Глава 18: О важности поддержания корпоративного духа в условиях перманентного кризиса
Правило №25: Ежеквартальные планерки не отменили. Они эволюционировали. Теперь это стратегические брифинги у пролома в стене, где вместо графиков на проекторе — угольные схемы на обрывке обоев. Главный вопрос повестки: «Как увеличить добычу питьевой воды с крыши, не становясь добычей крылатых термоядерных мух». Второй вопрос: «Кто забыл пометить в журнале учёта последнюю банку тушёнки?». Разбор полётов обещает быть жарким.
Вернувшись из рейда на «Вершину», офис зализывал раны. Дядя Витя чинил баррикаду у главного входа, ворча, что «вершинцы» всё испортили своим нападением — рассыпали папки с важными черновиками.
Валентина Петровна проводила инвентаризацию оставшихся после вылазки ресурсов.
– Термос безвозвратно утрачен, – констатировала она, делая пометку в журнале. – Сахар-рафинад в количестве двух килограммов израсходован на диверсионные нужды. Зато приобретён один (1) экземпляр стратегического плана врага и… – она посмотрела на Костью, – один слегка помятый, но живой курьер.
– Я не помятый, я… функциональный, – пробормотал Костя, смущённо поглядывая на Свету из бухгалтерии, которая старательно делала вид, что не смотрит на него.
Олег тем временем пытался вернуть Сашу в серверную. Тот, вдохновлённый недавним взломом вражеской системы, застрял в лифтовой шахте и настойчиво предлагал всем вокруг «оптимизировать их биоформы для повышения эффективности».
Глава 19: Офисный фольклор и устное творчество
Правило №26: Легенды и мифы — важная часть поддержания морального духа. Самая популярная байка — о кладовой на минус втором этаже, доверху забитой бумагой для принтера «Снегурочка» и картриджами. Её стережёт призрак бывшего замдиректора, который при жизни требовал экономить бумагу, а после смерти наказывает тех, кто печатает без необходимости. Все знают, что это выдумка, но пачка бумаги А4 до сих пор имеет здесь вес золотого слитка.
По вечерам у генератора, который теперь приходилось крутить на велотренажёре вдвое дольше (Саша после апгрейда потреблял больше энергии), собирались все и обменивались новостями.
– Слышал, «Стальные Когти» вчера отбили атаку бродячих псов, – делился кто-то. – Говорят, те были с iPad в зубах. Ищут розетку.
– Ерунда, – фыркала Валентина Петровна. – А вот Людмила из кадров вывела новый сорт картофеля. Устойчив к кислотным дождям и спорам плесени. Назвала его «Резюме».
– А я слышал, – понижал голос Олег, – что в соседнем квартале видели нетронутый отдел «Эльдорадо». Но его охраняет бывший продавец-консультант. Говорят, он до сих пор предлагает расширенную гарантию на всё, что унесёшь.
Эти разговоры были сладкой иллюзией нормальности. Как и прежде, в курилке, только теперь вместо сплетен о начальстве — легенды о былом изобилии.
Глава 20: Внутренние коммуникации и обмен опытом
Правило №27: Доска почёта видоизменилась. Теперь на ней не фотографии лучших работников, а засушенные головы особо опасных тварей с подписью: «Сотрудник месяца: победил трёхголового пса-мутанга голыми руками и принтерным кабелем». Это мотивирует больше любых грамот.
Утром Олег обнаружил на своём столе свёрток. Внутри лежала половинка печенья «Юбилейное» и записка, нацарапанная на обороте счёта-фактуры: «За операцию по спасению актива. Не разглашать. В.П.»
Олег улыбнулся. Это была высшая награда — знак признания от Валентины Петровны.
В углу комнаты дядя Витя проводил мастер-класс для новичков из «Когтей»: «Как определить по звуку, мутировавшая это саранча или просто очень злой голубь» и «Основы рукопашного боя с использованием канцелярских принадлежностей».
– Степлер — это вам не игрушка, – грозился он. – Это оружие ближнего боя. Скоба, выпущенная умелой рукой, может остановить противника размером с небольшого дикобраза. Главное — целиться в глаз. Или в то, что у него служит глазом.
Жизнь, пусть и странная, пусть и абсурдная, но жизнь — продолжалась. Всё так же нужно было дежурить у баррикад, растить картошку в подцветочниках и опасаться соседей, мечтающих о ребрендинге. Но это был их офис. Их хаос. Их нормальность.