После наших расследований дел «коричневого» (пряность) и «черного» (корова-диверсант) мы подошли к самому загадочному фигуранту – цвету «белый». Казалось бы, что может быть проще? Свет, чистота, невинность... Ан нет! Происхождение этого слова – это детектив с призраками, блестящими лбами и… болотами. Да-да, вы не ослышались.
Начнем, как полагается, со славянской семьи. Прародитель *bělъ был на редкость плодовит и прямолинеен. Русский «белый», украинский «білий», польский «biały» – все они честно унаследовали его светлую сущность. Казалось бы, вот он, идеал чистоты! Но копнем глубже, и нашему взору откроется настоящая лингвистическая мистика.
- русск. белый, укр. білий (русин. білый), бел. белы,
- болг. бял, макед. бел, сербохорв. би̏о, биjѐла, словен. bel,
- чеш. bílý, словац. biely, польск. biały, кашуб. biôłi, силез. bioły, полаб. b́olĕ, н.-луж., в.-луж. běły.
Оказывается, наш bělъ – не сам по себе. Он из очень, ОЧЕНЬ старой и влиятельной семьи – праиндоевропейского корня *bheH- («светить, сиять»). Это не просто цвет, это световая атака!
Вот неопровержимые улики:
- Древнеиндийский «bhālam» – не просто «белый», а «блеск»! Их «bhāti» – «светит, сияет». Для них белый – это не отсутствие цвета, а присутствие света.
- Греки со своим «φαλός» (phalós, от φαίνω) – «светлый, белый» – тоже из этой банды сияющих.
- Литовцы и латыши, как всегда, внесли свою сумбурную ноту: «báltas» (белый) уживается с «bãls» (бледный, блеклый). То есть для них белый – это цвет, который может и сиять, и выцвести.
Европа: Логика и сияние
Пока одни путались в блеске и бледности, другие народы проявили удивительную прямоту.
Англичане со своим «white» вышли из прагерманского корня со значением «свет, яркость». Все четко: белый = светлый.
Немцы («weiss») – братья-близнецы англичан в этом вопросе, их слово того же происхождения.
Французы («blanc») пошли своим путем, от латинского «blancus», который, по одной из версий, мог восходить к германскому «blank» (блестящий). Опять это навязчивое сияние!
Лингвистический детектив: Болото, лоб и призраки
А теперь самое интересное. Помните литовское «balà»? Переводится как… «болото». Да-да, то самое, темное, топкое и мутное. Рядом с ним скромно стоит «báltas» – «белый». Какая связь?! Лингвисты в ступоре, но у меня есть версия.
Древний человек, глядя на болото в предрассветном тумане, видел не грязь, а белую, молочную пелену, стелящуюся над водой. Белый цвет для него был не столько цветом снега (который таки довольно ярок на солнце), сколько цветом испарений, тумана, бледного, призрачного свечения над опасным местом. Белый – это цвет неясности, мира духов и потусторонних видений.
И для закрепления мистики – албанское слово «ballë» означает «лоб». Самая светлая, открытая часть лица. А древнеисландское «báI» – и вовсе «огонь». Перед нами полный набор: сияющий лоб, бледный болотный дух и очищающий огонь.
Вывод, достойный финала сериала
Так что же такое белый цвет? Это:
- Для славянина – прямой потомок слова «сиять».
- Для индийца и грека – собственно, и есть сам этот блеск.
- Для германца – воплощенный свет.
- А для своего древнего предка – еще и туман над болотом, бледность лица испуганного соплеменника и сияние священного пламени.
Выходит, белый – это не отсутствие цвета, а его полная противоположность. Это квинтэссенция света, которая может быть как ослепительной, так и блеклой, как чистой, так и зловещей.
В следующий раз, надевая белую рубашку или любуясь белоснежным снегом, помните: вы имеете дело с потомком божественного сияния, которое наши предки с трепетом наблюдали в языках пламени, в утреннем тумане и на… бледном от ужаса лице соседа, увидевшего болотного духа.
Трилогия завершена. Коричневый оказался пряностью, черный – пятном на корове, а белый – болотным призраком. Какой цвет разберем следующим? Желтый, который, наверняка, происходит от слова «желчь»? Не будем спешить, дадим лингвистам передохнуть. Они и так пережили немало.