Владимир вытащил телефон из рук Карины так быстро, что она даже не успела возмутиться. Экран мигнул — входящий видеозвонок прервался. Сердце колотилось где-то в горле, ладони мгновенно стали влажными.
— Что это было? — Карина смотрела на него с усмешкой, откинувшись на подушки. Неоновая подсветка у зеркала окрашивала её лицо розоватым светом.
— Жена, — выдохнул он и сел на край дивана. — Господи, как вовремя я успел.
— Адреналинчик, да? — Карина потянулась к нему, провела пальцами по его плечу. — Признайся, тебе нравится эта игра.
Владимир промолчал. В воздухе витал сладковатый запах её духов, смешанный с чем-то ещё — его собственным одеколоном, наверное. Раньше этот аромат возбуждал, а сейчас казался слишком навязчивым.
— Ты же понимаешь, что рано или поздно… — начала Карина, но он перебил:
— Никто ничего не узнает. Я всё контролирую.
Она рассмеялась — звонко, чуть насмешливо:
— Контролируешь? Только что чуть не спалился на ровном месте.
— Это случайность, — Владимир встал, стал искать разбросанную одежду. Нужно было уходить. Почему-то хотелось уйти прямо сейчас. — Мне пора.
— Уже? — В её голосе прозвучало разочарование. — Ты же говорил, что сегодня у тебя время…
— Планы изменились.
Одеваясь, он поймал её взгляд в зеркале. Карина сидела, обняв колени, и смотрела на него так, будто пыталась что-то прочитать. Ему стало неловко.
— Позвоню завтра, — бросил он уже у двери.
— Конечно, — протянула она. — Если жена разрешит.
Владимир не ответил. Выходя, он услышал, как она добавила тише:
— У тебя жена случайно не ясновидящая?
В машине он долго сидел, вцепившись в руль. Пульс постепенно выравнивался. Ничего страшного не произошло. Оля ничего не поняла. Я быстро среагировал. Но внутри всё равно скребло какое-то нехорошее предчувствие.
Дома пахло чем-то домашним — жареным луком и свежим бельём. Ольга стояла у раковины, споласкивала кружку. Когда он вошёл, она обернулась и улыбнулась — обычная, тёплая улыбка.
— Ты сегодня рано, — сказала она. — Думала, задержишься в зале.
— Устал сильно, — Владимир повесил куртку, стараясь держаться естественно. — Решил не перегружаться.
— Ужинать будешь?
— Попозже, наверное. Сейчас в душ схожу.
Ольга кивнула и вернулась к своим делам. Владимир уже направился было в ванную, когда она вдруг спросила:
— А почему ты телефон не брал? Я звонила.
Он замер на секунду, потом обернулся:
— Брал же. Ты сама видела — я ответил.
— Нет, до этого. Минут за десять. Сбросил сразу.
— Не слышал, наверное. В раздевалке шумно было.
Ольга не ответила, только чуть прищурилась. Взгляд её задержался на Владимире чуть дольше, чем нужно.
— Иди, мойся, — сказала она ровным голосом.
В душе он стоял под горячими струями. Вода лилась по лицу, но холодок внутри не проходил.
Она ничего не знает. Просто подозревает. Женская интуиция. Надо быть осторожнее.
Когда вышел из ванной, Ольга уже сидела за столом с чаем. Перед ней лежал альбом с фотографиями — старые семейные снимки.
— Смотрю тут, ностальгирую, — объяснила она, не поднимая глаз. — Мы с тобой раньше каждые выходные куда-нибудь ездили. Помнишь?
— Помню, — присел он рядом.
— А сейчас ты всё в зале пропадаешь, — она перевернула страницу. — Хорошо хоть результат виден. Похорошел мой муж.
Владимир не знал, что ответить. В её словах не было упрёка, но что-то колючее всё равно чувствовалось.
— Может, на море махнём? — предложил он. — Давно же собирались.
— Давай, — согласилась Ольга и наконец посмотрела на него. В её глазах читалась усталость. — Только честно скажи: тебе правда со мной хочется ехать?
— Конечно, — он накрыл её руку своей. — Что за вопросы?
Она кивнула и отодвинула альбом. Потом встала, поцеловала его в макушку и ушла в спальню. Владимир остался сидеть на кухне, глядя в пустую кружку.
Всё под контролем.
На следующий день после тренировки Владимир столкнулся с Андреем в раздевалке. Тот как раз натягивал футболку, увидел его и расплылся в улыбке:
— О, наш боец! Как дела?
— Нормально, — Владимир открыл шкафчик, достал полотенце. — Держу форму.
