— Лена, ну хватит уже... — Игорь устало махнул рукой. — Мама, перестань...
— Не заступайся за эту дрянь! — Галина Петровна размахивала шваброй, целясь мне в спину. — Три года на шее сидит! Жрёт мою еду! В моей квартире спит!
Я стояла в коридоре, прижавшись к стене.
Капли с мокрой швабры летели на лицо.
— Галина Петровна, я работаю... Деньги в дом приношу...
— Копейки приносишь! А жрёшь на рубли!
— Мам, да успокойся ты... — Игорь даже не поднял головы от телефона.
— Молчи! Ты тоже хорош! Привёл в дом шалаву!
Шваброй снова взмахнула. Попала по плечу.
— Больно же...
— А мне не больно тебя кормить? Не больно за свет платить, который ты жгёшь?
— Я же плачу за коммунальные...
— Крохи платишь! А ешь за троих!
Игорь поднялся с дивана:
— Ладно, мам, хватит на сегодня...
— Хватит? — Галина Петровна покраснела от злости. — Она мне всю жизнь испортила! Я думала, ты нормальную жену приведёшь! А ты что притащил?
— Что не так со мной? — тихо спросила я.
— Что не так? Да всё не так! Работаешь где-то там... в конторе... Денег нормальных не приносишь! Детей рожать не торопишься! Готовить не умеешь!
— Я готовлю...
— Готовишь! Вчера борщ сожгла! Котлеты сухие! А убираться? Пыль везде!
— Я убираю каждый день...
— Плохо убираешь! Недоубираешь!
Швабра снова полетела в мою сторону.
— Игорь, скажи что-нибудь...
— А что сказать? — Он пожал плечами. — Мама права... Ты и правда не очень справляешься...
— Как не справляюсь?
— Ну... дома порядка нет... готовишь так себе... на работе копейки получаешь...
Я почувствовала, как подкашиваются ноги.
Муж встал на сторону матери.
— И что вы предлагаете?
— А что мы предлагаем? — усмехнулась Галина Петровна. — На помойку тебя! Чтобы дух твой здесь не было!
— Как на помойку?
— Вон из моего дома! Вон из моей квартиры!
— Но мы же расписаны...
— И что с того? Развод подашь и пошла вон!
— Игорь...
— Не знаю, Лен... Может, мама и права... Может, не сошлись мы характерами...
— Три года вместе живём...
— Три года маешься! — вмешалась свекровь. — Три года мучаешь моего сына!
— Игорь, ты правда так считаешь?
— Не знаю... Устал я... От скандалов устал...
— Так ведь скандалы не я устраиваю...
— А кто? — заорала Галина Петровна. — Я что ли?
— Вы каждый день кричите...
— Есть за что кричать! Дармоедка в доме!
— Галина Петровна, хватит...
— Не хватит! — Швабра снова взлетела. На этот раз попала по голове. — Вон! Немедленно вон!
— Больно...
— Ещё больнее будет, если не уберёшься!
— Мам, ну не надо бить... — вяло сказал Игорь.
— А как ещё с ней разговаривать? Добром не понимает!
Я стояла и плакала.
Три года терпела оскорбления.
Три года слушала, какая я плохая.
Думала, перемелется — мука будет.
— Ну что? Съезжаешь добром или силой выкину?
— Куда мне ехать?
— А мне какое дело? На помойку! К родителям! К любовнику! Мне всё равно!
— У меня нет любовника...
— Ещё и врёшь! Думаешь, я дура? Вижу, как накрашенная на работу ходишь!
— Я просто аккуратно выглядеть стараюсь...
— Аккуратно! Для кого стараешься? Для начальника небось!
— Галина Петровна...
Швабра опять взмахнула. Теперь попала в живот.
— Всё! Хватит! — внезапно заорала я. — Надоело!
— Ой-ой-ой! Заговорила! — захохотала свекровь. — Смелая стала!
— Надоело терпеть! Надоело слушать оскорбления!
— А не нравится — вали!
— Знаете что? — Я вытерла слёзы. — Пожалуй, и правда уйду...
— И давно пора!
— Но сначала кое-что вам расскажу...
— Что там рассказывать? Иди собирайся!
— Расскажу про квартиру...
— Про какую квартиру?
— Про эту... — Я показала рукой вокруг.
— Что про мою квартиру?
— Не вашу...
— Как не мою? — оторопела Галина Петровна.
— А чья?
— Моя...
