишь 12 серийных (плюс 10 опытных). На 2024 г. планировалось передать ещё 20 машин, но реально эта цифра может быть меньше. Оценочно, на начало 2025 г. в войсках 21–25 Су-57. Су-57 — многоцелевая платформа с технологиями малозаметности, оснащена новейшим комплексом бортового оборудования: АФАР-РЛС Н036 «Белка» (дальность >400 км по цели типа истребитель), оптико-электронная система кругового обзора, датчики обнаружения облучения. Вооружение Су-57 размещается во внутренних отсеках — до 4 УРВВ среднего радиуса или 2 сверхдальних. Также Су-57 может нести до 2 сверхманёвренных ракеты ближнего боя Р-74М. В перспективе будет вооружён новой ракетой Р-77М с АФАР-ГСН (аналог AIM-120D). Текущая версия Су-57 оснащается двигателями АЛ-41Ф1 (как у Су-35), но разрабатывается двигатель 2-го этапа «Изделие 30» — он должен обеспечить Су-57 высокий крейсерский сверхзвук без форсажа и улучшенную топливную эффективность. Су-57 уже успел проявить себя в конфликте на Украине. Это единственный самолет ВКС России, способный углубляться в оборону Украины, оставаясь незамеченным. Есть свидетельства, что системы «Патриот» не видят Су-57 на расстоянии дальше 100 км.

Главные препятствия для массовости Су-57 — санкции (трудности с электроникой) и экономические ограничения. Тем не менее, к 2030 г. планируется довести парк до ~70 машин (см. сценарии ниже).

Стратегическая дальняя авиация. ВКС РФ имеют три типа дальних бомбардировщиков: Ту-160, Ту-95МС и Ту-22М3. На вооружении состоят 15 единиц Ту-160 (из них часть модернизирована до стандарта Ту-160М). Ту-160 — сверхзвуковой ракетоносец с изменяемой стреловидностью крыла, способен нести 12 крылатых ракет Х-101 или Х-555 в бомбовом отсеке. Россия возобновила строительство новых Ту-160М2 — заключён контракт на 10 единиц, на Казанском авиазаводе собраны 2 новых машины (первый полёт нового Ту-160М — январь 2022). Ту-95МС — турбовинтовой стратегический бомбардировщик, один из символов холодной войны. Эксплуатируется 47 самолётов, все модернизированы до версии Ту-95МСМ (улучшенные двигатели НК-12МПМ, новая электроника). Ту-95 несёт до 6 крылатых ракет Х-55 или Х-101 на внешней подвеске (и 6 внутри на некоторых версиях). Несмотря на возраст (постройка 1980-х), эти «Медведи» остаются важным элементом сдерживания, способным барражировать часами. Ту-22М3 — дальний бомбардировщик (средний, не стратегический по договору) с изменяемой геометрией крыла. Имеется 59 машин, проходят модернизацию до Ту-22М3М (установка современной навигации, возможность применять новые ракеты, в т. ч. Х-32 дальностью ~1000 км). Ту-22М3 использовались в начальный период СВО для пусков старых свободнопадающих бомб (с большой высоты), что привело к потерям от ПВО. Позже их задействуют для пусков планирующих бомб УМПК и гиперзвуковых ракет «Кинжал» (несколько Ту-22М3 переоборудованы под Кинжал).

Для развития дальней авиации идёт проект ПАК ДА — перспективного бомбардировщика-невидимки. Предполагается дозвуковой самолёт по схеме «летающее крыло», способный нести как ядерные, так и обычные средства, с акцентом на малозаметность и длительное патрулирование. Детали засекречены; сообщалось, что макет готов и началась постройка прототипа, первый полёт ожидался ~2025–2026 гг., но вероятно сроки сдвинутся. ПАК ДА встанет в строй не ранее 2030-х и частично заменит Ту-95 и Ту-22М.

Военно-транспортная авиация. ВТА РФ насчитывает: ~120–150 тяжёлых транспортников Ил-76 разных модификаций. Из них новые Ил-76МД-90А (с двигателями ПС-90А) — пока 20 единиц (контракт на 39, производство в Ульяновске), остальное — старые Ил-76МД советского выпуска (часть прошла капремонт). Ан-124 «Руслан» — 9 единиц в ВКС (ещё несколько у гражданских компаний), это сверхтяжёлый транспортник (грузоподъёмность 120 т). Средние транспортники: устаревшие Ан-12 (около 20 в строю), Ан-26/An-30 (~40 шт.), которые вырабатывают ресурс. Для их замены разрабатывается Ил-276 МТА (совместно с Индией, проект буксует) и Il-112V (лёгкий на 5 т груза, первый прототип разбился в 2021 г., программа задерживается). Пока новых машин нет, поддерживают советские. Танкерная авиация: Ил-78/78М — 19 единиц, в т. ч. 3 новых Ил-78М-90А (контракт на 10). Российские танкеры в дефиците, что ограничивает дальность оперативного развёртывания тактической авиации.

Специализированные самолёты. ДРЛОиУ: Россия имеет 9 самолётов А-50У (модернизированные А-50 на базе Ил-76) и, возможно, 4 немодернизированных А-50. Они оснащены радиолокатором «Шмель», дальность обнаружения ~300 км, могут сопровождать до 50 целей. Идёт разработка нового комплекса А-100 «Премьер» на базе Ил-76МД-90А с РЛС с АФАР — первый лётный экземпляр испытывается, но сроки ввода сместились после 2024 г. РЭБ и разведка: В составе ВКС имеется около 73 специализированных самолётов радиоэлектронной борьбы и разведки, включая Ил-20М (радиотехразведка), Ту-214Р (оптико-электронная и РЛ разведка, 2 шт.), Ан-30Б (аэрофоторазведка, 6 шт.), самолёты РЭБ типа Il-22PP «Порубщик» (3 шт.). Также есть единичные воздушные командные пункты (Ил-80).

Вертолёты: ВКС формально объединяют и армейскую авиацию, поэтому общее число вертолётов РФ ~1430 ед., включая ~786 транспортных Ми-8/17, 328 ударных Ми-24/35, 115 Ка-52, 103 Ми-28, 44 тяжёлых Ми-26 и др. В 2020-е осуществляются поставки новых вертолётов: заказано 98 Ми-28Н/НМ, 170+ Ка-52/Ка-52М, 15 Ми-26, идёт модернизация Ми-24 до Ми-35М. В рамках ВКС вертолёты распределены по армейским бригадам и полкам в округах.

Беспилотные системы. Долгое время это было слабое место России, но опыт СВО стимулировал развитие. Теперь на вооружении сотни тактических дронов (типа Orlan-10, Элерон, Ланцет), несколько десятков ударных БПЛА Орион и Форпост. Крупнейший проект — тяжёлый ударно-разведывательный стелс-БПЛА С-70 «Охотник-Б». Его прототипы проходят испытания с 2019 г.: первый полёт состоялся 3 августа 2019 г. С-70 выполнен по схеме «летающее крыло», массой ~20 т, с внутренними отсеками оружия, скорость ~1000 км/ч, дальность ~4000 км. Планировалось начать поставки с 2024 г., но вероятно сдвигается. Интересный инцидент произошёл 5 октября 2024 г.: один из прототипов С-70, выполняя испытательный полёт с аэродрома Ахтубинск, потерял связь и отклонился в сторону линии фронта на Украине, после чего был уничтожен своим же истребителем Су-57 ракетой «воздух-воздух» во избежание потери аппарата. Обломки дрона частично достались противнику, что раскрыло некоторые технологии (например, использованные компоненты). Этот инцидент показывает, что С-70 ещё не является отработанной системой. Помимо него, ведётся производство лицензионных «Герань-2» (Shahed-136) и глубоко модернизированный «Герань-3». В войска поступает разведывательный БПЛА «Иноходец» (Орион) — уже ~7 комплексов (по 3–6 аппаратов) на 2023 г., и тяжёлый «Альтиус-РУ» (тоннаж ~5 т, аналог MQ-9) — 2 опытных получены для войсковых испытаний. В 2025 г. планируется создать ударный рой БПЛА — концепция, при которой десятки малых дронов одновременно атакуют (ранее испытано в Сирии). Таким образом, хотя РФ ранее отставала в БПЛА от США/Израиля, сегодня быстро наращивает потенциал, показывая передовые разработки.

