Я искал. Усердно искал. Прошло десять минут, а я обследовал только кухню, пришлось передвигать холодильник, залезть под мойку, и коридор, тяжеленный шкаф с обгоревшими створками никак не хотел поддаваться моим усилиям. Ничего не нашёл.
Должен найти. Должен успеть.
Туалет и ванная отняли у меня три минуты. Ничего не нашёл. Двадцать семь раз я встречался с огненной аномалией: в тринадцати случаях источник находился на кухне, в восьми случаях в туалете или ванной комнате, в остальных случаях - детская, спальня, зал и только в одном случае источник оказался на чердаке жилого дома. Только один случай из двадцати семи, но если вам задать вопрос, где искать источник, и предложить варианты ответов, то чердак окажется на первом месте, без сомнения. Вот такая статистика. И исходя из неё я начинал поиски с кухни, которые не увенчались успехом.
Большая комната, с опаленными на одной стене обоями, частью старенького дивана и шкафа светилась зелёными отметинами в разных местах. Их интенсивность в трёх местах и привлекла моё внимание. Нет. Источника там не было. А время неумолимо шло. Я стал действовать быстрее, не церемонясь с мебелью, нарушая порядок, разбрасывая вещи, громко передвигая мебель. Здесь источника не было.
Спальня.
Одна спальня и пять минут времени.
Я чувствовал напряжение в воздухе. Я чувствовал недовольство сущности, которая боролась с заклятием, но пока не могла мне ничего сделать, пока не могла. Я чувствовал мощную отрицательную энергетику, с которой до этого никогда не сталкивался. Возможно, у меня нет пяти минут. Возможно, всего пара минут в запасе.
Я закрыл глаза. Сосредоточился. И услышал едва слабое шипение, не могу сравнить его с чем-то, чтобы объяснить вам, оно уникальное, особенное, слева от себя, там, за детским шкафом. Справа тоже было шипение, но... .
Расстояние между стенкой шкафа и стеной было приличное. Зелёное свечение, не яркое, но плотное, немного пульсирующее и я уже понял, что нашёл источник. Осторожно просунул руку в кожаной перчатке, нащупал выпуклость на стене, под обоями и оторвал их, услышав, как на пол что-то упало. В ту же секунду я тоже упал на пол, увидел под шкафом большую монету, светящуюся изумрудным пульсирующим светом, и достал её.
Нет, не монета. Медальон.
Я не успел его рассмотреть, как свечение пропало и я понял, что время вышло. Левый рукав моего плаща вспыхнул. Но я держал в левой руке медальон и я знал, что хочет сущность и любой на моём месте бросил бы медальон к чёртовой бабушке и стал бы пытаться сбить пламя. И это было главной ошибкой в вашей жизни, возможно, последней ошибкой.
Я засунул правую руку во внутренний карман плаща и достал небольшое кожаное портмоне, с красивым тиснением, со странной символикой нанесённой на него красной краской, возможно, краской. Положил на детский стол, одной рукой расстегнул молнию и раскрыл его.
Плащ, спина, вспыхнул и я ощутил приятное тепло. Через полминуты будет уже горячо, а через минуту будет факел, хороший такой факел, который будет метаться по квартире, орать нечеловеческим голосом.
Правой рукой достал серебряный медальон-пентаграмму и положил его на найденный медальон, который лежал на ладоне левой руки и сжал ладонь в кулак. Огонь мгновенно погас.
Я облегчённо вздохнул. Ещё немного и последствия для меня были бы не очень хорошие.
Из кармана плаща достал платок, чёрный, без рисунка, одной правой рукой его разложил на столе и аккуратно положил на него оба медальона. Внимательно рассмотрел тот, что нашёл, изучил его, запомнил символику на нём и завернул их в платок, положил в портмоне, которое исчезло во внутреннем кармане моего плаща.
Наталья Ивановна молча осмотрела квартиру, небольшой беспорядок, который я здесь устроил её совершенно не волновал. Волновало её только одно - получилось у меня или нет. Только это.
- Теперь у вас всё будет хорошо! - ответил я обнадеживающи, смотря в её глаза, в которых появились слёзы, - Никому ничего говорить и объяснять не нужно!
- А вдруг снова начнутся возгорания? Что тогда делать? - она до конца не верила, что больше этот кошмар не повторится, не могла поверить, что всё закончилось сейчас и больше не повторится никогда.
- Сделайте ремонт! Купите новую мебель. Отпразднуйте с детьми новоселье! Всё теперь будет хорошо! Поверьте! - я направился к выходу, услышав позади тяжёлый вздох уставшей и измученной женщины, зная, что помогу этой женщине, помогу этой семье - потому что могу это сделать, потому что я такой человек.
- Большое вам спасибо! - услышал я за спиной её громкий голос, а потом шёпот, - Храни вас Бог!
Я улыбнулся и ничего не ответил.
