Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Истории из жизни

Медсестры называли его бомжом и не хотели принимать, но врач, увидев мужчину, накричал на них и приказал готовить операционную

— Что у вас здесь за шум поднялся? — сонным голосом спросил Сергей Романович, дежурный хирург. Он лениво потянулся, зевнул и посмотрел на медсестру, работавшую в приёмном покое. Люся, кареглазая женщина с короткой стрижкой, поспешно захлопала ресницами и попыталась улыбнуться. Но улыбка вышла натянутой. Она знала: Сергей Романович не поддаётся ни на какие уловки. Молодой, амбициозный, с репутацией «Бога скальпеля», он был предан своей профессии до мозга костей. О личной жизни — ни слуху, ни духу. Казалось, он вообще не от мира сего. — Ничего не случилось. Простите, если помешали вашему отдыху. Всё уже решено, — поспешила она оправдаться. — А вот и не решено! — раздался бойкий женский голос. Из-за угла выскочила молодая фельдшер в форме скорой помощи. — Мы никуда больше не успеем довезти пациента. Он погибнет, если вы откажетесь принять его. Вы не имеете права! Счёт идёт на секунды, а вы нарочно тянете время. Так нельзя! Люся метнула в девушку такой взгляд, будто хотела распилить её поп
Оглавление
Автор: В, Панченко
Автор: В, Панченко

Глава 1. Ночь, когда всё изменилось

— Что у вас здесь за шум поднялся? — сонным голосом спросил Сергей Романович, дежурный хирург. Он лениво потянулся, зевнул и посмотрел на медсестру, работавшую в приёмном покое.

Люся, кареглазая женщина с короткой стрижкой, поспешно захлопала ресницами и попыталась улыбнуться. Но улыбка вышла натянутой. Она знала: Сергей Романович не поддаётся ни на какие уловки. Молодой, амбициозный, с репутацией «Бога скальпеля», он был предан своей профессии до мозга костей. О личной жизни — ни слуху, ни духу. Казалось, он вообще не от мира сего.

— Ничего не случилось. Простите, если помешали вашему отдыху. Всё уже решено, — поспешила она оправдаться.

— А вот и не решено! — раздался бойкий женский голос. Из-за угла выскочила молодая фельдшер в форме скорой помощи. — Мы никуда больше не успеем довезти пациента. Он погибнет, если вы откажетесь принять его. Вы не имеете права! Счёт идёт на секунды, а вы нарочно тянете время. Так нельзя!

Люся метнула в девушку такой взгляд, будто хотела распилить её пополам. Но та стойко выдержала.

Сергей Романович нахмурился.

— Что за пациент? Почему такой сыр-бор?

— Он не жилец, — тихо ответила Люся. — Мы ничем не сможем помочь. Вы только зря потратите время. К тому же, вы только что закончили операцию и ещё не отдохнули.

Сергей скривил губы. Он не понимал, с каких пор начали решать за него — стоит ли ему отдыхать или он в состоянии провести ещё одну операцию. Особенно если речь идёт о чьей-то жизни.

— С каких пор вы решаете — кто жилец, а кто нет? — строго отчеканил он, заставляя медсестру сжаться под напором его взгляда.

— Я… я хотела как лучше. Думала, что вам нужно отдохнуть…

Он покачал головой. Конечно, если бы он сам увидел, что помочь невозможно, не стал бы рисковать. Но в большинстве случаев своевременное вмешательство — это шанс вырвать человека из лап смерти. И он не собирался отказываться от этого шанса.

Фельдшер, Олеся, едва сдерживала радость. Она поспешила проводить хирурга к машине скорой помощи, рассказывая по дороге: у мужчины сердечный приступ, он уже в бессознательном состоянии, первая помощь оказана, но требуется срочная операция. Она понимала, что сама больше ничего сделать не может. И всё же — как сильно хотелось ей уметь всё. Бороться за жизни, не боясь брать в руки скальпель. Возможно, стоило тогда не бояться и поступить на хирурга. Тогда она не позволила бы никому называть человека «безнадёжным» и бросать его на произвол судьбы.

Войдя в смотровую, Сергей Романович замер. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Перед ним лежал человек — измождённый, грязный, в потрёпанной одежде. Но лицо… Лицо он узнал сразу.