Проблемы боеготовности. По официальным заявлениям, техническая исправность парка ВКС ~70%. Независимые оценки дают даже 48% Fully Mission Capable (FMC) и около 63% Partially MC. Санкции 2022–2025 гг. усугубили ситуацию: возникают «узкие места» — например, остро не хватает шин для самолётов (закупались импортные), запасных электронных блоков для авионики, высокопрочных подшипников и др. Иногда для поддержания боеспособности приходится снимать части с иных машин («каннибализация»). Особенно пострадали парки Су-30СМ и Ил-76 из-за прекращения кооперации с Украиной (двигатели Д-30) и западом. Тем не менее, критического спада не допущено: Россия активно импортозамещает критические компоненты, а также закупает иные через третьи страны (Китай, ОАЭ).

Вооружение и запасы. Российские ВКС располагают большими арсеналами советского наследия, а также современным оружием. Ракеты «воздух-воздух»: основной средней дальности — Р-77 (РВВ-АЕ) с АРГСН, дальность ~80 км. На 2025 г. произведено порядка 5000 ед. Р-77 разных модификаций. Новые варианты Р-77-1 (изд. 170-1) с дальностью ~110 км поступают с 2014 г., применяются Су-35С и Су-57. Дальних УР Р-37М (дальность 300 км, для МиГ-31 и частично Су-35) выпущено несколько сотен. Ближнего боя: Р-73 (ИЧ ГСН, ~3000 ед. на складах) и новая Р-74М (для Су-57, с двунаправленным даталинком). Управляемые бомбы и ракеты «воздух-земля»: тяжёлые ракеты Х-555/Х-101 (дальность 2000–5500 км) — ~500 ед., гиперзвуковые ракеты «Кинжал» — возможно 50–70 ед. произведено. Имеются сотни ракет средней дальности: Х-59, Х-29. Разрабатываются новые средства: гиперзвуковая планирующая бомба «Гром», малоразмерные планирующие УАБ. В 2022–25 гг. наладили производство комплектов планирующих модулей УМПК для обычных авиабомб ФАБ-500 — выпущены тысячи комплектов, что позволило конвертировать старые запасы в высокоточное оружие. Тактика массированных ударов по энергетике Украины в 2022–23 показала, что Россия способна израсходовать за один налёт десятки крылатых ракет, что подтверждает высокую оперативную готовность крылатых ракет. Однако их запас не бесконечен — по оценкам, за первый год было израсходовано ~2000 ракет, что привело к снижению резервов и необходимости замедлять темп применения. Особенность: Россия сохранила огромный запас неуправляемых боеприпасов (более 15 000 ФАБ-500, тысячи ракет С-8/С-13). Они применяются главным образом при отсутствии серьёзной ПВО у противника.

Ключевые базы и развертывание. На европейской территории РФ главные авиабазы ВКС: Липецк (центр боевой подготовки), Кубинка (авиация ВМФ и центр), Энгельс (стратегические бомбардировщики), Воронеж (Балтими) — истребители и бомбардировщики, Миллерово, Морозовск (Су-30/34), Крымские авиабазы (Саки, Бельбек — Су-27/30). На юге: Ахтубинск (ГЛИЦ испытательный), Морозовск (Су-34), Приморско-Ахтарск (Су-25). В Сирии — база Хмеймим (постоянное присутствие ~30 самолётов). В Центральном округе: Шайковка (Ту-22М3), Энгельс (Ту-160/95), Толмачёво (истребители). Восток: Хабаровск (Центральная Угловая), Черниговка (Приморье) — Су-35/30, Дзёмги (Комсомольск) — Су-35, Украинка (Амурская обл.) — Ту-95МС. Всего аэродромная сеть РФ включает ~130 аэродромов, из них около 50 активно эксплуатируются (с ВПП >2500 м). Многие старые базы законсервированы, что затрудняет рассредоточение в случае угрозы — большая часть авиации сосредоточена на 15 крупных базах. Укрытия имеются на ~70% этих баз (у СССР почти все фронтовые истребители базировались в капонирах). Новые укрытия строятся, например, в Острове (для Су-35) и Хотилово (для Су-57). В инфраструктуре существуют слабые места — ограниченная пропускная способность железных дорог для оперативной переброски авиационных частей, также есть определенный недостаток оборудования для обслуживания высокотехнологичных машин (как Су-57).

Оценка боевых возможностей. Российские ВКС обладают значительным (2-м в мире) количеством техники, однако качественно она неоднородна: лишь ~25% парка — современные образцы (поколение 4+ и 5), остальное — модернизированные советские конструкции. В бою против современной ПВО (как показал опыт Украины) фронтовая авиация РФ испытывает сложности. Тем не менее, ВКС способны наносить удары на стратегическую глубину — крылатые ракеты с Ту-160 и Ту-95 достают цели за тысячи километров. Боевая эффективность в локальных войнах (Грузия 2008, Сирия 2015–18) была высокой при отсутствии сильного противодействия. В конфликтах высокой интенсивности (Украина) эффективность ниже — за первые 3 месяца ВКС не смогли подавить все мобильные ЗРК противника. Устойчивость к потерям: Россия имеет ограниченный резерв пилотов и машин; по оценкам НАТО, потеря даже 10–15% современных самолётов существенно снижает потенциал. Производство новых идёт медленно, судя по всему, чуть выше замещающих темпов (условно, сколько потеряли, столько произвели) — за 2022–2023 гг. выпущено ~35 самолётов (включая учебные Як-130), что несоизмеримо с темпами возможных потерь в гипотетическом более масштабном конфликте со странами НАТО. Стоимость эксплуатации российской авиации ниже западной в абсолютных цифрах, но для экономики РФ это всё равно значительная нагрузка — военный бюджет ~$65 млрд (2023) при доле ВКС ~15–20%. Технологический суверенитет: на октябрь 2025 года Россия умеет производить многие ключевые компоненты (двигатели, планеры, РЛС), но сильно зависит от импорта микроэлектроники, который теперь затруднён; однако сохраняет полный цикл в ядерной триаде и ПВО. Темпы модернизации: с 2010 по 2020 г. ВКС обновились примерно на 70% по официальным данным, но далее прогресс замедлился из-за санкций. Предполагается точечное обновление (ввод Су-57, С-70, вертолётов) при общем сокращении из-за списания устаревших образцов.

В рейтинговом сравнении российские ВКС по боевой мощи занимают условно 2–3 место (споря с Китаем): у РФ меньше современного, но больше ядерных бомбардировщиков и опыта, чем у КНР. ВКС России единственные, у кого имеется опыт ведения боевых действий в зоне противодействия самого современного ПВО и ПРО. Устойчивость российских ВВС ниже, чем у США/НАТО, но выше, чем у других стран, благодаря глубине запасов советского оружия. Эксплуатационные издержки РФ ниже западных, тут РФ более эффективна. Технологическая независимость довольно высока — российские самолёты в основном отечественного производства, но узкое место — микроэлектроника. Темп модернизации в 2010-х был быстрый (по 50–60 новых боевых самолётов в год), однако к середине 2020-х замедлился (~20–30 в год); с учётом санкций этот индекс умеренный.

