Уважаемые мои читатели, подписчики! Дорогие друзья!
Не знаю, как вы, а я соскучилась по нашему общению! Так хочется поскорее вернуться к продолжению "Тени империи", однако мысли не совсем складываются в эту историю и разбегаются в разные стороны, словно маленькие тараканчики.
Вот и в эти выходные, усевшись за ноутбук, я вдруг поймала себя на том, что пальцы сами собой начали набирать совсем другую историю. Получилось что-то о молодой женщине, в современном сеттинге.
Не знаю, правильно ли я поступаю, но очень хочется поделиться с вами этими двумя небольшими зарисовками, сегодня публикую первую.
Пусть это будет мостиком к моей новой части основного повествования, и способом напомнить о себе, пока я готовлю для вас новую главу истории "Тень империи".
Надеюсь, вы не очень рассердитесь на меня))
С уважением, ваша Наталья Лаврукова
Верочка
Зал местного поселкового клуба сиял праздничным убранством. В самом центре гордо возвышалась огромная ель, усыпанная переливающимися огоньками и серебристым дождём, украшенная блестящей мишурой и разноцветным серпантином. Сразу после боя курантов сюда потянулись жители посёлка – это была давняя деревенская традиция, которую никто не пропускал.
Праздничная суета охватила всех. Знакомые лица мелькали то тут, то там, одаривая поздравлениями и тёплыми объятиями.
Вера и её лучшая подруга Галя, красуясь в своих новых платьях, внимательно изучали толпу. Их женский взгляд не упускал ни одной детали: кто в чём, с кем, и чей наряд достоин особого внимания.
Музыка набирала обороты, и вскоре танцпол заполнился весёлыми парами. Ритмичные мелодии сменялись зажигательными, вовлекая всё больше людей в вихрь танца.
Внезапно чья-то рука коснулась локтя Веры.
- Разрешите пригласить? С Новым годом! – услышала она и, повернувшись, увидела незнакомца – молодого мужчину с открытым и располагающим лицом.
- С удовольствием, – ответила она, одарив его улыбкой, – и вас с Новым годом!
Парень оказался прекрасным партнёром по танцам – спокойным и уверенным.
Всю новогоднюю ночь он был рядом, весело общаясь и танцуя.
- Кто это? – тихонько спросила Вера подругу, – Ты его знаешь?
- Нет, впервые вижу, – ответила та, - хотя, вроде, есть в нём что-то знакомое.
В этот момент к ним подлетела румяная Зина, которая, как известно, знала все деревенские новости.
- Девчонки, с Новым годом! – радостно вскрикнула она.
- Зин, а кто этот молодой красавец в костюме? – спросила Галя, подруга Веры.
- Где? А, этот? Да это тёть Валин сын, приехал на Новый год. Он редко к ней наведывается, сто лет уж не был, где-то на севере, говорят, работает.
Между тем ритмичная музыка сменилась медленной, и мужчина вновь подошёл к Вере.
- Наверное, нам пора познакомиться. Я Геннадий, - представился он, - можно пригласить Вас ещё раз?
Вера с улыбкой назвала своё имя и подала парню руку.
- Никогда вас здесь не видел, - удивлённо моргнув длинными ресницами, заметил он во время танца, - хотя, я и сам редко бываю в деревне, выбрался вот в кои веки маму навестить.
- А кто ваша мама? – поинтересовалась Вера.
- Кондратьева Валентина Ивановна, знаете? – спросил Геннадий.
- Да, конечно знаю. Она в детском саду воспитательницей работает, – ответила Вера.
- Да, верно, – улыбнулся Геннадий. – Уж не ходили ли вы к ней в группу? – с улыбкой добавил он.
- Сын ходил, – ответила Вера.
- Ну и как, не жаловался, что воспитательница строгая? В угол не ставила? – шутливо нахмурился Геннадий.
- Нет, мама у вас добрая, дети её любят, – заверила Вера.
Так, в непринуждённой беседе, пролетело время. Новогодняя ночь подошла к концу, и гости начали расходиться. Геннадий предложил проводить Веру с подружкой.
- Девочки, вы не против провожатого? – весело спросил он.
- Нет, не против! – радостно ответили они.
По заснеженной улице, под светом редких фонарей, они шли втроём. Снег приятно хрустел под ногами, а морозный воздух щипал щеки. Вера шла посередине, чувствуя себя легко и беззаботно. Подружка, оживлённо болтавшая с Геннадием о деревенских новостях, немного разряжала обстановку.
