Предыдущая часть:
– Правильно сделала, в хорошие руки она должна была попасть, не зря выбрала тебя, – кивнула тётя Валя, становясь серьёзной. – Непростая это подкова, счастливая, очень старинная, твой прадед её специально на свадьбу заказал у местного кузнеца, мастерового такого. Таких вещей теперь и не делают, всё фабричное пошло.
– Да, буду хранить её на память, как реликвию, – улыбнулась Ольга, представляя, как это будет. – Повешу над дверью, точно так же, как бабушка всегда делала.
– Только в чужие руки ни за что не отдавай, иначе упустишь счастье, которое она несёт, – авторитетно заявила тётя Валя, глядя прямо в глаза. – Смотри, оправдай доверие, Мария Петровна не зря такой финт удумала, в нём глубокий смысл заложен. Она, конечно, иногда шутила по-своему, но и тайны разные знала, все в деревне это признавали. Зубы заговаривала, грыжи лечила, а ещё воду умела находить лучше любого специалиста, кто колодец копал, все к ней бежали за советом.
Словоохотливая соседка наконец ушла, оставив Ольгу одну, и та растопила печь в доме, который пока ещё не полностью ощущала своим, но уже начинала привыкать к этой мысли. Прошла по тёмным комнатам, зажигая свет по пути, осматривалась внимательно, и всё вокруг казалось таким знакомым, будто время и не прошло этих пятнадцати лет. Те же старые фотографии на стенах, вязаные половички на полу, дорожки, и даже запах в доме остался бабушкин – свежих пирогов, квашеной капусты и лёгкой древесной пыли.
В понедельник утром Иван Петрович, как и обещал, заехал за ней на своей старой машине и отвёз к нотариусу, где они оформили дарственную на дом и землю без лишних проволочек. Ольга подписывала бумаги, всё ещё не веря полностью, что становится хозяйкой этой старой усадьбы с её воспоминаниями и историей, а потом поехала обратно в город. Сына свекровь уже отвела в школу, как обычно, и дома Андрей ждал её с недовольным лицом, полным претензий, которые он не стал сдерживать.
– И куда это ты укатила на весь день, даже не предупредив? – возмущённо поинтересовался он, скрестив руки на груди. – Ребёнка на мою мать скинула, как будто так и надо.
– Тамара Ивановна и так берёт его к себе на выходные по своему желанию, – ответила Ольга спокойно, но внутри закипая, и рассказала обо всём, что узнала о наследстве.
– Вот как твоя бабушка оказалась с таким чувством юмора, кто бы подумал, – удивился Андрей, но в голосе сквозила не радость, а расчёт. – А дом там, земля – сколько это вообще может стоить на рынке? Вот в бумагах кадастровая стоимость указана, посмотри.
Она ткнула пальцем в цифру на документе.
– Полтора миллиона вместе выходит, а если по реальной рыночной цене посчитать, то и больше наберётся, – восхитился он, потирая руки. – Отлично, продадим всё это дело, и я расширю свой бизнес, деньги сейчас как раз пригодятся, чтобы дела в гору пошли.
– Я, вообще-то, ничего не собираюсь продавать, ни дом, ни участок, – покачала головой Ольга, чувствуя, как решимость крепнет внутри. – Это же память о бабушке, часть моей семьи, нельзя так просто избавиться.
– Ты что, с ума сошла, такое говоришь, это же реальные деньги, а деньги должны работать, приносить пользу, – рявкнул Андрей, повышая голос и вставая. – Или ты думаешь, что я все эти годы тебя бесплатно кормил и поил, ничего не требуя взамен? Нет, пора возвращать добро, которое тебе сделали.
– Андрей, я ничего не стану продавать, и это окончательно, – серьёзно повторила она, глядя ему прямо в глаза. – Это не обсуждается, даже не пытайся давить.
– Вот как заговорила, ну это мы ещё посмотрим, решила имущество от семьи утаить, как будто оно только твоё, – проворчал он, краснея от злости. – Я же тебе о нём рассказала первой, могла бы и промолчать.
– Или продавай, или развод, выбирай, – пообещал Андрей угрожающе. – Нечего цепляться за всякое старьё, которое только место занимает.