Китайская Народная Республика: стремительный рост парка и технологический рывок

Структура и руководство. Военно-воздушные силы Народно-освободительной армии Китая (PLAAF) вместе с морской авиацией ВМС НОАК переживают бурный рост. PLAAF подчиняются Центральному военному совету КНР, их организационная структура разделена по военным округам (точнее, боевым командованиям театров, ТВД): Восточный, Южный, Западный, Северный и Центральный. Каждый ТВД имеет своё командование ВВС. Кроме того, существует Командование авиации ВМС (палубная и береговая морская авиация) и отдельные роды типа сил ПВО/ПРО. Общая численность личного состава ВВС Китая — около 400 000 человек, что делает их крупнейшими по численности в мире. Это включает летчиков, техников, подразделения ПВО и обеспечения.

Общие количественные показатели. Точный размер китайского авиационного парка не раскрывается официально, оценки варьируются. По данным FlightGlobal 2024, совокупная численность военной авиации Китая — около 3309 самолётов (без учёта беспилотников). Из них боевых самолётов (истребители, истребители-бомбардировщики, штурмовики) — порядка 2000+ единиц. Китай также имеет большой парк транспортных самолётов, специальных (ДРЛО, РЭБ) и учебных — суммарно несколько сотен, и вертолётов (Армейская авиация НОАК — >1000 ед.). В то же время структура заметно молодеет: за 2010–2020-е годы Китай вывел сотни устаревших J-7 и Q-5, заменив их современными. Средний возраст китайского парка оценивается ~22 года (против 27 у РФ и 26 у США). Это результат агрессивной модернизации. Регионально, Азиатско-Тихоокеанский регион — в котором КНР доминирует — показал сокращение численности на 160 машин за 2023 г. (до 14 583), но это связано именно с списанием старья у Китая и других стран. В абсолюте же Китай каждую неделю ставит на вооружение новый самолёт — прирост качественный компенсирует количественные сокращения.

Фронтовая авиация: истребители и ударные самолёты. Shenyang J-16 — один из столпов PLAAF. Это многоцелевой истребитель поколения 4+ (аналог российского Су-30МК2, но с китайскими улучшениями). J-16 оснащён китайским радаром с АФАР (JL-10), современными авионикой и вооружением. По оценкам, произведено ~300–400 J-16, они заменяют старые бомбардировщики JH-7 и часть Су-30. J-16 способны выполнять задачи завоевания превосходства в воздухе (несут УР PL-15 дальнего боя) и ударов по земле (до 6 тонн бомб). Есть вариант J-16D — самолет РЭБ, оснащён контейнерами радиоэлектронной борьбы вместо части вооружения, предназначен для подавления ПВО (аналог EA-18G Growler).

Chengdu J-10 °C — лёгкий одномоторный истребитель поколения «4++». Это модификация J-10 с АФАР-радаром (Type 1474), двигателем WS-10B. J-10 °C дешевле J-16 почти вдвое, поэтому производится массово: оценочно 300+ единиц на 2025 г. J-10 °C составляет основу авиации ПВО НОАК и замещает старые J-7/8.

J-20A «Могучий дракон» — первый китайский истребитель 5-го поколения. Разработан Chengdu, принят на вооружение в 2017 г. Является двухдвигательным тяжёлым истребителем малозаметной схемы (аналог F-22 по концепции, но с уклоном в ударные задачи тоже). Количество J-20 стремительно растёт: если в 2021 было ~50, то к сентябрю 2025 г. подтверждено 300 машин в строю. Производство оценивается в 70–100 ед. в год, что выдающийся темп. J-20 оснащаются сначала двигателями российских поставок АЛ-31Ф, но с 2021 начали ставить китайский WS-10 °C (с форсажной тягой 14 т). В перспективе планируется двигатель WS-15 (тягой 18 т, для сверхкруизного режима), испытания которого идут. J-20 несёт внутри до 4 ракет PL-15 дальнего боя (дальность ~200 км) и 2 PL-10 ближнего боя. Применяется преимущественно как перехватчик и «охотник» за воздушными целями высокой ценности (ДРЛО, танкеры). Китайцы активно развивают тактику J-20: создана специализированная эскадрилья агрессоров на J-20 (имитирует самолёты противника в учениях). Отмечались случаи, когда J-20 осуществлял дерзкие полёты — например, в 2021 г. один J-20 прошёл на малой высоте вдоль побережья Тайваня, обнаружившись ПВО лишь в последний момент. Это демонстрирует его малозаметность и показывает психологическое давление на Тайвань.

В разработке находится второй стелс-истребитель — Shenyang FC-31 (J-35). Это средний истребитель массой ~18 т, внешне напоминающий F-35 (тоже двухдвигательный). Изначально FC-31 создавался для экспорта, но теперь адаптируется как палубный J-35 для авианосцев типа 003 (электромагнитные катапульты). Прототипы J-35 уже летают, ожидается, что серийное производство начнётся ~2026 г. J-35 позволит китайскому флоту получить настоящий палубный стелс-истребитель, дополняющий тяжёлые J-20 на берегу.

Китайские источники намекают также на проект истребителя 6-го поколения, но деталей мало, однако некие прототипы уже испытываются.

Фото полета предположительно, прототипа тяжелого китайского истребителя шестого поколения J-36

Предположительно, китайский прототип легкого истребителя шестого поколения J-50

Бомбардировочная авиация. В составе ВВС и авиации ВМС НОАК около 150–200 бомбардировщиков Xian H-6 различных модификаций. Это производные советского Ту-16 «Баджер», но глубоко модернизированные. Новейшие H-6K оснащены турбовентиляторными двигателями D-30KP2 (заимствованы из СССР) вместо старых турбореактивных, что увеличило радиус до ~3500 км. Они несут на внешней подвеске до 6 крылатых ракет CJ-10 (дальность ~1500 км) или противокорабельных YJ-12 (дальность 400 км, скорость M=3). Версия H-6N имеет полупотопленный отсек под фюзеляжем для подвески баллистической ракеты DF-21D или гиперзвукового аппарата — таким образом, H-6N способен выполнять роль носителя воздушно-пусковых баллистических ракет (аналог концепции «Авангард»). H-6N также может дозаправляться в воздухе (штанга на носу). Эти бомберы обеспечивают Китаю средство поражения корабельных групп (особенно авианосных) на дальностях 2000+ км — ключевой элемент концепции A2/AD в западной части Тихого океана. Несмотря на солидный возраст базовой конструкции, H-6K/N являются относительно недорогим способом содержать дальнюю авиацию. Новый стратегический бомбардировщик H-20 — проект, аналогичный американскому B-21. Предполагается малозаметный бомбардировщик большой дальности, дозвуковой, по схеме «летающее крыло». Оценочно, дальность H-20 составит 8000+ км без дозаправки, нагрузка 10+ тонн. Пока он не представлен публике. По слухам, прототип готов к испытаниям; разведданные США предполагали первый полёт около 2024 г., но подтверждений нет. Ввод H-20, ожидаемый к 2030 г., даст КНР возможность наносить удары по стратегическим целям на глубине территории США (при дозаправке) — фактически, завершит формирование собственной триады сдерживания (наряду с МБР и подлодками).

Военно-транспортная и вспомогательная авиация. Китай активно развивает транспортную авиацию, стремясь обеспечить проекцию силы. Xian Y-20 Kunpeng — тяжёлый транспортник собственной разработки (аналог C-17). Первый полёт — 2013 г., принят — 2016 г. Способен перевозить до 66 т груза (танк Type99 или 300 солдат). Оснащался сначала двигателями Д-30 (как у Ил-76), сейчас ставят свои WS-20 с тягой ~14 т. Построено около 70–80 Y-20, темп — ~15–20 в год, продолжается. Это существенно увеличило дальность переброски НОАК: например, Китай в 2020–21 перебрасывал на своих Y-20 помощь в Европу (во время пандемии) и войска на учения в Россию. На базе Y-20 создан танкер Y-20U (установлено оборудование дозаправки, хранит ~90 т топлива). Это критически важно для поддержки палубной авиации и истребителей над Южно-Китайским морем. Также, помимо Y-20, Китай имеет ~30 устаревших Ил-76 (куплены у России/Украины). Средние транспортники: Shaanxi Y-9 — аналог Ан-12, грузоподъёмность ~20 т, произведено ~35 ед. Y-9 стали базой для ряда специальных машин (ДРЛОиУ KJ-500, ПЛО KQ-200 и др.). Старые Y-8 (также производные Ан-12) — около 50 ед., применяются и в ВМФ. Лёгкие Y-7 (копия Ан-24) — ~30 ед., в том числе пассажирские для командования. Учебные самолёты: основным продвинутым учебно-боевым является JL-10 (он же L-15) — сверхзвуковой двухдвигательный, ~40 в ВВС и ~12 в ВМС. Базовая подготовка — CJ-6 (поршневой, копия Як-18) — >300 шт., заменяется постепенно на турбовинтовой JL-8 (K-8 Karakorum, совместная разработка с Пакистаном).