- А вы недавно в деревне живёте? - спросил Геннадий, обращаясь к Вере.
- Давно, - коротко ответила она, не любившая рассказывать о себе.
- Вы не похожи на сельского жителя, - покосился на неё Геннадий, ожидая ответа на свою реплику.
- А я бы в городе хотела жить, - присоединилась к разговору Галя.
- Городская суета иногда утомляет. Я вот тоже подумываю о том, чтобы чаще приезжать сюда, к маме. Здесь как-то душевнее. А вы как думаете, Вера?
- Да, здесь, душевнее, - повторила та слова Гены.
Между тем они подошли к дому Гали. Она тепло поблагодарила за компанию и скрылась за дверью подъезда. Вера и Геннадий остались вдвоём. Наступила неловкая тишина.
- А вот и мой дом, - сказал Геннадий, указывая на следующую пятиэтажку с ярко освещёнными окнами.
- Мой немного дальше, - ответила Вера, - спасибо, что проводили.
- Не за что, - улыбнулся Геннадий. - Мне было приятно. Может быть, как-нибудь ещё увидимся?
- Наверное, - уклончиво ответила Вера, - живём почти рядом.
- Тогда до свидания, ещё раз с Новым годом! - сказал Геннадий и, развернувшись, пошёл к подъезду.
Вера посмотрела ему вслед. “Ненавязчивый, - с удовлетворением подумала она, но тут же прищурилась, - или хитрый, - продолжила свою мысль, - хочет меня заинтересовать: думай, мол, теперь, обо мне, а я вот такой гордый, лишний раз упрашивать не стану. Что ж, посмотрим, так даже интересней.”
Впервые за последние годы её глаза заблестели от азарта влюблённости, и это так её порадовало! Она-то знала, что такое чувство сразу лет пять как минимум скидывает с возраста.
Верочка итак выглядела моложе своих лет, но мало кто догадывался, сколько усилий она вкладывала в свою внешность, особенно после того, как трагический случай внезапно оборвал жизнь её мужа.
Именно эта стойкая привычка держать себя в форме стала для неё спасательным кругом в тот непростой период. Не только внезапная потеря, но и острое осознание хрупкости бытия подталкивали её к этому. Ведь так легко отложить дела на потом, не подозревая, что тот самый "потом" может никогда не наступить.
После того, как реальность тогда на какое-то время ускользнула от неё, и Вера даже забывала о существовании собственного сына, она силой воли вернулась к своим привычным ритуалам: зарядке, уходу за собой. Эти занятия стали для неё своеобразной медитацией, помогая отвлечься от гнетущих мыслей. Постепенно жизнь начала налаживаться. Однако теперь они с Андрейкой жили вдвоём, без папы.
Женихи появлялись, но все были “не то” – так они с подругой пришли к выводу после долгих душевных разговоров.
Геннадий же был такой неожиданный и обаятельный, что заставил вздрогнуть Верочкино заиндевевшее сердечко.
…Войдя в квартиру, она разулась, тихонько подошла к дивану, на котором спала свекровь, и поправила сползшее одеяло, но женщина резко открыла глаза.
- Я уже не сплю, Вера, сейчас встану, домой надо идти, - зевнула она, - ну как там на танцах? Васька-щегол был? Один или с Зойкой? Помирились они или нет?
- Были вдвоём, обнимались, - улыбнулась Вера, - Разбудила я Вас, Мария Петровна, спали бы ещё, куда Вам торопиться?
- Дома досплю. Мы с твоей мамой долго ещё после тебя сидели. Она домой боялась идти, поджилки дрожали, свет выключила, глазищи в темноте сверкают, ты ж её знаешь, - тихонько засмеялась свекровь.
- А что такое случилось? Почему боялась? - напряглась Вера.
- Ты как ушла, вскорости в дверь позвонили. Я к двери пошла, мама твоя побелела, за рукав меня схватила. “ Кто?” – кричит. А с лестницы:” Полиция!” Мама твоя:” Какая ещё полиция?” А ей отвечают:” Российская! “ Она сразу поменялась, заволновалась, ты же знаешь, как она к властям относится после того случая, вежливо так им ответила:”Я очень полицию уважаю, но не открою. А что вы хотели?” Там спросили, не видела ли она аварию днём, но ответа дожидаться не стали, поздравили с праздником и ушли. Видно, поняли, что толку от твоей мамы не добьются.