— Возят сюда бездомных, грязных и нищих, ещё требуют чего-то, — ворчала Люся, переговариваясь со своей напарницей. — И не говори, Люсь. Вот сейчас Сергей Романович посмотрит на этого вонючего старикана и сразу отправит их восвояси. Нечего сюда этот рассадник бактерий привозить.

Сергей с трудом сдержался, чтобы не схватить их за шиворот. Они говорили о человеке, как о мусоре. О жизни — как о ненужной вещи, которую можно просто выкинуть.

— Срочно приготовьте операционную, — ледяным голосом приказал он.

— Что? — удивилась Люся, распахнув глаза.

— Я неясно сказал? Срочно!

Он велел везти пациента на операцию и поспешил в кабинет, чтобы выпить кофе и собраться с мыслями. Времени не было. Он устал, но отказываться не собирался. Ведь на его месте мог оказаться кто угодно. А если есть шанс — его надо использовать.

Операция длилась долго. Сергей работал чётко, несмотря на усталость. Он привык стоять на ногах по суткам. Его руки двигались почти автоматически, будто знали, что делать, даже когда разум уставал.

Когда всё было закончено, и он убедился, что жизнь пациента вне опасности, Сергей вышел на улицу. Нужно было перевести дух.

— Почему он так вцепился в этого старика? — снова шептались медсёстры, выпуская в воздух клубы табачного дыма.

Он не стал вмешиваться. Пусть болтают. Если человек занимает не своё место, рано или поздно он его покинет.

Глава 3. Вторая встреча

На следующий день Сергей приехал в больницу не как врач, а как человек. Он хотел увидеть Михаила Евгеньевича — того самого старика, которого когда-то спас от отчаяния.

Мужчина ещё не пришёл в себя полностью. Его оставили в реанимации на сутки для наблюдения.

— Слышал, вчера этот пациент немало шума наделал, — сказал коллега Сергея. — Медсёстры перешёптывались, что впервые видели тебя таким свирепым.

— Тем, кто не ценит человеческие жизни, не место в медицине, — ответил Сергей. — Пусть малая доля корысти в моём поступке и была, но я бы поступил так же для каждого нуждающегося. Я видел, что его ещё можно спасти. Кто я такой, чтобы отказываться?

— Доля корысти?

Сергей улыбнулся. Он вспомнил тот день, когда потерял своего первого пациента. Тогда он был готов бросить всё. Напился, бродил по улице, коря себя за бессилие. Его ограбили, но в тот момент появился Михаил Евгеньевич — тогда ещё фельдшер скорой помощи. Он проводил Сергея домой и сказал:

«Всех не спасёшь, сынок. Порой вопрос жизни предрешён, и ты никак не сможешь повлиять на судьбу. Но пока у тебя есть силы — не опускай руки. Пока дышишь — не переставай спасать чужие жизни».

Эти слова вернули Сергея к профессии. А теперь судьба вернула ему того, кто когда-то спас его самого.

Глава 4. Предательство и доброта

Михаил Евгеньевич рассказал всё. После смерти жены сын переписал квартиру на себя и выгнал отца на улицу. Старик скитался несколько дней, пока сердце не подвело.

Сергей сжал зубы от ярости. Он поехал к сыну Михаила, потребовал вернуть вещи и документы. Тот лишь смеялся. Но Сергей не сдался. Он помог старику устроиться в хороший пансионат, пообещав оплачивать его содержание.

Михаил сопротивлялся, не хотел быть обузой. Но в конце концов принял помощь — от того самого парня, которому когда-то не дал сдаться.

Глава 5. Новая семья

С тех пор Сергей стал навещать Михаила Евгеньевича регулярно. Однажды в пансионате он встретил Олесю — фельдшера, что привезла старика на скорой. Узнав, где он живёт, она тоже стала приезжать. У неё не было бабушек и дедушек, и Михаил Евгеньевич стал ей родным.

Они слушали его истории, просили совета. А он, в свою очередь, видел в них тех, кто продолжит его дело — спасать жизни, не глядя на статус, внешность или социальное положение.

Сергей и Олеся сблизились. У них было много общего: любовь к профессии, стремление помогать, неприятие равнодушия. Однажды они решили пожениться.

На свадьбе самым важным гостем был Михаил Евгеньевич. Он сидел в первом ряду, улыбаясь сквозь слёзы. Влюблённые пообещали ему: они никогда не забудут его наставлений. Будут спасать жизни — всех, кто в этом нуждается. Потому что каждый человек достоин второго шанса. Даже если весь мир решил иначе.

-2