Специализированные самолёты и вертолёты. ДРЛОиУ: основа — KJ-500 (на базе Y-9) — ~15 ед. Отличается круглым диском АФАР (трёхсторонняя РЛС) на фюзеляже. Дальность обнаружения ~470 км, сопровождает 60+ целей. Также есть KJ-2000 — 4 шт. на базе Ил-76, с большой АФАР (похожий на израильский «Фалкон»). Планируется новый KJ-3000 на базе перспективного широкофюзеляжного транспорта. Патрульные ПЛО-самолёты: KQ-200 (Y-8Q) — 10–12 ед., с магнитометром MAD и противолодочными буями, несут торпеды Yu-7 — патрулируют моря вокруг Китая. РЭБ: до 8 самолётов типа Y-8GX/КJ- jammer с комплексами РЭБ для постановки помех (заметили над Тайваньским проливом). Разведывательные: ряд модификаций Y-9/Y-8 с фото- и радиоразведкой, а также Ту-154MD (небольшое количество для анализа радиосигналов).

Вертолёты: армейская авиация НОАК (не ВВС) имеет ~900 ударных и многоцелевых вертолётов (включая 280 ударных Z-10, 40 тяжёлых Z-8/18, 400+ многоцелевых Z-9/20). Морская авиация — ~100 противолодочных Z-18 °F и Z-9 °C. ВВС собственно вертолётов не имеют, кроме поисково-спасательных. В 2023 г. принят на вооружение тяжёлый вертолёт Z-20 (копия UH-60, 10 т класс) — поступает в армейскую авиацию массово.

Беспилотные системы. Китай — один из лидеров в сфере БПЛА. Имеется широкий спектр: от стратегических беспилотников-разведчиков до мелких квадрокоптеров. Средневысотные беспилотники большой продолжительности (MALE): семейство Wing Loong (Pterodactyl) — китайские аналоги MQ-1/MQ-9. Выпущены сотни, стоят на вооружении и активно экспортируются (более 10 стран). Они могут нести УРВД HJ-10 и бомбы AR-2. CASIC WZ-7 (Soaring Dragon) — высотный разведчик с размахом ~24 м, схож с американским RQ-4 (с дозвуковой скоростью). Принят на вооружение, летает над Южно-Китайским морем и Тайванем. CH-4/5 — другая линия MALE-дронов, тоже экспортные варианты (Ирак, Саудовская Аравия их применяли). Стелс-БПЛА GJ-11 — тяжёлый ударный беспилотник по схеме «летающее крыло», первый показан на параде 2019 г., вероятно проходит испытания. Будет нести оружие внутри, сравним с американским X-47B по концепции. Связка с пилотируемыми: Китай изучает и концепцию loyal wingman — например, могут создать беспилотную версию J-16 или малый сверхзвуковой дрон под управлением J-20. Особый экземпляр — WZ-8 — двухфюзеляжный БПЛА-разведчик с ракетным двигателем, запускаемый с самолёта H-6N на больших высотах. Он может развивать гиперзвуковую скорость (М=3–5) и вести разведку над удалённой территорией, возвращаясь на парашюте. Это уникальная китайская разработка, впервые продемонстрированная в 2019 г. — фактически беспилотный аналог самолёта-разведчика D-21 времён холодной войны.

Промышленность и технологические аспекты. Китайская авиационная промышленность объединена в корпорации AVIC (производство самолётов) и AECC (разработка двигателей). С конца 1990-х Китай прикладывает большие усилия для освоения всех технологий локально. Успехи налицо: производство планёров самолётов — на мировом уровне по объёму (КНР выпускает больше военных самолётов в год, чем любая страна, включая ~100+ истребителей, ~20 транспортников, десятки беспилотников). Внедрены цифровое проектирование (J-20 спроектирован полностью в 3D), автоматизированные линии (завод Chengdu оснащён роботизированными станками). Историческая трудность — двигатели — постепенно преодолевается: запущены в серию собственные турбины WS-10 Taihang (заменяют российские АЛ-31Ф на J-10, J-11), начаты испытания WS-15 (для J-20) и WS-18/20 (для транспортников). Остаются проблемы с надежностью и ресурсом — китайские двигатели пока служат 800–1500 часов до капремонта (против 4000–6000 у России и НАТО). Но прогресс очевиден. Электроника и датчики: Китай освоил АФАР-радары (на J-20, J-10 °C, J-16 стоят свои АФАР с ~1700 модулями), прицелы и тепловизоры, системы спутниковой навигации (Бэйдоу). Интеграция систем, ИИ (элементы интеллектуального помощника пилота) — всё это внедряется. При этом Китай остаётся зависимым от некоторых западных компонентов, но масштаб санкций против КНР пока не такой жёсткий, как против РФ, поэтому он имеет обходные пути к передовым чипам. Однако США ужесточают экспортный контроль — особенно на технологии, применимые в военных целях. Это стимулирует импортозамещение по-китайски: гигантские инвестиции в микроэлектронику (SMIC) и материалы. Себестоимость китайской техники ниже западной: оценивается, что J-20 обходится Китаю ~$100 млн за шт., J-10 °C — ~$40 млн, тогда как их аналоги на экспорт стоят существенно дороже. Поэтому КНР может позволить себе большие серии.

Ключевым асимметричным преимуществом Китая является его почти монопольное положение на мировом рынке редкоземельных металлов (РЗМ). На протяжении десятилетий Пекин целенаправленно выстраивал полную производственную цепочку — от добычи сырья (70% мирового объема) до переработки (90%) и производства конечных продуктов, таких как высокоэффективные магниты (93%). Это позволило КНР не просто доминировать на рынке, но и превратить РЗМ в инструмент геополитического давления, направленный на ослабление оборонного потенциала своих соперников.

В октябре 2025 года Пекин ввел жесткие экспортные ограничения, прямо запретив поставки РЗМ для военных нужд и установив контроль над продукцией, произведенной в третьих странах с использованием китайских материалов. Этот шаг является неотъемлемой частью китайской военной стратегии A2/AD (anti-access/area denial), но перенесенной в экономическую плоскость. Вместо того чтобы сбивать американские самолеты ракетами, Китай стремится не дать им сойти с конвейера, нарушая производственные цепочки на самом раннем этапе. Таким образом, промышленная мощь Китая используется не только для оснащения собственных вооруженных сил, но и для подрыва военно-промышленного комплекса США и их союзников.