Вера рассмеялась вместе со свекровью. Она вспомнила, как мама-бухгалтер однажды была свидетелем по делу о махинациях бригадира молочной фермы, приторговывавшего молоденькими бычками. Тогда мама приехала на судебное заседание, судья её спросил:
- Ваша фамилия, имя, отчество?
Она растерянно посмотрела на односельчан, те ей подсказали, и она ответила.
Потом судья спросил адрес её места жительства.
Она сосредоточилась и выдала:
- Как в крайний подъезд заходите, на второй этаж подниметесь, там дверь направо.
Умная женщина, с высшим образованием, но так растерялась, что случился такой курьёз.
- Мария Петровна, салат будете или котлеты разогреть? - спросила Вера.
- Ничего не буду, живот полный. Чаю попью и пойду. Завтра Андрейка приедет - приходите, я пирогов напеку. Маму с собой берите, - сказала свекровь и присела к столу.
Полчаса спустя Вера её проводила, подошла к окну и стала смотреть на мягко падающий снег, который укрывал мир своим чистым покрывалом.
Она думала о Геннадии, о его длинных ресницах, о голубых глазах, о его шутливом вопросе про воспитательницу. В его словах не было ни капли фальши, только искренний ненавязчивый интерес.
Эта прогулка, такая короткая, но такая наполненная, оставила приятное послевкусие. “Видимо, придётся увидеться с ним ещё раз, он мне понравился” - решила Вера и пошла в ванную смыть косметику.
За окном продолжал тихо падать снег, укрывая деревню белым одеялом. Вера переодевалась в домашнюю одежду и думала о том, как много всего может измениться за одну новогоднюю ночь.
Она вспомнила, как Геннадий спросил, не ходила ли она к его матери в группу, и эта мысль показалась ей забавной. Он явно был младше неё, а вёл себя так, будто был старше. Хотелось бы увидеть его лицо, когда он узнает, сколько ей лет.
Она и не знала, что в этот момент лицо Геннадия и вправду вытянулось от удивления, когда мать на его вопрос о Вере и Гале, рассказала, кто они такие.
- Так это и есть жена Игорюхи? Ну…то есть…бывшая жена? Так она ж тёти Любы ровесница! - взметнул он вверх брови.
- Ох, господи! Да какая она тебе тётя Люба? Она всего-то на десять лет тебя старше. Просто выглядит солидно. А Вера как тростинка, да и одевается модно. Это она сейчас ещё тела набрала, а как Игорька пох_оронила, так одни глаза что и были, да в одеждах чёрных, как подросток ходила. Что она, что сын её, не различишь.
- А она замужем? - опустив глаза, спросил у матери Геннадий.
- Нет. С тех пор одна живёт, никого не принимает в дом, да и правильно делает. Я вот тоже после твоего отца ни с кем не связываюсь. Так спокойнее. Кушать будешь? Я разогрею, натанцевался, небось, - погладила сына по голове мать.
- Нет, мам, не беспокойся, спать пойду, - ответил он, поцеловал мать в щёку и пошёл в спальню.
Вера уже лежала в кровати и, засыпая, вспомнила вопрос Геннадия: "Может быть, как-нибудь еще увидимся?" “Увидимся” - подумала она, улыбнулась и провалилась в сон.
На следующий день Вера надела спортивный костюм, короткую курточку, взяла мусорное ведро и пошла на мусорку.
Она знала, что тропинка отлично просматривается из окна квартиры, где жила мама Геннадия, поэтому слегка замедлила шаг, обернулась и с широкой улыбкой помахала рукой якобы высунувшейся в окно Гале, живущей в соседнем подъезде.
Когда Вера возвращалась обратно, Гена уже ждал её. Он шёл навстречу, стараясь изобразить на лице удивление.
- О, Вера! Вот и увиделись! Правда, вы говорили, что живём рядом, поэтому…- начал он, запинаясь.
- Да, ладно, Гена, так и скажите, что увидели меня и вышли, - неожиданно произнесла Вера и улыбнулась, наблюдая за тем, как он смутился.
- Неужели я покраснел? Ужас! Когда со мной такое было! - изо всех сил он пытался казаться спокойным и непринуждённым.
- Вы на новогодние каникулы приехали? - быстро сменив тему, приняла серьёзный вид Вера.
- Нет, не только. У меня отгулов накопилось месяца два, - ответил он, как будто учительнице на уроке.
- Хорошо, мама ваша будет рада. Отдыхайте. Увидимся, - сказала она, кивнула и быстро пошла к подъезду.
