Почему он обижает вас (сознательно и бессознательно)
Чтобы понять, почему нарцисс причиняет боль, нужно вернуться к самому началу — к его первому опыту связи.
В основе нарциссической личности лежит то, что психоаналитик Глассер назвал «базовым комплексом». Это очень ранний, почти доязыковой опыт младенца, когда он пытается отделиться от матери, но не может сделать этого безопасно.
Незавершённая сепарация
Когда младенец развивается нормально, он постепенно осознаёт: я — это не мама.
Этот процесс сепарации даёт возможность стать личностью, способной любить и принимать любовь. Но если мать эмоционально недоступна — холодная, депрессивная, отвергающая, занятая собой или постоянно исчезающая —
младенец не получает отклика.
Он видит живое тело, но чувствует эмоционально мёртвое присутствие.
Психоаналитик Андре Грин назвал это феноменом «мертвой матери»: мать физически рядом, но психически мертва.
Ребёнок не может понять, почему тепло исчезло, и делает единственный возможный вывод — это опасность, со мной что-то не так.
Как формируется нарциссический механизм
Ребёнок рождается в слиянии — он и мать одно целое. Чтобы стать собой, ему нужно выйти из этого симбиоза. Но "мертвая мать" делает процесс отделения невозможным. Младенец чувствует ужас: он хочет стать самостоятельным, но боится потерять источник жизни и защиты.
Из этого конфликта рождается неразрешимая дилемма — быть самим собой значит остаться без опоры, а остаться с матерью — значит потерять себя.
Это переживание непереносимо, и тогда психика делает роковой выбор:
«Я больше не буду зависеть от другого.
Я сам стану своей матерью, своей опорой, своей защитой».
Так рождается ложное “я” — броня, заменяющая реальную связь.
Это не просто маска, это способ выживания.
Он отрезает способность чувствовать, чтобы больше не страдать.
Любовь становится опасной: она напоминает то самое слияние, после которого — смерть, исчезновение, отвержение.
Так формируется ядро будущего нарциссизма — всемогущее, самодостаточное Я, которое больше никому не доверяет. Весь внешний мир теперь воспринимается как опасный, ненадёжный и непредсказуемый.
Единственный безопасный источник любви и защиты — он сам.
Поэтому когда кто-то пытается приблизиться, проявить заботу, дать тепло — это воспринимается нарциссом как угроза его мировоззрению.
«Как ты можешь меня любить? Это значит, что я не единственный источник всего хорошего».
Любовь, забота и особенно близость ставят под сомнение его фундаментальное убеждение: что только он способен обеспечить себе безопасность, стабильность и смысл.
Отсюда — и боль, и агрессия.
Ваше внимание, участие, ваше «я тебя люблю» разрушают внутренний порядок нарцисса. Чтобы восстановить контроль, он вынужден оттолкнуть вас, унизить, обесценить или наказать. Он не может позволить себе зависимость, потому что зависимость напоминает о той самой ранней уязвимости, когда мать не была надёжной.
Так он бессознательно повторяет старую сцену:
вы — «мать», он — тот ребёнок, который боится потерять контроль над своим источником жизни.
Он обижает не из злобы, а из страха быть поглощённым и страха быть покинутым одновременно.
Две стратегии контроля: созависимая и нарциссическая
Когда ребенок сталкивается с тревогой потери объекта — того, кого он воспринимает как источник безопасности, любви и смысла, — его психика ищет способ вернуть контроль и безопасность. И для этого существует две противоположные, но родственные стратегии.
Первая — созависимая или пограничная.
Созависимый контролирует своего партнера через слабость. Он становится беспомощным, уязвимым, нуждающимся. Его зависимость — это форма давления. Он как бы говорит:
«Посмотри, как мне плохо без тебя. Разве ты можешь меня бросить? Это будет жестоко».
Такое поведение заставляет другого откликнуться, почувствовать вину и остаться. Созависимый связывает человека не силой, а жалостью, нуждой, страхом за него. Он отчаянно пытается слиться с партнером, стать с ним одним целым:
«Я - это ты, ты - это я. Только так ты меня не оставишь, ведь ты же не можешь бросить себя самого».
Это не осознанная манипуляция — это способ выжить, когда собственное «я» ощущается нестабильным и неустойчивым без постоянного подтверждения извне.
Но по сути, созависимость — это тоже форма контроля, только мягкая, пассивная. Она удерживает объект рядом через беспомощность и эмоциональную дезинтеграцию.
Вторая стратегия — нарциссическая.
Если созависимый цепляется, нарцисс — подавляет. Его способ контролировать — через власть, презрение и силу. Он удерживает объект не нуждой, а всемогуществом. Он стремится поглотить и ассимилировать партнера. Для него контроль — единственный способ чувствовать покой и безопасность.
Этим, кстати, и объясняется непреодолимая тяга друг к другу между нарциссами и пограничниками. Они закрывают психоэмоциональные потребности друг друга. И созависимый, и нарцисс исходят из одного и того же опыта:
«Моя мать не была надёжной опорой. Я не мог доверять ей, я не мог на неё положиться».
Ребёнок усвоил — доверие опасно. Поэтому он решил:
«Никто не способен защитить меня, кроме меня самого».
Но в обоих этих решениях нет реального объекта, к которому можно обратиться. Нет возможности общения с другим. При этих двух стратегиях взаимодействия, основной защитный механизм - это отрицание объекта.
«Никого нет. Есть только Я.
Моя мать ненадежна, она не дает мне безусловной любви и присутствия, которые нужны мне, чтобы чувствовать себя в безопасности, сильным и способным справиться с миром. Так что, я не могу ей доверять, я не могу на нее положиться. Но кто тогда мой единственный друг, кому я могу доверять, кто полностью в моей власти? Кто абсолютно предсказуем? Я.»
Так формируется убеждение: всё, что безопасно, стабильно и предсказуемо, может исходить только от меня.
Мир и другие люди становятся потенциально опасными, ненадёжными, хаотичными.
И вот когда вы пытаетесь любить нарцисса, проявляете заботу, нежность, когда просто приближаетесь, вы бросаете вызов самому его мироустройству.
Ваше прикосновение, ваше участие — это доказательство, что есть кто-то ещё, кроме него, кто способен дать тепло, стабильность и любовь.
А для нарцисса это — угроза его внутренней вселенной, где он — единственный источник всего хорошего.
Вот почему даже объятие может восприниматься как вторжение.
Вот почему забота вызывает агрессию.
Он защищает не гордость — он защищает свою онтологическую безопасность, то хрупкое равновесие, которое построено на одной идее:
«Я — единственный, кто может обеспечить мне покой и контроль».
В следующей статье — о том, почему попытка любить нарцисса вызывает у него ярость и разрушение, и как нарцисс «наказывает» партнёра за эту попытку любви.
👉 Эти тексты — для осмысления.
Короткие аналитические заметки о токсичных и нарциссических отношениях —
в моём Telegram-канале: https://t.me/toxic_people_real
👉 Написать лично: личный вопрос или запрос на консультацию — напишите мне напрямую.