Боевые возможности и рейтинг. ВВС Китая в последние годы вышли на 2-е место в мире по числу современных боевых самолётов (более 800 истребителей 4+/5). По интегральной мощи они догоняют РФ и локально превосходят её в Азиатско-Тихоокеанском регионе (особенно по части ВТА и БПЛА). Боевой опыт китайской авиации сильно ограничен — последний раз они воевали в 1979 г. (с Вьетнамом), но китайские пилоты набираются опыта через интенсивные учения (например, ежегодные Golden Helmet и совместные с Пакистаном). Налёт китайских пилотов оценивается ~200 ч/год для элитных частей, что больше, чем у РФ. В композиции сил есть дисбалансы: сильная часть — масса и количество (Китай может развёртывать сотни самолётов одновременно, наращивая вылеты), слабая — пока меньше боевой практики и неясно, как поведут себя китайские командиры в реальных боях. Тыловая обеспеченность на высоте: КНР строит тоннели и укрытия для самолётов, защищая их от внезапного удара. Базы на восточном побережье (напр. Чжухай, Нинбо, Цюаньчжоу) максимально насыщены средствами ПВО для прикрытия. В рейтинговых категориях боевая эффективность ВВС НОАК быстро растёт и может сравниться с российской, хотя уступает американской. Устойчивость к потерям — высокая, учитывая огромный мобилизационный ресурс (обучено много пилотов, промышленность готова восполнять технику). Стоимость эксплуатации — относительно невысокая (пилоты менее оплачиваемы, топливо субсидировано), Китай тут эффективнее Запада. Технологический суверенитет — средний-высокий: по многим критическим технологиям КНР уже самодостаточна, но есть уязвимости (двигатели, передовые чипы). Темпы модернизации — однозначно высочайшие: Китай за 15 лет совершил скачок с паритета с Тайванем до претензии на паритет с США в ряде областей. К 2030 г. Китай может выйти на первое место по числу боевых самолётов 5-го поколения (план ~500 J-20 + J-35).

В целом, китайские ВВС являются грозной силой в своем регионе (Восточная Азия) и стремительно расширяют зону дальности — через появление стратегических бомбардировщиков, танкеров и транспортников. Их стратегия — «A2/AD» (anti-access/area denial) — создаёт вокруг Китая зону, опасную для сил США и их союзников, с насыщенным покрытием дальними ЗРК, ПКР и авиацией. На карте такие зоны (радиус действия С-400/HQ-9, DF-21D) простираются на 1500–2000 км от побережья Китая, закрывая Тайвань, Южно-Китайское море и подходы к ним. ВВС Китая готовы действовать внутри этой «бабочки» под зонтиком своей ПВО, что создаёт трудности для потенциального противника.

Франция: технологическое лидерство в Европе и глобальные проекции силы

Структура и численность. Военно-воздушные и космические силы Франции (Armée de l’Air et de l’Espace, AdA) — одни из самых высокотехнологичных в Европе. После реорганизации 2020 г. к ним перешла ответственность и за военные космические операции. Личный состав — около 40 500 человек (включая ~5500 офицеров). Авиация французского флота (Aéronavale) — отдельная структура ВМС (~6500 чел., около 200 летательных аппаратов, включая палубные самолёты). Франция уникальна тем, что обладает полным циклом разработки и производства боевых самолётов — компания Dassault Aviation выпускает собственные истребители, а Safran — двигатели к ним, Thales — электронику. Это обеспечивает Парижу стратегическую автономию: французские ВВС не зависят от импорта боевых платформ и могут вести независимую внешнюю политику.

Боевой авиапарк. Основу составляет Dassault Rafale — многоцелевой истребитель поколения «4++». Rafale разработан с учётом опыта «Еврофайтера», отличается всепогодностью и универсальностью. Варианты: одноместный Rafale C и двухместный Rafale B для ВВС, а также палубный Rafale M для ВМС. На 2024 г. на вооружении французских ВВС ~102 Rafale B/C и у флота 42 Rafale M. Они постепенно заменили устаревшие Mirage 2000. Rafale способен выполнять широкий спектр задач: воздушный бой, удар по наземным и морским целям, ядерный удар (несёт тактическую ЯБП ASMP-A). Оснащён РЛС с АФАР Thales RBE2-AA, современной оптико-локационной станцией и интегрированной системой РЭБ SPECTRA, которая обеспечивает исключительную выживаемость (Rafale способен самостоятельно детектировать и глушить радары ПВО). Максимальная боевая нагрузка — 9,5 т на 14 узлах подвески. На практике Rafale несут обычно 4 ракеты «воздух-воздух» MICA + 2 тяжелые бомбы или 4 лёгкие, плюс подвесные баки. Дальность боевой без дозаправки ~1850 км, с дозаправкой может патрулировать 6–8 часов. Коэффициент готовности Rafale — порядка 70–75% (выше у новых F3R, ниже у ранних). Это хороший показатель для сложного самолёта. Для повышения боевых возможностей планируется оснащение Rafale ракетами большой дальности Meteor (введена с 2022 г.), что позволит поражать цели на 100+ км (первый в Европе со сверхдальней УР).

Другой составляющий элемент — парки старых Mirage 2000: в составе ВВС осталось около 30 Mirage 2000D (ударная версия, носитель тактических ЯБП) и около 12 Mirage 2000-5 °F (истребитель ПВО). Они постепенно снимаются с вооружения (Mirage 2000 °C уже выведены). Mirage 2000D будут модернизированы (программа MLU) до 2025 г., после чего тоже уйдут с приходом новых Rafale F4. В 2022 г. французы располагали 55 Mirage 2000D, но часть продали или списали. Учебно-боевые: основным спарком выступает Alpha Jet E (создан в 1970-е, сейчас ~80 в строю, будет заменён с 2027 г. на PC-21 и М-345 HET).

Стратегические и специальные самолёты. У Франции нет стратегических бомбардировщиков (роль стратегического сдерживания несут подлодки). Однако ВВС имеют самолёты-заправщики KC-135FR (до 2021 г. — 11 шт., ныне заменяются) и новые A330 MRTT Phénix — закуплено 15, на 2025 в строю 12. Они обеспечивают глобальный разлёт Rafale (с поддержкой дозаправок Франция перебрасывает истребители на океанские базы). ДРЛОиУ: 4 самолёта E-3 °F Sentry AWACS (Boeing E-3 адаптация), будут заменены после 2030 на E-2D Advanced Hawkeye или др. — пока модернизируются. Транспортные: 18 такт. транспортников C-130H/J (2 из них — танкеры KC-130J для сил спецопераций), 27 CN-235, 8 C-160 Transall (вып. из эксплуатации), и главное — A400M Atlas: заказано 50, получено 21. A400M стал краеугольным: грузоподъёмность 37 т, скорость близкая к реактивной (781-802 км/ч), способен садиться на грунт. За счёт A400M Франция может оперативно перебрасывать силы в Африку (операции «Бархан» в Сахеле).

Вертолёты: ВВС эксплуатируют 10 тяжёлых SA330 Puma (в основном поисково-спасательные), 8 H225M Caracal (спецназ и CSAR), несколько лёгких Fennec для ПВО баз. Основной ударный вертолёт страны — Tiger HAP/HAD (у Сухопутных войск, 67 ед.). Морская авиация — 35 NH90, 14 Panther, 15 Alouette III.

Вооружение авиации Франции: УРВВ — MICA (дальность 60 км, с 2020-х — MICA-NG обновлённая) на вооружении Rafale; METEOR (до 100+ км, всеракурсная) — интегрируется; ближнего боя — Magic II устарели, заменены MICA-IR. УР «воздух-поверхность»: ASMP-A — авиационная ядерная ракета (~54 ед. для ВВС, дальность 500 км, 300 кт БЧ); SCALP-EG (Storm Shadow) — дозвуковая КР, дальность ~250 км, ~500 кг БЧ, применялась в Сирии (есть ~50 на складе); AASM Hammer — семейство высокоточных бомб (125, 250, 500, 1000 кг) с модулем GPS/инфракрасным — основное средство ударов; Exocet AM39 — ПКР для авиации (несут Atlantique и вертолёты). Управляемые бомбы Paveway есть, но Франция предпочитает свои AASM. Ракеты «воздух-рад.локация»: есть немного американских AGM-88 HARM (купили 18 шт.), но в целом ставка на SCALP для SEAD. Боеприпасы: Франция имеет ограниченный запас (порядка нескольких сотен) высокоточных ракет и бомб — оперирует малым числом высокоэффективных вылетов, а не массированными авиаударами.

