На следующий день я решила нанести Раисе Петровне ответный визит. Официальный повод нашёлся быстро — отнести ей баночку домашнего варенья, которое она так любила.
В действительности же мне хотелось своими глазами увидеть, как живёт женщина, читающая лекции об экономии.
Начало этой истории читайте в первой части.
Раиса Петровна открыла дверь в шёлковом халате цвета морской волны, явно не ожидая гостей. Волосы были аккуратно уложены, лицо накрашено — даже дома она выглядела безупречно.
— Катя? А ты зачем? — в её голосе слышалось недовольство.
— Принесла варенье, — улыбнулась я. — Можно войти?
Свекровь нехотя отступила в сторону. Прихожая встретила меня ароматом дорогих духов и лёгким запахом кожи от новых туфель, аккуратно расставленных под зеркалом. Итальянские лоферы, французские лодочки, испанские сапоги — обувной магазин в миниатюре.
Проходя в гостиную, я оглядывалась по сторонам. То, что открылось моему взору, заставило остановиться и присвистнуть. Квартира была обставлена как дизайнерский каталог: кожаный диван за сто тысяч рублей, хрустальная люстра, персидские ковры, антикварный сервант с коллекцией фарфора.
На журнальном столике небрежно лежали каталоги элитной недвижимости, а рядом — планшет в золотом чехле.
— Красиво у вас, — заметила я. — Ремонт недавно делали?
— В прошлом году, — сухо ответила Раиса Петровна.
— Дорого, наверное, обошёлся?
— Нормально.
Я подошла к окну, где стоял изящный столик с орхидеями. Цветы были явно из дорогой оранжереи — крупные, яркие, ухоженные. Рядом лежала стопка глянцевых журналов о путешествиях и роскошной жизни.
— А это что за журналы?
— Так, ерунда. Почитать.
— "Элитная недвижимость Европы", "Лучшие курорты мира"... Интересная ерунда для пенсионерки.
Раиса Петровна поджала губы, взяла баночку варенья из моих рук.
— Спасибо за варенье. Мне пора заняться делами.
— Какими делами?
— Домашними.
Но я не собиралась уходить так быстро. Прошла в кухню, где моему взору предстало ещё больше удивительных вещей. Кофемашина за пятьдесят тысяч рублей, набор ножей премиум-класса, винный холодильник с коллекцией бутылок.
На холодильнике висели магнитики из разных стран мира: Италия, Франция, Швейцария, Испания
— Много путешествуете? — спросила я.
— Иногда.
На подоконнике стоял букет из пятидесяти белых роз в хрустальной вазе. Розы были свежими, дорогими, явно не из ближайшего ларька. Рядом лежала открытка с золотым тиснением, но текст прочитать не удалось — Раиса Петровна быстро её убрала.
Картина становилась всё более странной. Женщина, жалующаяся на маленькую пенсию, живёт как миллионерша. И при этом контролирует каждую копейку, потраченную сыном и невесткой.
Я вернулась в гостиную и случайно заметила полуоткрытую дверь в спальню. Любопытство победило, и я заглянула внутрь. Кровать была завалена пакетами из дорогих магазинов: "Барберри", "Прада", "Гуччи". На туалетном столике красовалась коллекция парфюмерии, каждый флакон которой стоил как моя месячная зарплата.
— Что ты делаешь? — резко спросила Раиса Петровна, появившись за спиной.
— Любуюсь. У вас очень красиво.
— Выйди из спальни. Немедленно.
Но я уже заметила то, что искала. На прикроватной тумбочке лежала стопка банковских документов. Верхний лист был повёрнут так, что цифры были видны отчётливо. Остаток на счету: два миллиона четыреста тысяч рублей.
Раиса Петровна проследила направление моего взгляда и поспешно накрыла документы журналом. Но было уже поздно — я всё видела.