Уже стемнело, холодный ноябрьский ветер пронизывал до костей. Я не любил холод, не любил зиму, не любил мороз. На это у меня были свои причины, о которых вы узнаете немного позже. Но я терпеливо ждал. Сидел на скамейке и смотрел на аллею, хорошо освещённую, слева и справа от которой находились оградки с могилами. Да, я был на кладбище. Самое тихое и спокойное место, где хорошо думается о смысле жизни и вообще о жизни.
Я ждал. Терпеливо ждал, хотя погода этому не способствовала.
Мне здесь назначили встречу.
Людей было мало. Все покидали кладбище. Пожилая женщина замедлила шаг, посмотрев на меня с любопытством, перекрестилась и направилась по аллее к выходу. Я улыбнулся. Потом старый дедушка прошёл мимо со старым армейским рюкзаком за спиной, спросил закурить, не останавливаясь, и я отрицательно покачал головой.
Минут пять людей не было. Совсем стемнело. Фонарь на входе, над большими арочными воротами, моргнул. Доля секунды. Никого не было. А тут моргнул и через арку на кладбище вошёл старик, с костылём, одетый в черный плащ до колен, черную шляпу. Он шёл неспеша, прихрамывая и когда проходил под очередным фонарём, освещавшим аллею тот моргал.
Я сидел и смотрел на него, понимая, что это тот самый человек, который позвонил мне и назначил здесь встречу, тот самый человек, который предложил мне обмен - медальон с огненной сущностью на всё, что я захочу: деньги, власть, желания. Да, да, на всё, что я захочу. Мне предложили встретиться, подумать и принести медальон для обмена.
Не в первой мне предлагали продать или обменять то, что я находил, избавляя людей от страшного и непознанного, от зла, поселившегося с ними рядом или в них самих. И у зла есть цена и она, могу вам сказать без лжи, очень высокая. Но я никогда не шёл на сделки. Никогда.
Он спросил разрешения присесть на лавку. Шляпа, сильно надвинутая вперёд, скрывала его лицо. Он присел так, что свет фонаря светил ему в спину и я плохо рассмотрел его лицо, как ни старался. Я узнал бы его, если бы встречал раньше! Или нет?! У меня великолепная память.
И он как будто прочитал мои мысли. Несколько раз во время разговора он поворачивал голову и я хорошо рассмотрел его. И тут я понял, что не смогу его запомнить. У него было ничем не примечательное лицо, обычное лицо старика, без особых примет. Как так!
Он говорил долго, неспеша, интересно. Сначала рассказал, что добро и зло - это вымысел, придуманный людьми, которые не понимают, что являются всего лишь звеном, маленьким звеном, маленькой частью вселенной. Добро и зло - смех, да и только! Всё в этом мире, в других мирах, во вселенной, бесконечной вселенной относительно. Смерть человека - это зло, но если эта смерть могла бы спасти десятки миллионов человек - это добро? Всё относительно в этом мире, как и в других мирах, множестве других миров.
Потом он объяснил мне, что я человек смертный, а значит, уязвимый, и рано или поздно совершу в своих действиях ошибку, за которую и поплачусь. Да, он знает, что я обладаю знаниями, особыми знаниями и смерть меня не страшит, ведь смерть - это не более, чем переход в другой мир, следующая ступень бытия, новое предназначение. А новое, неизведанное нас, людей, пугает. Смерть нас пугает. Но не меня.
На меня его слова не произвели впечатления, я не испугался, и он перешёл к последней стадии разговора, долгого и интересного.
Теперь он стал предлагать мне деньги, власть и знания. Денег много не бывает и их всегда на что-то не хватает, всегда не хватает. Деньги - это власть над другими, а власть - это деньги. Замкнутый круг и этот круг прельщает многих людей, большинство людей, да всех людей. Здесь не может быть исключений. Здесь просто у одних больше зависимость, а других меньше, но она есть, однозначно есть. А вот знания - это следующая ступень и у кого они есть, у того есть власть, у того есть деньги. Знания вечны, знания бессмертны, знания и есть та материя, из которой состоит вселенная и у кого они есть, тот управляет миром.
Он говорил увлекательно, приводил примеры, аргументы, его слова были наполнены лестью, обещаниями. Но я-то знал, что такие сделки, судя по историческому опыту, ни к чему хорошему не приводят. Никогда.
Он закончил, умолк, дал мне время для раздумий. Он, вероятно, знал, что я откажусь, но надежда, маленькая надежда у него была. Он, вероятно, хорошо меня знал, знал мои грехи, видел мою грешную душу, смотрел на меня и надеялся, что я соглашусь, попрошу взамен ... .
Не попрошу!
Никогда не попрошу!
Я встал, поблагодарил его и отказался. Он промолчал. Ничего не сказал. Ни одного слова. Я попрощался и направился к выходу с кладбища. Я знал, я чувствовал, что сейчас он мне ничего не сделает, тем более здесь, на этой земле! Там за воротами меня может ждать что угодно, а здесь! Я не боялся!
Я уже давно ничего не боялся!
продолжение