В наше время такие кадры разлетелись бы по соцсетям за секунды. Танки на центральном проспекте столицы. Военные с автоматами против безоружных студентов. Последствия столкновений на мостовой.
А в 1956 году хватило одного приказа сверху, и вся страна на тридцать лет практически забыла о тбилисских событиях. Никаких общедоступных видео, минимум свидетелей, никаких неудобных вопросов. Только официальные справки о «несчастных случаях» и долгое молчание.
*****
Девятнадцатилетний Отар шел домой с друзьями по проспекту Руставели и напевал что-то грузинское. К полуночи его уже не было в живых, он стал одной из жертв событий у Дома связи.
Что стало причиной его гибели? Просто он вышел с портретом Сталина и потребовал не очернять память земляка.
Никита Хрущев во время своего правления проводил активную антирелигиозную кампанию. С тбилисской молодежью вопрос был решен иначе, то есть с помощью силового подавления. Это было сделано эффективно и без лишних разговоров о «социалистической законности».
Возникает сложный исторический вопрос: Сталин за тридцать лет правления ни разу не отдавал приказ о силовом разгоне подобных демонстраций на улицах(сегодня не говорим о репрессиях, Приказе № 00447 от 31 июля 1937 года и "расстрельных списках"). А Никита Хрущев за десять лет своего руководства допустил применение силы в нескольких городах. Кто из них действовал более жестко в таких ситуациях — вопрос для историков и исследователей.
Как «секретный доклад» Хрущева дошел до грузинских парней за две недели
Двадцать пятого февраля первый секретарь ЦК КПСС выступил на закрытом заседании XX съезда с докладом о культе личности. «Секретность» этого выступления оказалась условной. Через две недели содержание речи стало известно по всему Союзу от Калининграда до Владивостока.
В Грузии эту новость восприняли особенно болезненно. Для многих это выглядело так, будто руководитель из Москвы критикует их земляка. Человека, при котором страна из аграрной превратилась в сверхдержаву. А теперь новый лидер объявляет Сталина виновником массовых репрессий.
Четвертого марта у памятника Сталину на тбилисской набережной появились первые люди. Местный активист Парастишвили забрался на постамент, отпил из бутылки вино и, разбив ее, выкрикнул:
— Пусть так же погибнут враги товарища Сталина, как эта разбитая бутылка!
Этот жест получился символичным. Враги действительно скоро начали гибнуть, только совсем не те, которых имел в виду выступавший.
Пятого марта, в годовщину смерти Сталина, на улицы вышли студенты. Сначала они просто хотели возложить цветы к памятнику. Но шестого числа первый секретарь компартии Грузии генерал Мжаванадзе зачитал местному партактиву письмо ЦК о культе личности. Информация мгновенно утекла в народ, и тут начались массовые выступления.
Молодежь посчитала, что московские власти собираются опорочить память одного из величайших грузин в истории. И решила этого не допустить.
Почему сторонник «оттепели» решил проблему с демонстрантами силовым путем
Следующие дни в Тбилиси прошли митинги. По проспекту Руставели маршировали колонны с портретами Ленина и Сталина. Демонстранты требовали от прохожих снимать шапки, а водителей просили сигналить в честь вождей.
Восьмого марта на центральной площади было организовано масштабное мероприятие. По кругу разъезжала черная машина с людьми, загримированными под Ленина и Сталина, что соответствовало местной традиции театрализованных представлений.
Читали стихи Сталина. Выступали известные писатели, ученые, простые рабочие. А руководство республики находилось в растерянности. Генерал Мжаванадзе, который не очень хорошо говорил по-грузински, пытался уговорить толпу разойтись. Результат был нулевым, его просто не слушали.
Митингующие выдвинули властям пять требований: объявить девятое марта траурным днем, напечатать в газетах статьи о Сталине, показать в кинотеатрах фильмы про вождя. И пригласить на митинг гостившего в городе китайского маршала Чжу Дэ.
Вместо маршала из Пекина в Тбилиси были введены советские войска.
Девятого марта с утра генерал Мжаванадзе снова попробовал поговорить с демонстрантами. Он начал по-русски, но толпа заставила его перейти на грузинский. Руководитель республики что-то сказал о необходимости разойтись и быстро покинул площадь. А вечером командующий Закавказским военным округом Федюнинский ввел в город танки и бронетранспортеры.
Ночью группа молодых людей двинулась к Дому связи, чтобы отправить телеграмму в Москву. Вероятно, они планировали пожаловаться на местных руководителей прямо товарищу Хрущеву.
В двадцать два часа по толпе открыли огонь. Были задействованы автоматы и пулеметы. Танки использовались для устрашения протестующих.
— Звук был такой, словно лопались бумажные пакеты, — вспоминал один из очевидцев тех событий.
К утру на проспекте Руставели было множество пострадавших. Тела некоторых погибших оказались в реке Кура. По свидетельствам, раненые не всегда получали своевременную помощь.
Так руководитель, известный своей политикой «оттепели», решил проблему с молодежью, которая защищала память его предшественника. Это было сделано эффективно. Сталин в подобных ситуациях не прибегал к публичному использованию армии на центральных улицах столиц союзных республик.
Молчание длиной в тридцать лет
На следующий день газеты вышли с коротким сообщением: в Тбилиси произошли беспорядки, организованные «националистическими элементами при поддержке зарубежных сил». Это была классическая формулировка для того времени.
Родственникам убитых выдали справки о «несчастных случаях». Проводить публичные панихиды запретили. Похороны проходили в обстановке секретности. Архивы по этим событиям были засекречены, а свидетелей убедили молчать.
Говорить правду об этой трагедии начали только в девяностых. К тому времени большинство очевидцев ушли из жизни, а часть архивов КГБ была утеряна. Таким образом, многие детали событий оказались скрыты.
Хрущев десять лет говорил о «незаконных репрессиях» сталинского времени. При этом он сам допустил гибель людей на улицах. А потом информация о случившемся скрывалась тридцать лет. У кого на самом деле был культ личности — большой вопрос.
Тбилисские студенты защищали память человека, который, по их мнению, строил великую державу. А погибли они от действий власти, которую возглавлял человек, начавший десталинизацию. Может, стоило прислушаться к их требованиям?
Впрочем, сейчас об этом рассуждать поздно. История не терпит сослагательного наклонения. Но она позволяет делать выводы.