Повисла тишина.
Игорь поднял голову от телефона:
— Что ты сказала?
— Сказала, что квартира моя...
— Какая моя? — забормотала свекровь. — Ты что, с ума сошла?
— Не сошла... Хотите, документы покажу?
— Какие документы?
Я пошла в комнату. Достала из сейфа папку.
Вернулась в коридор.
— Вот... Договор купли-продажи... На моё имя...
Галина Петровна выхватила документы.
Читала, бледнея.
— Это... это подделка...
— Не подделка... Настоящий документ... Заверенный у нотариуса...
— Но... но как?
— А вы помните, Галина Петровна... Два года назад у вас долги были? За коммунальные?
— Помню...
— И кто их оплатил?
— Ты... — тихо сказала она.
— Я... А помните, когда вы в больнице лежали? Операцию делали? Кто платил?
— Ты...
— Правильно... А когда Игорь работу потерял? Кто семью содержал полгода?
Игорь молчал, опустив глаза.
— Я... — прошептал он.
— Ты не работал полгода... Кто продукты покупал? Кто за свет платил? За газ? За интернет?
— Ты...
— Точно... А теперь вопрос главный... — Я посмотрела на свекровь. — Откуда у меня деньги на всё это?
— Не знаю... — еле слышно прошептала Галина Петровна.
— А я расскажу... Я работаю не в конторе... Я работаю риелтором... Уже восемь лет...
— Риелтором? — оторопел Игорь.
— Да... И знаете, что я делала три года?
— Что? — хором спросили они.
— Покупала недвижимость... На ваши же деньги... Которые вы мне давали на еду и коммунальные...
— Как на наши деньги? — не понял Игорь.
— А очень просто... Вы давали мне пять тысяч на продукты... Я тратила три... Две откладывала... Давали на коммунальные десять... Реально выходило семь... Три в копилку...
— Но этого же мало на квартиру...
— Мало... Поэтому я ещё кредиты брала... На себя... А потом сдавала квартиры в аренду и гасила кредиты...
— Сколько квартир? — дрожащим голосом спросила свекровь.
— Семь...
— Семь? — Игорь побледнел.
— Да... Включая эту... Вашу бывшую...
— Как бывшую?
— А помните, Галина Петровна, год назад соседи снизу затопили вас? И вы возмущались — ремонт делать не на что?
— Помню...
— И кто вам предложил помочь? Выкупить квартиру... по завышенной цене... чтобы на разность вы ремонт сделали?
Галина Петровна схватилась за сердце:
— Это была... это была ты?
— Я... Через агентство... Официально...
— Но... но мы же не продавали...
— Продавали... Вы же подписывали документы...
— Думали, это страховка какая-то...
— Не страховка... Договор купли-продажи... Я вам даже деньги переводила... Помните? На карточку... Миллион двести...
— Помню... — прошептала она.
— А потом что делали?
— Ремонт... — еле слышно.
— На мои деньги ремонт... В моей квартире...
Повисла гробовая тишина.
— Значит... — медленно произнёс Игорь. — Значит, мы тут живём...
— На моей территории... Да...
— А почему молчала? — заорала вдруг свекровь. — Почему не сказала сразу?
— А зачем? Жили же спокойно... Пока вы меня на помойку выгонять не начали...
— Лена... — Игорь подошел ко мне. — Прости... Я не знал...
— Теперь знаешь...
— Что теперь будет?
— А что должно быть?
— Не знаю...
— Галина Петровна... — Я повернулась к свекрови. — Вы же хотели меня на помойку отправить?
— Я... я не то хотела сказать...
— Что же хотели?
— Просто... просто нервы сдали...
— Понятно... А швабра сама в меня летала?
— Лена, ну прости... Я дура старая... Не подумала...
— Три года не думали...
— Прости... Пожалуйста, прости...
— А знаете что, Галина Петровна... — Я взяла документы. — Пожалуй, и правда пора мне съезжать...
— Как съезжать? — ужаснулась она.
— Ну как хотели... На помойку...
— Не надо на помойку! Оставайся!
— Зачем оставаться? Вы же сами сказали — дармоедка я... Готовлю плохо... Убираю плохо... Денег мало приношу...
— Я не то имела в виду...
— А что имели в виду?
— Просто... характер у меня такой... Вредный...
— Характер... Понятно...
— Лена, останься... Пожалуйста...