Выйдя из спальни, я села в кресло и внимательно посмотрела на свекровь. Она нервничала, теребила край халата, избегала моего взгляда.
— Раиса Петровна, скажите честно — вы работаете?
— Что за вопрос? Я пенсионерка.
— Тогда откуда деньги на такую жизнь?
— Это не твоё дело.
— Моё. Потому что вы контролируете наши расходы, имея в десятки раз больше денег, чем мы.
Долгая пауза. За окном шумел дождь, где-то в доме работал лифт, из соседней квартиры доносилась тихая музыка. Раиса Петровна стояла у окна спиной ко мне, и по напряжённым плечам было видно, как она борется с собой.
— Хорошо, — сказала она наконец. — Расскажу. Но только потому, что рано или поздно ты всё равно узнаешь.
Она прошла к серванту, достала из ящика толстую папку с документами. Внутри были договоры, справки, банковские выписки.
— Я работаю консультантом по инвестициям, — сказала свекровь, не поднимая глаз. — Уже восемь лет. Помогаю людям вкладывать деньги в прибыльные проекты.
— Но вы же пенсионерка...
— Формально да. Но это не мешает мне работать. У меня хорошая репутация, постоянные клиенты. Они доверяют мне большие суммы.
Я пролистала документы. Действительно, всё было оформлено официально. Раиса Петровна числилась индивидуальным предпринимателем, имела лицензию на инвестиционную деятельность и внушительный список клиентов.
— Зачем же скрывать это от сына?
— Потому что Максим поймёт неправильно. Решит, что я должна ему помогать финансово, раз у меня есть деньги.
— А разве не должны?
Раиса Петровна резко повернулась ко мне.
— Не должна! Я всю жизнь на него потратила, вырастила, выучила. Теперь пусть сам зарабатывает.
— Тогда зачем контролируете наши траты?
— Потому что хочу знать, на что мой сын тратит свою зарплату. И правильно ли воспитывает жену.
В её глазах загорелся прежний азарт, голос стал жёстче.
— Ты транжиришь деньги на ерунду! Дорогие стрижки, кафе, ненужные покупки. А потом Максим приходит ко мне и жалуется, что денег не хватает.
— Он жаловался вам?
— Конечно! На прошлой неделе звонил, говорил, что хочет купить новую машину, а денег нет.
Всё встало на свои места. Максим действительно мечтал о новой машине, но мы решили пока отложить эту покупку. А мать истолковала его сожаления как жалобы на мои траты.
— И вы решили проникнуть в нашу квартиру, чтобы найти доказательства моего мотовства?
Раиса Петровна не ответила, но её молчание было красноречивее любых слов.
— Знаете что, — сказала я, вставая, — давайте сделаем так. Завтра вечером приходите к нам в гости. Максим должен знать правду и о ваших доходах, и о ваших методах контроля.
— Не смей ему рассказывать!
— Обязательно расскажу. Пусть сам решает, нужна ли ему мать, которая тайно следит за его жизнью, имея при этом в сто раз больше денег, чем он.
Выходя из квартиры, я почувствовала странное облегчение. Наконец-то всё встало на свои места. Свекровь оказалась не бедной пенсионеркой, а успешной бизнес-леди, которая из ложного чувства справедливости решила контролировать жизнь взрослого сына.
Вечером я рассказала Максиму всю правду. Его реакция превзошла мои ожидания — он долго смеялся, потом позвонил матери и пригласил на семейный ужин. За столом Раиса Петровна призналась во всём и даже извинилась за вторжение в нашу личную жизнь.
А через месяц она предложила мне работу в своей компании. Оказалось, что мой экономический диплом и аналитический склад ума её заинтересовали. Теперь мы работаем вместе, а наши отношения стали гораздо честнее и теплее.
Правда, иногда я ловлю себя на том, что слишком внимательно изучаю банковские выписки клиентов. Видимо, профессиональная привычка контролировать чужие расходы передаётся по наследству.