«Спартак» считался закрытым клубом, где должности могли занимать «люди системы».
В октябре 2025 года бывший защитник ЦСКА, «Динамо», «Спартака» и «Эспаньола», а ныне бизнесмен Андрей Мох в преддверии своего 60-летия дал большое интервью обозревателям «СЭ» Юрию Голышаку и Александру Кружкову в рамках рубрики «Разговор по пятницам».
После окончания карьеры в 1999 году Мох остался жить в Испании, работал помощником тренера Педро Браохоса в хихонском «Спортинге» и клубе «Реал Хаен», учился на тренерских курсах, но в итоге занялся бизнесом. В отрывке ниже — рассказ Моха о периоде Уная Эмери в «Спартаке».
Карпин
— Карпин, будучи генеральным директором «Спартака», позволил Унаю Эмери привезти двух испанских ассистентов — Хуана Карседо и Микеля Хауреги.
— Да. Я должен был стать третьим.
— Что сказал Валерий Георгиевич? «Два — и не больше»?
— Насколько помню, прозвучала фраза: «Моха здесь не будет». «Спартак» — закрытый клуб. И тут я, какой-то непонятный для руководства человек, вроде из Испании, но не испанец...
— Вы же играли за «Спартак».
— Думаю, это и сработало против меня.
— То есть?
— Карпину казалось, что у меня в Москве друзья, какие-то контакты. Значит, информация может выйти. Он рассудил, что это проблема. Решил ее по-своему — приставил к Унаи Диму Попова. Спортивного директора, знающего испанский.
— Чем Попов лучше вас?
— Вопрос не в «лучше». Попов в то время уже был человеком системы. Свой, проверенный. Как и Ледяхов. Оба работали в «Спартаке» с 2008-го. Вопрос о помощниках Эмери встал в 2012-м. Карпин спустил Игоря и Диму. Все, достаточно. Иди работай!
— Ну и два испанца.
— Да. Причем Эмери с ними не дружил. В Москве даже ни разу не поужинали вместе!
— Зачем же привез?
— Устраивали его как профессионалы. У Эмери четкое разделение. Но у меня был плюс — я, кроме рабочих моментов, для него еще и друг. Могли вместе проводить свободное время.
— Вы на Карпина обиделись?
— Нет.
— Странно.
— Я не обиделся. Я разозлился! Но положа руку на сердце — все он сделал правильно. На его месте я бы поступил так же. Это логично! У Карпина своя должность, свои задачи. Проблема-то в другом.
— В чем же?
— Когда в «Спартаке» у Эмери начались трудности, Карпин ему не помог. Да и не собирался помогать. Я не говорю, что он подтолкнул Унаи к выходу, но и не поддержал. Расстался с ним безо всякого сожаления.
— Потому что сам хотел вернуться на место главного тренера?
— Вот вы все за меня и сказали.
Новинка в «СЭ»: Какая сборная самая дорогая в мире? Спортивные тесты и квизы (здесь)
Контракт
— Правда, что Федун договорился с Эмери о контракте за полгода до его переезда в Москву?
— Нет, Федун прилетел договариваться летом 2012-го. Я хорошо это помню, как раз находился в Мадриде.
— Переговоры шли без вас?
— Да. Но мне позвонил общий приятель, Альберто Бенито, сейчас работает у Эмери скаутом в «Астон Вилле». Сообщил: «Унаи встречается с русским президентом. Будет и про тебя говорить». Понимал, что в Москве я бы помог.
— Леонид Арнольдович не возражал?
— Ему было все равно. Унаи мне об этом рассказывал. Еще он запомнил фразу Федуна: «Если ты выиграешь лигу, я тебя озолочу».
— Лигу — это российский чемпионат?
— Да. Но дела шли не очень. Эмери не сильно тревожился по этому поводу. Я пытался втолковать: «Унаи, ситуация тяжелая!» — «О чем ты? Первый сезон! У тебя тренерского опыта почти нет, а у меня большой. Я знаю, что говорю...»
— Как оказалось, вы знаете лучше.
— Я знал менталитет «Спартака» и Федуна как русского человека. Поэтому убеждал Эмери: «Дай им хоть что-то. Сосредоточься на Кубке. Возьми трофей!» Как ни странно, он меня услышал. Но с Кубком тоже не срослось. В 1/8 уступили по пенальти «Ростову».
— Разговаривали с Унаи часто?
— После каждой игры. Помню, у него был день рождения. «Спартак» победил в Самаре 5:0, казалось, дела пошли на поправку. Мы гуляли в «Москва-сити», Унаи заказал ресторан.
— Хороший?
— Великолепный! Он вообще парень щедрый. Сколько бы ни было человек за столом, какие бы они ни были богатые — Эмери за всех заплатит. В его духе: «Ничего выбирать не будем, несите всё!» В этом смысле похож на «нового русского».
— Московский контракт позволял. 2,5 миллиона евро.
— Я еще после «Валенсии» его спросил: «Унаи, жизнь удалась?» Он усмехнулся: «Да, уже не парюсь».
— Мы-то с цифрами точны?
— Да.
— Неустойку получил?
— Все, что полагалось за год. Уехал Эмери в декабре. Там был затык с налогами. Высчитывали — то ли он резидент, то ли нерезидент... В конечном счете поняли, что налоги будет платить в России, 13 процентов. Из Испании по этому вопросу прилетели три адвоката Унаи.
— Кто от «Спартака» подписывал бумаги об отступных?
— Карпин. Подписал все, что просили адвокаты. Унаи сразу отправился в Эмираты. Ему предлагал контракт клуб то ли там, то ли в Саудовской Аравии.
— Давали больше, чем в «Спартаке»?