Учения и опыт. Франция активно задействовала ВВС в собственных СВО: в 2011 — Ливия (операция «Harmattan»: Rafale и Mirage 2000D нанесли сотни ударов, ни одна машина не потеряна), 2013 — Мали («Serval»: подавление боевиков при минимальном противодействии), 2014–2021 — Ирак/Сирия («Chammal»: часть коалиции против ИГ, Rafale с базы в ОАЭ и на авианосце били по целям). Везде французские ВВС проявили высокую точность и профессионализм. Их налёт — один из самых высоких в НАТО: пилоты истребителей ~180–200 ч/год, танкиров ~250, транспортников ~300. Регулярно участвуют в учениях с США (Red Flag, Atlantic Trident). В 2018 Rafale успешно провели учение «Mace» против F-22 (условно считались сбитыми с соотношением 1:1 в ближнем манёвренном бою, что говорит о высоком классе Rafale). Готовность техники во французской авиации традиционно высокая: в 2022 г. Rafale имели ~82% MC, Mirage 2000D ~50% (старые). Заметный нюанс — ограниченный парк означает, что даже небольшие потери (5–6 самолётов) будут чувствительны. Например, Франция имеет только 1 авианосец с 30 Rafale M — потеря пары при боевых действиях сильно ударит по морской авиации.

Оценка и рейтинг. Французские ВВС считаются самыми боеспособными в ЕС. Боевая эффективность: очень высока в локальных конфликтах (отличная подготовка, современное оружие), но ограниченная численностью — Франция может поддерживать один-три те́атра одновременно (Африка, Ближний Восток), но не глобальную войну с равным соперником в одиночку. Устойчивость: умеренная — потери восполнить трудно (Rafale производят 1 в месяц), резерв небольшого масштаба. Стоимость эксплуатации: высока, но Франция умеет оптимизировать расходы (каждый Rafale летает меньше часов, чем F-16 США, но поддерживает квалификацию пилотов через симуляторы и т. д.). Технологический суверенитет: максимальный в ЕС — Франция сама делает и самолёты, и двигатели, и ракеты (MBDA — французско-брит. консорциум, делающий Meteor, Scalp). Темпы модернизации: стабильные — переоснащение на Rafale заняло 15 лет, но к 2030 Франция выйдет на 100% современный парк. Франция — инициатор проекта истребителя 6-го поколения FCAS совместно с Германией и Испанией, планируемого к 2040 г. Однако недавно возникли трения с немцами по распределению работ. Тем не менее, пока FCAS продвигается: Dassault — лидер по самолету, Airbus — по системам. Вполне вероятно, Франция сохранит место ведущей авиационной державы Европы и к 2035 г. будет иметь эскадрильи беспилотников-ведомых и другие передовые решения.

Германия и Великобритания: евроатлантические союзники с общими платформами и разными приоритетами

ФРГ (Luftwaffe). ВВС Германии после конца холодной войны существенно сократились, но остаются одними из самых технологичных в НАТО. Численность личного состава ~27 000 чел. Авиапарк на 2025 г.: около 225 боевых самолётов. Основу составляют истребители Eurofighter Typhoon — 140 шт. (Tranche 1–4) на вооружении. Typhoon — многоцелевой 4+ поколения, Германия использует их преимущественно для ПВО и перехвата. Вооружены УРВВ IRIS-T и METEOR (с 2021 г.). Ударные возможности Typhoon ФРГ ограничены, т. к. долго не интегрировались высокоточные бомбы (теперь уже интегрированы GBU-48).

Бомбардировщики Tornado — стареющие, осталось ~90 ед. (версия IDS — тактический ударный, и ECR — РЭБ/SEAD). Tornado IDS выполняют роль носителей ядерных бомб B61 по программе НАТО (миссия «ядерного обмена» — nuclear sharing), размещены на базе Бюхель. Их средний возраст >35 лет, готовность низкая (35 MC). Германия приняла решение снять Tornado до 2030 г., заменив их частично новыми F-35A (заказано 35 единиц в 2022 г. специально для ядерной роли). Также бундеслюфтваффе приобретают 15 Typhoon ECR SEAD (специальная версия для замены Tornado ECR). Специализированные средства: у Германии 4 самолёта A400M Atlas (всего заказано 53, поступило 40+, но несколько передано Англии и Франции в рамках обменов), 3 A330 MRTT (совместно с Нидерландами), 4 ДРЛО Boeing E-3A (в составе интегрированного НАТО AWACS). В 2020 г. заказаны 5 Boeing P-8 Poseidon для морской разведки (замена P-3С).

БПЛА: планировались EuroMALE совместно с Францией, но пока в стадии проектирования; есть несколько Heron TP (арендуемых у Израиля). Готовность техники в Люфтваффе — проблема: Typhoon в среднем 65% MC, Tornado ~40%. Причины: недостаток запчастей, бюджетные ограничения 2010-х. Однако с 2022 г. Германия объявила программу 100 млрд евро на перевооружение, часть пойдёт на авиацию (закупки F-35, вертолётов CH-47 °F). Боевой опыт ограничен: немецкие самолёты после 1990х участвовали только в операции Сирии (присылали Tornado на разведку, без ударов). Подготовка лётчиков хорошая (~150 ч/год), но не топовая из-за сокращений.

RAF (Великобритания). Королевские ВВС Британии — старейшие независимые ВВС, ныне одни из самых сбалансированных. Персонал ~33 000 чел. Авиапарк: ~250 самолётов (реактивных). Боевое ядро — Typhoon FGR4 — 137 ед. (на 2025 г.). Британские Typhoon многоцелевые: могут нести УР «воздух-воздух» ASRAAM и Meteor, а также высокоточные бомбы Paveway IV и крылатые Storm Shadow, Brimstone (противотанковые). Британские Typhoon активно применялись (миссия Baltic Air Policing, Сирия, а также удары в Ираке). F-35B Lightning II — Британия получила 30 из 48 заказанных к 2025 г. Они входят в состав как RAF, так и авиации флота (совместные эскадрильи), базируются на авианосцах Queen Elizabeth. F-35B расширяют возможности удара в дальних регионах (например, в 2021 авианосная группа совершила развёртывание в Индо-Тихоокеанском регионе с 18 °F-35B на борту). Бомбардировщиков у Британии нет (последние V-бомберы сняты в 1980-х). Специальные самолёты: RAF имеет 3 RC-135W Rivet Joint (радиоразведка), 6 E-7A Wedgetail на заказе (заменят устаревшие E-3D AWACS, которые выведены к 2022). Транспорт и заправка: 8 C-17, ~20 A400M Atlas, 14 Voyager KC2/3 (A330 MRTT). Эти силы позволили Британии эвакуировать 15 тыс. чел. из Кабула в 2021 г.

Патрульные ПЛО: 9 новейших P-8A Poseidon (уже поставлены) — важны для защиты от подлодок вокруг Британских островов. Вертолёты: состоят на вооружении армии и флота, RAF имеет только поисково-спасательные. Боеготовность: Typhoon ~70% MC, F-35B — переменно (в 2020 ~50%, к 2025 ожидается 70% после решения проблем). Опыт: RAF непрерывно участвовали во всех операциях НАТО: от Косово 1999 (Tornado) до Ливии 2011 (Tornado, Typhoon), Сирии 2014–19 (Tornado, Typhoon). В 2018 британские F-35B нанесли первый боевой удар (по ИГИЛ). Лётчики RAF — среди самых подготовленных (180+ ч/год), RAF славятся сильной школой ближнего манёвренного боя (на учебных ACM они на равных с американцами). Перевооружение: на 2025 г. Британия запланировала довести заказ F-35 до 74 машин (возможно 138 позже), сохранить 7 эскадрилий Typhoon (будут модернизированы до стандарта P4E с новым радаром ЭСКАН). Индекс технологической независимости: Британия сильно зависит от США (F-35, Poseidon), однако участвует в GCAP/Tempest — проекте 6-го поколения вместе с Италией и Японией, стремясь сохранить аэрокосмические компетенции. Сценарии: RAF достаточно малы по числу, но высокоэффективны. В конфликте средней интенсивности (напр., против страны 3 мира) RAF способны действовать самостоятельно; против равного — только в составе НАТО.