Она молча вышла из гостиной, чувствуя, как день безнадёжно испорчен, а радость от наследства угасла под этим натиском. Но уже на следующее утро появились новые поводы для хорошего настроения, которые помогли встряхнуться. Сначала позвонили с работы и сообщили, что по результатам квартала всем поднимают зарплату, включая её, за хорошие показатели. Ольга искренне обрадовалась этой прибавке, потому что деньги в семье были нужны всегда, особенно с нестабильным бизнесом Андрея. А к концу недели сын победил на математической олимпиаде, и это стало настоящим праздником для неё. Она особенно радовалась за Сашу, потому что он готовился сам, без репетиторов, тратил вечера на задачи, и в итоге обошёл всех соперников в своей возрастной группе, принеся домой диплом. Впрочем, Андрея эти успехи восьмилетнего сына не особо впечатлили, он только буркнул что-то одобрительное, хотя сам в жизни ни одной олимпиады или конкурса не выигрывал. Ольга удивлялась такому внезапному везению в своей жизни и всё чаще думала о бабушкиной подкове, начиная верить, что она действительно приносит удачу, как говорила Мария Петровна. Но мужу об этом не рассказывала, опасаясь новых насмешек, которые могли всё испортить. Просто тихо радовалась внутри, не хвастаясь никому, и продолжала жить дальше.
Андрей же в последнее время чаще давал поводы для ревности, чем для радости, и это накапливалось, как снежный ком.
– Это в чём у тебя рубашка такая, вся в пятнах? – спросила Ольга, встряхивая вещь, которую собралась бросить в стирку, и замечая подозрительные следы. – Помада, что ли, здесь размазана?
– С ума сошла совсем, я же не крашусь, откуда помада? – рявкнул Андрей из соседней комнаты, не отрываясь от телефона. – В лифте в бизнес-центре постоянно толчемся, как селёдки в банке, все тыкаются друг в друга локтями и сумками. Может, какая-то из сотрудниц случайно задела, когда выходили.
– Ну, знаешь ли, в прошлый раз духи на воротнике, теперь помада, это уже не совпадение, – зло пробормотала Ольга, чувствуя, как подозрения разгораются сильнее. – Может, начнёшь по лестницам ходить, чтобы избежать таких случайностей?
– Попробую, посмотрим, поможет ли, – отметил он с усмешкой, но без особого энтузиазма. – Не ревнуй по пустякам, глупая, если бы хотел уйти или завести кого-то, давно бы сделал, но я всё ещё здесь, с тобой.
Ольга понимала, что его аргументы звучат вполне разумно на словах, но ничего не могла поделать с этими муками ревности, которые не давали покоя. Она уже довольно долго подозревала Андрея в неверности, но старалась не показывать это открыто, чтобы не усугублять ситуацию, хотя внутри всё кипело от неизвестности и этих постоянных сомнений.
На той неделе она поехала в офис, потому что нужно было поработать там лично и представить начальству сводные отчёты по кварталу, с цифрами и объяснениями. По пути решила заскочить к подруге Юле, с которой они учились вместе на бухучёте и делились всем на свете. Юля выбрала для себя карьеру менеджера по продажам, заявив когда-то, что скучная бухгалтерия с её цифрами не для такой творческой натуры, как она. Ольга иногда подшучивала над ней за это, но всегда считала Юлю человеком надёжным и проверенным временем, с кем можно поделиться и радостями, и горестями без опаски.
– Ну чего ты себя так накручиваешь зря? – усмехнулась Юля, выслушав все подозрения Ольги и наливая чай. – Конечно, в его офисе полно всяких соблазнов, девушек молодых, но Андрей тебя любит, я в этом уверена, иначе давно бы всё изменилось.
– Не знаю, он стал таким отстранённым в последнее время, – вздохнула Ольга, размешивая сахар в чашке. – Смотрит на меня как-то с раздражением, всё время подшучивает колко, насмехается над тем, что я делаю.
– Да, Андрей просто такой человек по характеру, саркастичный, – ответила Юля, пожимая плечами. – Я его сто лет знаю, ещё с тех времён. Себе парня присмотрела хорошего, а ты его увела, помнишь?
– Да я же не специально, само так вышло, – смутилась Ольга, краснея от воспоминаний.
– Никто и не в обиде, шучу, – отмахнулась Юля, смеясь. – Слушай, а у Андрея в компании вакансий случайно нет? Я бы отсюда ушла с радостью. Жена шефа так косо на меня смотрит последнее время, думает, у нас с ним что-то было в прошлом.
– Вы же в Турцию вместе ездили на конференцию, – напомнила Ольга, поднимая брови. – Есть от чего переживать, наверное.