— Приблизительно столько же. Два с чем-то миллиона. Он сказал: «Лечу договариваться. Если получится — войдешь в мой штаб».
— Не сложилось?
— Как видите... Эмери вернулся в Испанию, я ему позвонил: «Ну что?» — «Нет. Я подумал — если туда залезешь, в Европу не вернешься. Лучше сделаю паузу».
— Не прогадал.
— Через два месяца в «Севилье» снимают Мичела, приглашают Эмери — и он выигрывает Лигу Европы. Потом еще раз, еще...
— В «Севилью» вас не звал?
— Там уже сформировался штаб, Эмери приходил в середине сезона. Да и одно дело, я помогал бы ему в России. Где действительно был для него важен. А в «Севилье» шансов ноль.
Группировки
— Вы сразу почувствовали, что Валерий Георгиевич не собирается поддерживать Эмери?
— Нет. Просто казалось, что Карпин хочет все контролировать. Ситуация-то внутри была сложнейшая. Группировки! Латиноамериканцы с одной стороны, русские с другой, Дзюба сам по себе, Эменике тоже... Время идет — результата нет. А деньги потрачены. Что делать? Карпин решил: «Да я знаю, как это работает!» Повторяю, может, он не подталкивал Эмери к выходу. Но и не препятствовал, чтобы процесс поскорее завершился.
— Самый тяжелый для Эмери момент в этой эпопее?
— 0:2 с ЦСКА в Лужниках. Играли ужасно. Я был на матче и понял — вот-вот все закончится. «Спартак» совсем не тот. Унаи не раз говорил: «У меня нет поддержки в клубе». Он не контролировал ни русских, ни легионеров. Могу рассказать одну историю.
— Ждем с нетерпением.
— Выходной. Эмери спрашивает: «Съездим куда-нибудь?» Есть отличный план, отвечаю. Отправляемся в Lotte Plaza, мои товарищи приглашают на ужин. Смотрим — а там спартаковские бразильцы сидят!
— Кариока, Веллитон, Ари?
— Да. Говорю Эмери: «Не понял». — «Что такого? Выходной!» — «Но почему группой? Что у вас в команде творится?»
— Кстати, хороший вопрос.
— Знаете, что Эмери ответил? «Эти сами по себе, я не лезу. Их начнешь дергать — вообще выигрывать перестанешь. Бразильцев надо нянчить. Русские тоже на своей волне...» Так что семейной атмосферы в «Спартаке» не было. Никакого желания двигаться вперед. Абсолютно разрозненный коллектив.
— Вы специально прилетали каждую неделю, чтобы просто пообщаться с Эмери?
— А что такого? Работы у меня тогда не было. Из Мадрида прямые рейсы. Сел да полетел.
— Эмери вас просил об этом?
— Да. Как-то вернулся в Мадрид, прошло дней пять. Звонок: «Андрей, ну что ты? Возвращайся!» — «Я же недавно был...» — «Прилетай. Тяжело». «Ладно, — отвечаю, — буду».
Увольнение
— До Федуна он не мог достучаться?
— Тот совсем высоко. Эмери даже не пытался выйти с ним на контакт. Прямого доступа не существовало. Между прочим, «Спартак» — первый случай, когда Унаи выгнали, расторгли контракт! Прежде всегда и везде шел наверх, прогрессировал. Что в «Лорке», что в «Альмерии», что в «Валенсии». Помню, пришла новость об увольнении. Мы сидим с Эмери, он задумчиво ловит вилкой камчатского краба. Обожал этих крабов.
— Губа не дура.
— Прилетел его представитель, сидит рядом. Говорит: «Унаи, что-то ты расстроен. Мне не кажется?» Эмери поднимает глаза: «Впервые уволили!» Тот улыбается: «Первые три увольнения — больно. Потом перестанешь огорчаться. Это будет... Ну как детей в школу отвести».
— Эмери было жаль уезжать из России?
— Говорил — нет. Не чувствовал себя комфортно. Я опасался, что может возникнуть вопрос с выплатами. Думал, Карпин скажет: «Ты хочешь полную сумму — а где результат?» Но получилось иначе. Унаи со смехом описывал, как это выглядело. Карпин вышел из машины. Прямо на ходу: «Привезли документы? Давайте». Все подмахнул, сказал «спасибо» и исчез.
— Как Эмери отзывался о Карпине?
— Я вам клянусь — ни одного плохого слова. Относился ко всем трудностям как профессионал. Для него Карпин — это только работа, ничего личного. В Махачкале к Унаи подошел тренер еще звездного «Анжи»... Как же его...
— Хиддинк?
— Точно! Спрашивает: «Что Карпин? В клубе?» — «Да». — «Наверное, мечтает тренировать?» Эмери пожимает плечами: «Откуда я знаю?» Гус усмехается: «Кто тренировал, тот никогда не захочет сидеть в офисе». Унаи был поражен. Он даже не размышлял в этом направлении.
— Оказалось, так и есть.
— Ну конечно! Менеджер повязан по рукам и ногам. А у тренера настоящая власть. Он все решает, хозяин положения. Совсем другой вкус жизни.
— Когда вы поняли, что Эмери — хороший тренер?
— Еще играя в «Толедо», он засыпал тренера вопросами: «Вот это вы для чего делаете?» Эмери сейчас глубокий аналитик, методист. Стас Черчесов его чем-то напоминает. Хотя Унаи на высшем уровне почти не играл. В примере всего шесть матчей за «Реал Сосьедад».
— После «Спартака» у вас сомнения в тренере Эмери не зародились?
— Нет. Время показало его цену — 20 лет прекрасной работы! Куча трофеев.
Читайте также:
- Топ-10 красавиц-спортсменок из СССР