Оценка (Германия и Британия). Обе страны — столпы европейской безопасности, но Великобритания имеет более экспедиционные и сбалансированные ВВС (способны к проекции силы через авианосцы и глобальные базы, как Фолкленды, Кипр), тогда как Германия больше сфокусирована на обороне Европы. По боевой эффективности RAF выше (больший опыт, F-35 с малозаметностью), Люфтваффе отстаёт из-за политических ограничений и устаревших Tornado. Устойчивость к потерям у обеих критическая (парки небольшие, промышленность не способна быстро штамповать замену). Стоимость — у Германии относительная эффективность ниже (сложности с техобслуживанием Typhoon, высокие затраты), британцы немного оптимальнее (они поделили расходы на Typhoon с партнёрами, а F-35 — вообще глобальная программа). Технологический суверенитет: оба критически зависят от международных партнёров (Eurofighter — консорциум, F-35 — США). Хотя Британия имеет BAE Systems — технологического гиганта, всё же ядро — совместные разработки. Темпы модернизации: после 2010 г. Германия тормозила, сейчас ускоряется (заказ F-35 и F-15?), Британия стабильно модернизирует (ввела F-35, P-8).

В сумме, Великобритания входит в топ-3 ВВС НАТО (после США и Франции), Германия несколько позади. Однако обе активно участвуют в развитии следующего поколения: GCAP (Tempest) — у Британии лидерство, Германия — FCAS с Францией. К 2035 г. эти программы определят их места.

Другие европейские державы: Италия, Испания, Швеция — кооперация и нишевые возможности

(Ниже кратко рассмотрены ВВС ряда европейских стран, имеющих заметный потенциал.)

Италия: консорциальный партнёр с растущими амбициями

Aeronautica Militare Italiana (AMI) насчитывают ~43 000 персонала. Италия эксплуатирует современный смешанный парк, включая EF-2000 Typhoon (92 самолёта в строю, план ~110) и F-35 Lightning II. Италия — одна из немногих стран, имеющих как F-35A (наземный, 15 шт. получено из 60 заказанных), так и F-35B (версия с укороченным взлётом, 3 получено из 30 планируемых, для авианосца Cavour). Таким образом, Италия обеспечивает свою морскую авиацию самолётами 5-го поколения. Typhoon выполняют задачи ПВО (несут Meteor, Iris-T) и ударов по земле (итальянцы интегрировали Litening и бомбы GBU). Ударная авиация: до 2022 г. служили штурмовики AMX International (итало-бразильские, ~35 шт., все выведены). Также Италия имела Tornado IDS/ECR — остаются ~60 ед., но их заменяют F-35A/B (полностью выведут к 2027). Специальные: 2 самолёта ДРЛО G550 CAEW (израильский комплекс Phalcon), 4 танкера KC-767A (Италия — один из пионеров этого танкера, на базе Boeing 767). Транспорт: 12 °C-130J, 12 °C-27J Spartan (многоцелевые, итальяно-американский самолёт).

Вертолёты: Army и Navy, AMI имеет только SAR AW139. Подготовка: Италия — центр НАТО по пилотажу, эксплуатирует учебные М-346 (18 шт., продвигает их на экспорт). Отличие Италии — мощная авиапромышленность (Leonardo), участие во всех европрограммах. Италия — ключевой партнёр Tempest, наряду с Британией. Боевой опыт: итальянские Tornado бомбили Сербию в 1999 и Ливию 2011, развёртывали Typhoon в Балтике. Готовность: Typhoon ~70%, Tornado ~50%. Роль: Италия сочетает европейскую кооперацию с самодостаточностью — имеет свои ракеты Aspide, управляющие бомбы, поддерживает ядерную роль через B61 на своих Tornado (в НАТО sharing).

Испания: атлантико-европейская ориентация с ограниченными ресурсами

Испанские ВВС (Ejército del Aire) — средние по размеру, персонал ~21 000. Парки: EF-18 Hornet (версия F/A-18A), закупленные в 1980-е, ~65 шт. в строю, подверглись модернизации (MLU). Они — рабочая лошадка: способны на ПВО (AIM-120 AMRAAM), удары (JDAM, IRIS-T). Но износ очень большой, требуется замена. Eurofighter Typhoon — Испания получила 73 (Tranche 1-3A), эксплуатирует ~57 (Tranche1 будут заменены на Tranche 4 заказанные 20 ед. в 2022). Typhoon — основной истребитель ПВО (база Морон и Альбасете). Прочее: 4 палубных AV-8B+ Harrier в морской авиации (с десантного корабля Juan Carlos I) — будут заменены F-35B, вероятно закупят 12–15. Транспорт: 14 °C-295, 5 A400M (заказ 14), 9 °C-130H (выведены к 2020). Заправщики: 3 A330 MRTT (заказаны, поставка 2024). Учебные: около 60 CASA C-101 (устаревшие, заменяются на Pilatus PC-21). Опыт: испанские EF-18 действовали в Югославии (воздушная полиция) и Ливии 2011 (патруль, без ударов). Сложности: бюджет ограничен, многие Hornet старые (30+ лет). Готовность: Typhoon ~65%, EF-18 ~45-55%. Перспектива: Испания — младший партнёр в FCAS (10% работ), надеется заменить Hornet на новый истребитель к 2035. На переходный период купили доп. Typhoon. В общем рейтинге — Испания ниже Франции/Британии в НАТО.

Швеция: нейтральный инноватор, вступающий в НАТО

Её авиапарк технологичный. Saab JAS-39 Gripen — национальный многоцелевой истребитель, ~94 на вооружении (из них 71 модернизированы C/D и 23 новейшие E). Gripen — лёгкий, дешёвый в эксплуатации (CPFH ~$8000), оптимизирован для операций с шоссе и быстрой рассредоточенной поддержки. Вооружён Meteor, Iris-T, способен нести AGM-65 Maverick, KEPD 350 Taurus. Истребители старых поколений (Viggen) выведены в 2005 г. Транспорт: Швеция эксплуатирует 8 °C-130H, нескольких бизнес-джетов для радиоразведки (Gulfstream с комплексом FRA). Вертолёты: 15 NH90 (HKP14), 20 UH-60M (Черные Ястребы — для войск, но в межвидовом подчинении).

Особенности: шведы уделяют внимание ПВО с земли (их ЗРК BAMSE, RBS-70NG). Боеготовность: Gripen известен высокими показателями — до 80–90% на учениях, однако из-за сокращения финансирования было падение до ~70%. Опыт: Швеция не воевала 200 лет, но участвовала в бомбежках НАТО (Gripen наносили удары в Ливии 2011 году). Экспорт: Gripen зарекомендовал себя (продан в Венгрию, Чехию, Бразилию). В 2024 году Швеция официально вступила в НАТО. Промышленность: Saab — гордость страны, они оставили полный цикл (кроме больших двигателей — стоят GE F414). Швеция также делает АФАР-радары, РЭБ (поделилась с Великобританией, Италией для Tempest). Оценка: по боевому потенциалу Швеция способна закрыть своё небо (94 Gripen, +64 Patriot PAC-3), но для проекции силы за границы — ограниченно. Рейтинг: очень высокие показатели технологической независимости и стоимости эксплуатации (Gripen — один из самых экономичных), боевой эффективности — как для малой страны отлично, устойчивость — ограничена масштабами (потеря 10 самолётов — -10% флота), темп модернизации — стабильный: разрабатывают дроны для роя, новые ракеты.