— А Игорь что скажет? — Я посмотрела на мужа. — Игорь, ты же сам сказал — не сошлись мы характерами...
— Я дурак... Прости меня...
— Дурак... Это да... — Я задумалась. — А знаете что? Может, и правда разъедемся...
— Как разъедемся? — в панике забормотала свекровь.
— Очень просто... Вы съезжаете... А я остаюсь...
— Но... но куда мы поедем?
— А мне какое дело? — Я улыбнулась. — Вы же сами говорили — на помойку... К родственникам... К соседям... Вам всё равно должно быть...
— Лена, не надо... Мы исправимся...
— Исправитесь?
— Да! Клянёмся!
— А чем клянётесь?
— Чем хочешь!
— Тогда клянитесь, что больше никогда не будете меня оскорблять...
— Клянёмся!
— И бить не будете?
— Не будем!
— И готовить я буду как умею... А не нравится — сами готовьте...
— Согласны!
— И убираться буду раз в неделю... Не больше...
— Хорошо!
— А главное... — Я посмотрела в глаза свекрови. — Больше никогда не смейте называть меня дармоедкой... Потому что дармоедки здесь вы... Живёте в моей квартире... Бесплатно...
Галина Петровна закрыла лицо руками:
— Господи... Что же я наделала...
— Наделали... И теперь расхлёбывайте...
— Лена, — подошёл Игорь. — А ты меня простишь?
— За что прощать?
— За то, что не защищал... За то, что маме позволял тебя оскорблять...
— Это да... Не защищал...
— Прости...
— Игорь, а ты меня любишь?
— Люблю...
— Тогда почему позволял маме меня унижать?
— Не хотел ссориться с ней...
— А со мной ссориться не боялся?
— Боялся... Но думал, ты поймёшь...
— Понимала три года... Надоело понимать...
— А что теперь?
— А теперь... — Я собрала документы в папку. — Теперь будут новые правила...
— Какие правила?
— Первое: я хозяйка в доме... Моём доме...
— Согласен...
— Второе: никто не смеет меня оскорблять... Ни словом, ни делом...
— Согласен...
— Третье: готовит тот, кто хочет есть... Убирает тот, кому грязно...
— Согласен...
— И последнее... — Я посмотрела на свекровь. — Галина Петровна, извинитесь...
— За что извиниться?
— За все оскорбления... За побои... За унижения...
— Лена... прости меня... Я дура старая... Не понимала, что делаю...
— На коленях...
— Что? — оторопела она.
— На коленях извинитесь... Как положено...
— Лена, не перегибай...
— Не перегибаю... Три года терпела унижения... Пора и вам унизиться...
Галина Петровна стояла, красная от стыда:
— Лена... ну это уже слишком...
— Слишком было бить меня шваброй... А извиниться на коленях — в самый раз...
— Мам, — тихо сказал Игорь. — Наверное, надо...
— Что надо?
— Извиниться... Как следует... Лена права...
Свекровь медленно опустилась на колени:
— Прости меня... Лена... За всё...
— За что конкретно?
— За... за оскорбления...
— Ещё за что?
— За побои...
— Ещё?
— За то, что называла дармоедкой...
— И?
— За то, что не ценила... Не понимала...
— Теперь понимаете?
— Понимаю...
— Что понимаете?
— Что ты... что ты нас всех содержала... А мы тебя унижали...
— Правильно... Вставайте...
Галина Петровна поднялась, не поднимая глаз.
— Игорь, а ты?
— Что я?
— Тоже извинись... Как положено...
— Лена...
— Как положено, сказала...
Игорь тяжело вздохнул и встал на колени:
— Прости меня... За то, что не защищал... За то, что позволял маме тебя обижать...
— И за что ещё?
— За то, что не ценил... Думал, что ты от меня зависишь... А оказалось наоборот...
— Оказалось... Вставай...
Он поднялся.
— Теперь слушайте новые правила жизни...
— Слушаем...
— Завтра, Галина Петровна, вы идёте устраиваться на работу...
— На работу? — ужаснулась она. — Мне же шестьдесят два!
— И что с того? Здоровья хватает швабой размахивать — хватит и работать...
— Но я пенсионерка...
— Пенсионерка, которая живёт в чужой квартире... Бесплатно... Пора за это платить...
— Сколько платить?
— Десять тысяч в месяц... За комнату...
— Десять тысяч? Но у меня пенсия одиннадцать!
— Тогда работать надо...
— А на что жить?