– Между нами давно уже всё закончилось, раньше надо было ревновать, а теперь поздно, – ответила Юля, отмахиваясь. – Вот, кстати, за твоим мужем я бы с удовольствием присмотрела на работе. Спроси у него про вакансию, пожалуйста. Неужели он не поможет лучшей подруге своей жены, это же мелочь.
– Интересный вариант, почему нет, – обрадовалась Ольга, чувствуя, как идея кажется удачной. – И я, может, стану спокойнее, меньше накручивать себя. Ты-то мне точно скажешь, если что не так заметишь.
– Ну что ты, подруга, конечно, – обняла её Юля тепло. – А пока попробуй перестать нервничать по всяким пустякам, которые сама себе придумываешь. Наверняка у него просто в бизнесе заминки, накопилось напряжение, а ты уже ужасов навоображала.
От подруги Ольга уехала немного успокоенная, с лёгкостью на душе, забрала сына из школы, и они вместе пошли домой через осенний парк, где листья шуршали под ногами. Саша вдруг остановился и испуганно сказал:
– Мам, я видел, как тётя сидела у папы на коленях, это плохо?
– Где ты это увидел, расскажи? – ужаснулась Ольга, чувствуя, как сердце уходит в пятки.
– У него на работе, мы заезжали на прошлой неделе, когда ты отчёт сдавала в офис, – напомнил сын, опустив голову. – Ты меня оставила ждать, я сидел в приёмной, уроки делал, а папа с тётей Юлей закрылись в кабинете за дверью. Там стали звучать какие-то странные звуки, как будто кто-то стонет, и я решил подсмотреть через щёлку, вдруг кому-то плохо стало. Ты же не будешь на меня сердиться за это?
– Да нет, милый, конечно нет, ты молодец, что рассказал, – залилась краской Ольга, ужасаясь услышанному и пытаясь сохранить спокойствие. – Не переживай ни капельки, всё правильно сделал.
– Хорошо, а то я испугался сильно, – кивнул Саша, но в глазах стояли слёзы. – А папа нас не бросит из-за этого?
– Честно говоря, не знаю, сынок, посмотрим, как всё повернётся, – вздохнула она тяжело. – Может, мы сами от него уйдём, если так дальше пойдёт.
– То есть папа сделал что-то плохое? – уточнил Саша, и слёзы покатились по щекам от неожиданности. – Зря я тебе рассказал, теперь всё испортил.
– Да нет, малыш, ты чего, ты ни в чём не виноват, слышишь? – Ольга взъерошила ему волосы на затылке ласково. – Всё правильно сделал, такие вещи нужно рассказывать в семье, чтобы всё было по-честному, без секретов.
Домой она пришла уже с твёрдым намерением поднять тему развода и не отступать. Но Андрей и слушать ничего не хотел, сразу призвал мать в качестве своего адвоката, и они вдвоём встали стеной, не собираясь даже оправдываться перед ней.
– Саше просто показалось, он ребёнок, мог напридумать, – авторитетно заявила Тамара Ивановна, появившись на пороге спальни, где Ольга лежала с саднящей головной болью и мокрым полотенцем на лбу. – А ты, похоже, просто истеричка, которая из любой мухи раздувает слона размером с дом. Ну какой развод, подумай головой? Ты должна быть благодарна по гроб жизни, что мы тебя, дворняжку безродную, взяли в нашу приличную семью и дали крышу над головой.
– То есть вы предлагаете до конца дней терпеть измены и делать вид, что ничего не происходит? – не собиралась сглаживать углы Ольга, поднимаясь с кровати. – Так это делается в ваших благородных домах, где всё на показ?
– Вижу, по-хорошему ты ничего не понимаешь, упрямая, – процедила Тамара Ивановна сквозь зубы. – Что ж, про раздел имущества вообще забудь начисто. Всё оформлено на меня, так что ничего не получишь. А вот про сына стоит хорошенько подумать, потому что ты его больше не увидишь, если полезешь в суд.
– Вы о чём вообще говорите? – изумилась Ольга, чувствуя холод по спине. – Я хорошая мать, никто не отберёт у меня ребёнка.
– Ага, мамаша без нормального жилья и стабильных доходов, которая только и делает, что бусики плетёт, – рассмеялась Тамара Ивановна зло. – Опека никогда не даст ухудшить жилищные условия ребёнку, а у тебя кроме своей старой избушки в деревне ничего за душой нет.
Продолжение: