Свалилась сестра на мою голову.
Ведь было же у меня предчувствие: не надо верить её слезливым россказням и давать возможность сесть мне на шею. Но мама, как всегда, давила на жалость:
— Ну это же твоя сестра! Ей нужна помощь! — вздыхала она с таким видом, будто речь идёт о спасении человечества.
Если бы не мамино давление, я бы, может, и смогла трезво оценить обстановку. А сейчас имеем то, что имеем.
Я уже лет пятнадцать живу в другом городе. Сюда поступила после школы в институт, влюбилась в этот город и осталась. Ни секунды не жалела, что семья осталась далеко.
Отношения у нас в семье всегда были... своеобразные.
Папа дома старался появляться как можно реже. Думаю, будь его воля — давно бы сбежал, но совесть, видимо, не позволяла. Утром он уходил на работу, вечером — в гараж или к друзьям. На выходных — рыбалка, дача, что угодно, лишь бы не возвращаться в этот хаос.
Я его понимаю.
Дома у нас стоял такой шум, что стены дрожали. Мама у нас всегда разговаривает криком — нервы там, мягко говоря, не железные. Может завестись на ровном месте, будто кто-то кнопку нажал. А сестра — вся в мать: тоже на истериках, визгах, вечных обидах.
В нашем доме всегда было ощущение, что идёт бесконечная подготовка к свадьбе: все бегают, орут, ничего не успевают, никто никого не слушает.
После такой жизни студенческая общага показалась мне райским уголком. Соседки удивлялись, что я могу спокойно учиться под включённый телевизор и болтовню — а мне было хоть бы что. После наших домашних концертов это — тишина.
Домой я возвращалась редко. Даже на каникулах — пару дней максимум, а потом куда-нибудь работать или в поездку, лишь бы не оглохнуть от маминого крика и сестриного нытья.
Сейчас я снимаю квартиру, работаю, коплю на своё жильё. Живу спокойно, размеренно. Иногда в голове мелькала мысль — вот оно, счастье.
И вот, на тебе.
Сестра приехала. Без предупреждения. Сразу с чемоданами.
Я, честно, в тот момент пожалела, что вообще когда-то дала родителям свой адрес.
У сестры, как выяснилось, в жизни случилась трагедия. Что-то вроде индийского сериала: сложные отношения, слёзы, сцены, драма — а потом её жених берёт и женится на другой. Сестра заявила, что «не может дышать с ним одним воздухом в одном городе» и решила уехать. Почему именно ко мне — загадка века. Мы с ней никогда не были особенно близки: шесть лет разницы, да и характеры — день и ночь.
Стою, смотрю на неё в дверях, а она со вздохом:
— Ну, можно я у тебя немного поживу? Пока работу найду, квартиру сниму...
А за спиной уже мамин звонок:
— Ну, помоги сестре, доченька! Приюти её хоть на первое время!
Ну ладно, думаю, пусть поживёт месяц. Может, на ноги встанет и съедет.
Наивная я.
Первый месяц она действительно бегала по собеседованиям. То зарплата не та, то график не устраивает, то «какая-то странная компания». Всё это время за квартиру, продукты и коммуналку платила я. Сестра жаловалась, что денег нет, а мама — «не может помочь».
Когда она наконец устроилась на работу, я выдохнула: ну вот, скоро съедет. Но не тут-то было. Сестра первым делом обновила гардероб — «ну я же не могу ходить на работу в старьё!» — и заодно купила себе новые наушники.
Я, конечно, могла тогда уже выставить её с чемоданами, но... всё ждала.
Месяц, второй... А она и не думала съезжать.
Я осторожно завела разговор:
— Слушай, если ты пока остаёшься, давай хотя бы половину квартплаты делить.
— Ну и что, что я тут живу? — возмутилась сестра. — Ты бы всё равно платила! Какая разница?
— Разница в том, — говорю, — что я плачу теперь в два раза больше. И за свет, и за воду, и за продукты. Я вообще-то коплю на свою квартиру.
Она отмахнулась:
— Ну и копи. Мне сейчас тяжело, ты должна понять.
Вот тогда я поняла, что ничего она не «должна понимать».
Сестра просто удобно устроилась. Одну зарплату — на шмотки, вторую — на гаджеты, а я, видите ли, обязана содержать.
Терпение моё лопнуло.
— У тебя три дня, — сказала я ей. — Потом твои вещи окажутся в подъезде.
Сестра, конечно, закатила истерику.
— Какая же ты бессердечная! Мы же сёстры! — кричала она.
А следом мама, как по расписанию:
— Ты что творишь?! Родную сестру на улицу выгоняешь?!
Но мне уже всё равно.
Я вышла из того возраста, когда чужие вопли хоть как-то на меня действуют.
Пусть хоть мама с сестрой вдвоём друг друга перекричат — я своё спокойствие обратно никому не отдам.