Их встречи стали повторяться. Сначала случайно. Потом всё чаще и чаще. А на Старый новый год они снова танцевали втроём у ёлки в деревенском клубе.
Месяц спустя Галя, не выдержав, высказала Вере всё, что думала
- Ты всё с ним беседуешь вечерами у мусорки И как он ещё не сбежал от тебя! Видела, как Танька с Олькой на тебя на ёлке смотрели? Злющие! Они бы не только разговорами его развлекли.
- А кто им мешает? - улыбнулась Вера.
- Так ты и мешаешь, кочерёжка старая! - воскликнула Галя, всплеснув руками. И женщины залились смехом.
Однажды Гена помог Вере донести две канистры воды в квартиру и задержался до позднего вечера…
- Можно, я останусь до утра - тихо спросил он.
- Нет! - категорично ответила Вера, резко встала, оделась и подошла к двери, давая понять, что вечер окончен. - Увидимся, - вежливо улыбнулась она, и Гена, не смея спорить, послушно собрался и ушёл.
На следующий день вечером Гена подкараулил её возле подъезда, и они, непринуждённо беседуя, как будто ничего не произошло, прогулялись по тропинке к лесу и обратно.
А ещё через день к Вере приехал сын, и они все втроём столкнулись возле подъезда.
- Здрассте, - сквозь зубы произнёс Андрейка, удивив Веру.
- Сын, откуда ты его знаешь? - спросила она дома про Гену, - кто он?
- Вор! - запросто ответил тот.
- Кто?! - охнула Вера.
- Вор, - повторил Андрейка. - Я случайно, давно, у Витька Денисова видел его фото, он его родственник. Витёк тогда сказал, если меня, мол, будут обижать, я дядьке пожалуюсь. Он на зоне был. Но Витёк с меня слово взял, что я никому не скажу, это тайна.
- А почему вор, а не уб_ийца, например? - поморщившись от омерзения, спросила Вера.
- А он из деревни когда уехал в город, в какую-то шайку воровскую ввязался, их поймали, срок дали, год или два. Мам, да зачем тебе про него?
- Да так, незачЕм, просто я не знала, танцевать меня всё приглашал в клубе, как будто молодых ему мало, - пожала плечами Вера.
- Молодых много, но ты самая красивая, - улыбнулся Андрейка, - у него губа не дура.
- Ладно, ешь давай, голодный, небось, как волк. Завтра бабушек пойдём навещать, соскучились по тебе, - сказала Вера и пошла в ванную. - Что-то я замёрзла, погреюсь под душем.
Встав под дождик, она намылила мочалку и долго тёрла тело, пока оно не стало пощипывать. Когда, наконец, приступ гадливости прошёл, она вытерлась, вышла и уселась в мягкое кресло у телевизора.
После того, что Вера узнала, она старалась держаться подальше от Гены. Одно только его имя вызывало у неё такую волну отвращения, что становилось физически не по себе, вплоть до тошноты.
Один раз Гена всё же догнал её на лестнице.
- Вера, что случилось? Почему ты стала меня избегать? Давай поговорим. Я очень серьёзно отношусь к тебе. Ты многое обо мне не знаешь, но я хочу рассказать…
- О, нет-нет! Я не люблю чужие тайны. Пусть они останутся при тебе. А случилось…Просто меня давно звал замуж один человек…я согласилась и уезжаю. Ты же ничего никому не расскажешь? - отводя взгляд в сторону, спросила Вера, а сама с досадой подумала: “Почему бы тебе было не найти себе ровню на зоне? Нашёл, кого выбрать! И правда, губа не дура.”
Галя тоже ничего не понимала, Вера не стала ей рассказывать правду, коротко отмахнулась, сказав, что Гена ей надоел.
Вскоре он уехал.
Потом, приложив немало усилий, переехала в город Вера. Устроилась на престижную работу, приобрела жильё и постаралась не вспоминать о неприятном для неё новогоднем приключении.
Гена вскоре вернулся в деревню, женился на Ольге, у них родилась дочь Вера. Встречая Галю, он интересовался, как поживает Вера и передавал ей приветы.
Галя так и не выбралась в город, вышла замуж за местного тракториста.
Вот такая получилась история. Осуждаете Веру? Я - нет. Все люди разные. Вера оказалась социально брезгливым человеком. И это имеет место быть. Гене стоило бы сразу рассказать Вере о себе, и разочарований удалось бы избежать.