(Примечание: Кроме этих стран, в Европе заметны также ВВС Польши (небольшие, но быстро растут — заказаны F-35A и FA-50), Греции (130 боевых, модернизируют F-16 к Viper и получили Rafale) и Турции — она рассмотрена отдельным блоком далее вместе с другими регионами).

Ближний Восток и Азия: региональные воздушные силы и их особенности

В этом разделе суммируем характеристики ВВС оставшихся из списка стран: Израиль, Индия, Южная Корея, Турция, Саудовская Аравия, ОАЭ, Пакистан, Иран, Южная Корея, Канада, Австралия — каждая имеет свои нюансы. (Для краткости сгруппируем схожие моменты.)

Израиль (ЦАХАЛ, Heyl Ha’Avir): небольшие по численности (~35 тыс. персонала), израильские ВВС славятся высочайшей боевой подготовкой и реальным боевым опытом. На вооружении ~300 боевых самолётов: основной тип — F-16 (≈210 ед., модификации C/D «Barak» и F-16I «Sufa» с израильской авионикой), F-15 (около 25 °F-15A/B/C/D «Baz» и 25 новейших F-15I «Ra’am» ударных). С 2016 г. поступают F-35I Adir — заказано 50, получено ~39 к 2025. Израиль — первый, кто применил F-35 в бою (удары по Сирии). Особенность — израильские инженеры интегрируют свою электронику в импортные самолёты: так, F-35I оснащены национальными системами РЭБ, связи и вооружения (например, израильские управляемые бомбы Spice). Израиль производит широкий спектр авиационных вооружений: УР «воздух-воздух» Python-5 (ближнего боя с ИК ГСН) и Derby (средней дальности, до 50 км, АРГСН), высокоточные планирующие бомбы Spice, противорадиолокационные ракеты Harop (баражирующие дроны). Израильские ВВС постоянно участвуют в боевых операциях (десятки ударов по целям в Сирии, секторе Газа, периодические воздушные бои — например, в 2018 сбит устаревший сирийский истребитель Су-22). Интенсивность налёта — одна из самых высоких: оценочно пилоты истребителей ~250 часов/год. Готовность техники — близка к максимальной (F-15/16 — 90%+, т. к. прекрасно обслуживаются). Израильские ВВС известны умением импровизировать: так, в 1980-х они установили на F-15 контейнеры для управления беспилотниками, сейчас адаптируют самолёты для применения уникальных средств (например, новый сверхдальний СПО I-Derby ER с АРГСН). В рейтинге Израиль — топ-1 по боевой эффективности (каждый самолёт отработан в деле, высокая результативность ударов). Устойчивость — небольшой парк (~25 F-35I и ~75 F-15/16 на линиях) компенсируется превосходной ПВО (Arrow, Iron Dome). Стоимость — высокая, но США ежегодно выделяют $3+ млрд помощи, что смягчает вопрос. Тех. суверенитет — средний: Израиль не производит истребители, но производит дроны (поставщик № 1 в мире в некоторые годы) и всю номенклатуру оружия, плюс модернизирует чужие самолёты (индийские МиГ-21, например). Темп модернизации — высокий: планируются закупки KC-46, обсуждаются F-15EX и даже, возможно, участие в программах БПЛА-ведомых. Израильские ВВС ранжируются как самые эффективные на Ближнем Востоке.

Индия (Indian Air Force, IAF): одни из крупнейших — ~145,000 персонала, 32 боевые эскадрильи (2025). Структура пёстрая из-за многолетних закупок разных стран. В строю: ~270 Су-30МКИ (основа ударной мощи, локально производились, оснащены ракетами BrahMos-A и АРГСН Р-77), 50 МиГ-29 UPG (модернизированы до UPG с АФАР «Жук» Н010, для ПВО), ~90 Mirage 2000H (основной тактический истребитель, модернизированы, несли ядерные бомбы), ~60 Jaguar IS/IM (ударные, британско-французские, стареющие). Из нового: в 2022 приняты 36 Dassault Rafale EH/DH — это значительно усилило IAF (Rafale могут превосходить китайские J-16, несут Meteor). Также начались поставки местного легкого истребителя HAL Tejas Mk1A — пока 24 в ВВС, но заказано 83 Mk1A с радаром AESA. Индия также в перспективе разрабатывает AMCA (Advanced Medium Combat Aircraft, 5-е поколение) — прототип ожидается около 2026. ПВО: Индия получила первые батареи С-400 от России.

Проблемы IAF: малое число самолётов новой постройки — парк стареет (большинство Су-30МКИ 2000-х годов постройки), высокая аварийность (теряется ~1 самолёт в год). Боевой опыт: с 1971 войн не было крупных, однако в 2019 произошёл воздушный бой с ВВС Пакистана (пакистанский F-16 сбил индийский МиГ-21, а индийцы утверждают, что сбили F-16 из МиГ-21). Индийские ВВС активно тренируются на учениях с западными (Red Flag, Garuda с Францией) — это повысило их уровень. Налёт: относительно низкий — ~120 часов/год (ограничен бюджетом). Готовность: Су-30МКИ ~60-65% (сложно обслуживать, плюс дефицит запчастей из РФ), Mirage 2000 ~60%. Эксплуатация дорогая: ресурсный ремонт Су-30 медленный (ОКБ Сухого перегружено). Оценка: IAF — мощные на Южноазиатском театре, но отстают технологически от Китая. По индексам: боевая эффективность — средняя (реального опыта мало, но парк большой), устойчивость — относительно высокая (большое население, есть возможность потерь), стоимость — низкая эффективность (индийская бюрократия, логистика хромает, самолёты часто простаивают), суверенитет — средний (Индия делает свой Tejas, но все двигатели и радары импортные; пытается локализовать), модернизация — темп приличный (Rafale вошли, заказаны С-400, ведётся проект 5 поколения).

Пакистан: традиционный оппонент Индии, ВВС Пакистана меньше (~50,000 персонала, ~425 боевых самолётов). Основу составляют JF-17 Thunder (китайско-пакистанский лёгкий истребитель, ~125 шт.), старые F-16A/B/C (более 75 шт., модернизированы, но ограничены США в применении — к примеру, после инцидента 2019, вероятно, давление США усилилось). Также еще есть старые Mirage III/V (ок. 50 шт.) и китайские F-7 (МиГ-21, почти выведены). Боеспособность PAF зависит от Китая: JF-17 становятся основными (уже участвуют в патрулях, возможно, сбили индийский беспилотник Heron). Пакистан получил китайские HQ-9 (FD-2000) ЗРК, заказал HQ-17 (аналог Тор-М2).

Опыт: PAF в 2019 сбили индийский МиГ-21, потеряв свой F-16 (Индия предъявила обломки AMRAAM на своей территории). В войнах 1965, 1971 отмечались высокие показатели (коэффициент побед близок к 1:1 с Индией при численном меньшинстве). Обучение: пакистанцы тренируются с китайцами и турками, налёт ~120 ч/год. Оценка: PAF меньше индийских втрое, но компенсирует качеством — F-16 и новые JF-17 Block III с радаром AESA и ракетами PL-15 (дальность 200 км) делают их опасным противником. Однако устойчивость к потерям невысока (потеря эскадрильи критична). Модернизация — с помощью Китая (рассматривают J-10 °C, возможна закупка 25 ед).

(ИЗ-ЗА ОГРАНИЧЕНИЯ ПО КОЛИЧЕСТВУ СИМВОЛОВ НА ДЗЕНЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ ВО ВТОРОЙ ЧАСТИ)

Подписывайтесь на мой телеграм-канал.

Хочешь, чтобы Маркиз разобрал твой вопрос?
Поддержи проект и получи доступ 👉

===> Вопросы Маркизу «Обзорная аналитика»

====>> Вопросы Маркизу ПРО «Зубодробительная аналитика»