Найти в Дзене
Ульяна Кривенко

Почему мозг говорит «не лезь туда», когда мы приближаемся к травме

Почему мозг говорит «не лезь туда», когда мы приближаемся к травме? Представьте, что наш мозг — это сверхчувствительный компьютер. И когда мы в терапии подбираемся к травме, он моментально включает защиту. Интерес к работе падает, хочется говорить о чем угодно, только не о главном. А самое важное вдруг кажется пустяком, не стоящим внимания. Это и есть сопротивление — наш внутренный страж. Сказать человеку в этот момент: «Да ты просто сопротивляешься!» — или взять его «на слабо» — бесполезно. Это только сильнее включит защиту. Мозг найдет тысячу логичных аргументов, почему «туда» идти не нужно и не важно. Почему нельзя ломать защиту? С травмой работают бережно, как сапер с миной. Подошли с одного боку — отступили. Обсудили смежную тему, накопили ресурс — попробовали с другого. Если же попытаться прорваться напролом и «проговорить» сопротивление, произойдет повторная травматизация. Защитный барьер вокруг раны станет еще толще, и в следующий раз подобраться к ней будет гораздо сложн

Почему мозг говорит «не лезь туда», когда мы приближаемся к травме?

Представьте, что наш мозг — это сверхчувствительный компьютер. И когда мы в терапии подбираемся к травме, он моментально включает защиту. Интерес к работе падает, хочется говорить о чем угодно, только не о главном. А самое важное вдруг кажется пустяком, не стоящим внимания.

Это и есть сопротивление — наш внутренный страж.

Сказать человеку в этот момент: «Да ты просто сопротивляешься!» — или взять его «на слабо» — бесполезно. Это только сильнее включит защиту. Мозг найдет тысячу логичных аргументов, почему «туда» идти не нужно и не важно.

Почему нельзя ломать защиту?

С травмой работают бережно, как сапер с миной. Подошли с одного боку — отступили. Обсудили смежную тему, накопили ресурс — попробовали с другого.

Если же попытаться прорваться напролом и «проговорить» сопротивление, произойдет повторная травматизация. Защитный барьер вокруг раны станет еще толще, и в следующий раз подобраться к ней будет гораздо сложнее.

Откуда берется это сопротивление?

Это не каприз, а набор защитных механизмов. Наш верный страж, который когда-то помог нам выжить, не сойти с ума и продолжать функционировать после болезненного события. Его задача — забыть, не чувствовать, убедить себя, что «все нормально».

И тут возникает вопрос: зачем тогда ворошить прошлое, если и так все «заблокировано»?

Травма продолжает управлять вами.

Наш мозг обобщает. Если ребенок когда-то травмировался при виде грубого врача в белом халате, взрослый человек может бессознательно бояться всех людей в белых халатах, будь то повар или химик лаборант.

А главное — с каждым годом на сокрытие и «запирание» этой травмы уходит все больше психической энергии.

К чему это приводит?

К 35-40 годам запасы энергии иссякают, и начинаются сбои:

· Неконтролируемые вспышки агрессии

· Панические атаки

· Навязчивые движения

· Депрессия и упадок сил

· Эмоциональное выгорание

И вот здесь речь уже не про «надо работать над собой», а про простые человеческие «хочу»:

· Я хочу быть счастливее

· Хочу гармоничные отношения

· Хочу радоваться жизни

· Хочу успеха в карьере

· Хочу здоровое тело

· Хочу больше зарабатывать

· Хочу, чтобы дома была атмосфера покоя

Мы редко задумываемся, насколько реализация этих «хотелок» зависит от нашего внутреннего состояния. А ведь непроработанная травма — это стоп-кран, который не дает нам двигаться вперед.

Именно поэтому в терапии я не ломаю ваши защиты, а применяю различные инструменты для проникновения через них. Возвращаю утраченные части вашей личности, тем самым, высвобождая огромный ресурс, который много лет уходил на то, чтобы держать старую боль под замком.