— Это ваши проблемы... Я три года жила на ваши подачки... Теперь ваша очередь...
— Игорь... — взмолилась свекровь. — Скажи что-нибудь...
— Мам, Лена права... Надо работать...
— А ты будешь платить?
— И я буду платить... Пятнадцать тысяч... За комнату и питание...
— Двадцать... — поправила я.
— Хорошо... Двадцать...
— А готовить кто будет? — спросила Галина Петровна.
— Сами... По очереди... Или заказывать будете...
— А убираться?
— Тоже сами... Я устала быть прислугой...
— Лена... — Игорь подошёл ближе. — А мы... мы останемся мужем и женой?
— Посмотрим...
— Что посмотрим?
— Как себя поведёте... Если научитесь меня уважать — останемся... Если нет — разведёмся...
— А квартира?
— Квартира в любом случае моя... Разведёмся — вы съезжаете...
— Понятно...
ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ
Галина Петровна устроилась уборщицей в офисное здание.
Работала с шести утра до двух дня.
Приходила домой усталая, но молчала.
Не ругалась. Не кричала.
— Лена, можно с тобой поговорить? — как-то спросила она.
— Можно...
— Я хотела сказать... Теперь понимаю, каково это — работать...
— И как?
— Тяжело... Устаёшь... А ещё дома дела...
— Вот видите... А я так три года жила...
— Понимаю... Прости меня... По-настоящему прости...
— Простила уже...
— А можно... можно плату уменьшить? До пяти тысяч?
— Нет...
— Почему?
— Потому что вы три года мне говорили — дармоедка... Теперь сами поймите, что такое — платить за жильё...
— Понимаю... Но тяжело...
— Мне тоже было тяжело... Когда вы меня шваброй били...
Галина Петровна опустила глаза:
— Больше не буду... Никогда не буду...
— И правильно...
ГОД СПУСТЯ
Отношения в семье изменились кардинально.
Галина Петровна работала и молчала.
Игорь тоже устроился на хорошую работу.
Зарабатывал неплохо.
— Лен, а может, попробуем ребёнка завести? — как-то спросил он.
— Зачем?
— Семью продолжить...
— А ты готов воспитывать ребёнка?
— Готов...
— А мама твоя не будет вмешиваться?
— Не будет... Она теперь другая...
— Посмотрим...
— Лен, а ты меня простила?
— За что?
— За то, что не защищал... За то, что позволил маме тебя унижать...
— Простила... Но не забыла...
— И что это значит?
— Значит, что при первом же оскорблении — ты вылетишь из дома...
— Понял...
— И мама твоя тоже...
— Поняла она тоже...
ДВА ГОДА СПУСТЯ
Родилась дочка.
Маленькая, красивая.
Галина Петровна обожала внучку.
Но никогда не позволяла себе указывать мне, как её воспитывать.
— Лена, можно я с Машенькой погуляю?
— Можно...
— Спасибо...
— Галина Петровна...
— Да?
— Как жизнь? Нравится работать?
— Привыкла... А что делать? Квартплату платить надо...
— Надо...
— Лена... А можно вопрос задать?
— Задавайте...
— Ты с самого начала знала, что квартира твоя?
— Знала...
— И почему молчала?
— А зачем было говорить? Думала, люди добрые... Поймут со временем, что меня нужно ценить...
— А мы не поняли...
— Не поняли... Пришлось объяснять...
— Жёстко объяснила...
— А по-другому вы не понимали...
Галина Петровна вздохнула:
— Права была... Заслужили мы такое отношение...
— Заслужили...
— А теперь что?
— А теперь живём... По-новому живём...
— Лучше?
— Намного лучше...
ЭПИЛОГ
Прошло пять лет.
У нас уже двое детей — Маша и маленький Данил.
Галина Петровна до сих пор работает.
Правда, теперь няней в детском саду.
Говорит, с детьми легче, чем с взрослыми.
Игорь стал совсем другим человеком.
Внимательным, заботливым.
Никогда не повышает голос.
Всегда советуется со мной.
— Лен, а ты жалеешь, что тогда не ушла сразу?
— Не жалею...
— Почему?
— Потому что вы изменились... По-настоящему изменились...
— А если бы не изменились?
— Тогда бы ушла... И забрала детей...
— Понятно... А сейчас счастлива?
— Счастлива...
— И я счастлив...
— Игорь...
— Да?
— А помнишь, как мама твоя говорила — на помойку меня?
— Помню... Стыдно до сих пор...
— А теперь она сама чуть не оказалась на помойке...
— Это справедливо было...
— Было... Но я не выгнала...
— Почему?
— Потому что семья — это семья... Даже когда плохая...
— А теперь хорошая?
— Теперь нормальная...
**ГАЛИНА ПЕТРОВНА В СОСЕДНЕМ РАЗГОВОРЕ**
— Галя, ну расскажи, как дела с невесткой? — допытывалась соседка Тамара.
— Нормально дела...
— А помнишь, как ругалась на неё? Дармоедкой называла?
— Помню... — вздохнула Галина Петровна. — Дура была...
— А что случилось? Почему перестала?
— Узнала правду...
— Какую правду?
— А ты знаешь, сколько она зарабатывает?
— Сколько?
— В месяц больше, чем я за год...
— Да ладно!
— Серьёзно говорю... И квартира наша — её оказалась...
— Как её?
— Она купила... Год назад... А мы и не знали...
— Ничего себе...
— Вот и я говорю — ничего себе... А я её дармоедкой звала...
— И что теперь?
— Теперь работаю... Квартплату плачу... Как положено...
— А она что?
— А она молодец... Детей родила... Дом ведёт... Деньги зарабатывает...
— И не выгнала вас?
— Могла бы выгнать... После того, что я творила... Но не выгнала...
— Почему?
— Сердце доброе... А я этого не видела...
— Теперь видишь?
— Теперь вижу... Поздно только...
— Почему поздно?
— Да так... Столько лет потеряли... Могли дружно жить... А я скандалы устраивала...
— Галя, а она тебя простила?
— Простила... Но отношения уже не те...
— Какие не те?
— Официальные... Вежливые... А могли бы быть родными...
— А попробуй сблизиться...
— Пробую... Но чувствую — не доверяет полностью... И правильно делает...
— Время лечит...
— Дай Бог... Дай Бог...
**В КОНТОРЕ ЛЕНЫ**
— Лен, а ты не жалеешь, что терпела три года? — спросила коллега Света.
— Не жалеешь в каком смысле?
— Ну могла же сразу поставить на место... А ты молчала...
— Знаешь, Свет... Иногда люди должны сами дойти до определённой точки...
— До какой точки?
— До той, после которой они либо меняются, либо теряют всё...
— И что выбрали твои?
— Изменились... К счастью...
— А если бы не изменились?
— Тогда потеряли бы всё... И меня, и детей, и квартиру...
— Жёстко...
— А по-другому они не понимали...
— Но три года терпеть унижения...
— Три года я вкладывала деньги в недвижимость... Три года готовила запасной план...
— План побега?
— План независимости... Чтобы в любой момент можно было сказать — всё, хватит...
— И сказала...
— Сказала... Когда дошли до рукоприкладства...
— А если бы не дошли?
— Дошли бы... Такие люди всегда доходят... Если им не поставить границы...
— А теперь?
— Теперь границы поставлены... Навсегда...
— И все их соблюдают?
— Соблюдают... Потому что знают — нарушишь, и вылетишь...
— А любовь?
— А что любовь?
— Игоря любишь?
— Люблю... Но теперь люблю себя больше...
— Это хорошо?
— Это правильно... Если не любишь себя — никого любить не сможешь...
**ФИНАЛ**
Сейчас я смотрю на свою семью и понимаю — всё произошло правильно.
Игорь стал настоящим мужем и отцом.
Галина Петровна — заботливой бабушкой, которая не лезет в чужие дела.
Дети растут в атмосфере любви и уважения.
А главное — я больше не боюсь.
Не боюсь высказать своё мнение.
Не боюсь поставить границы.
Не боюсь сказать "нет".
Потому что за спиной у меня — моя независимость.
Мои квартиры, мой доходы, моя уверенность в себе.
И никто больше никогда не посмеет назвать меня дармоедкой.
**Потому что теперь все знают правду.**
**P.S.**
Соседи до сих пор шепчутся:
— А помнишь, как Галина Петровна Лену шваброй била?
— Помню...
— А теперь сама квартплату платит...
— Справедливость восторжествовала...
— Вот что значит — не знать, с кем связываешься...
— А мы-то думали, Ленка тихоня...
— Тихоня до поры до времени...
— А как прижали — показала когти...
— Правильно показала... Заслужили они такой урок...
— Заслужили...
*История основана на реальных событиях. Имена изменены.*