— Вижу-вижу, — Андрей подмигнул. — Такими темпами скоро на обложку журнала попадёшь.
Они переоделись почти молча. Андрей всё посмеивался про себя — явно хотел что-то сказать. Наконец не выдержал:
— Не слышал, Серёга Ковалёв в разводе сейчас.
— Это который из нашей компании? — Владимир насторожился. — С Леной разошлись?
— Ага. Жена его застукала. Переписку нашла с какой-то девочкой. Вынесла всё, что можно, и хлопнула дверью.
— Жёстко.
— Так он сам идиот, — Андрей опустился на лавку. — Пароли везде одинаковые ставил. Жена телефон взяла — и всё как на ладони. Дебил, честное слово. Хочешь изменять — изменяй, но следы-то заметай. Это ж элементарно.
Владимир промокнул лицо полотенцем, стараясь выглядеть равнодушным:
— У каждого своя жизнь.
— Точно, — Андрей полез в карман за телефоном. — Кстати, о следах. Смотри, кто в соцсетях светится.
Он протянул экран. На фотографии Карина в лёгком платье стояла у окна, делая селфи. В отражении стекла была видна мужская рука с характерным ремешком часов. Владимир похолодел — эти часы ему Ольга подарила на юбилей.
— Твоя подружка любит себя снимать, — заметил Андрей с усмешкой. — Главное, чтобы что-нибудь не выложила публично. А то знаешь, как бывает: девчонки обидчивые, чуть что — сразу в сеть всё выкладывают.
— Она не такая, — Владимир старался говорить спокойно, но пальцы сами сжались в кулак.
— Ага, все не такие. Пока не такие, — Андрей убрал телефон. — Береги себя, брат. Эта игра-то опасная.
Владимир кивнул и быстро вышел из раздевалки. На улице было холодно, но ему стало легче дышать. Достал телефон, написал Карине:
«Нам нужно поговорить. Срочно».
Она ответила почти сразу:
«Приезжай. Я дома».
Квартира Карины встретила его привычным уже сладковатым ароматом, но сейчас он казался приторным. Она сидела на диване, листала какой-то журнал. Когда Владимир вошёл, даже не подняла глаз.
— Что случилось? — спросила она равнодушно.
— Фотографии, — Владимир сел напротив. — Ты выкладываешь фотки, где я засвечен.
— Я? — Карина наконец посмотрела на него. — Это же закрытый аккаунт. Там только мои подруги.
— Мне всё равно. Удали.
— А если я не хочу?
Повисла тишина. Карина отложила журнал и вдруг рассмеялась — но смех вышел каким-то горьким:
— Понимаешь, Владимир, мне надоело быть твоей тайной. Я не игрушка, которую достают раз в неделю.
— О чём ты?
— Я хочу нормальных отношений, — она встала, подошла к окну. — Хочу, чтобы мы могли гулять вместе днём, ходить в кафе, ездить куда-то. А не прятаться по углам.
— Ты же знала, на что ты шла.
— Знала, — Карина обернулась, и он увидел, что глаза у неё блестят. — Но думала, что ты рано или поздно выберешь меня.
— Карин…
— Не надо, — она подняла руку. — Я устала. Либо ты делаешь выбор, либо я ухожу. И да, возможно, я расскажу твоей жене обо всём. Потому что она заслуживает большего, чем это.
Владимир почувствовал, как внутри всё сжалось. Он встал, хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Карина смотрела на него выжидающе, и в этом взгляде читалось отчаяние.
— Мне нужно время, — выдавил он наконец.
— Времени нет, — ответила она тихо. — Либо сейчас, либо никогда.
Он развернулся и вышел, не попрощавшись. В машине долго сидел, положив голову на руль. Телефон завибрировал — сообщение от Карины. Фотография. Та самая, где видны его часы. Подпись: «Жду решения до конца недели».
Дома было тихо. Ольга сидела на кухне с чашкой чая. Увидев мужа, она слабо улыбнулась:
— Опять в зале был?
— Да, — Владимир прошёл к холодильнику, достал воду.
— Владимир, — позвала она негромко. — Подожди.
Он обернулся. Ольга держала в руках маленький браслет — тонкий, золотой, с подвеской в виде сердечка.
— Что это? — спросил он, хотя уже понял.
— Нашла в твоей машине, — Ольга положила браслет на стол. — За сиденьем.
Карина. Чёрт, она точно его там оставила.
— Понятия не имею, — соврал он. — Может, кто-то забыл.
— Кто? — Ольга встала, подошла ближе. Голос её оставался спокойным, но в глазах плескалась боль. — Ты возишь женщин в нашей машине?
— Нет! Может кто-то из коллег потерял.
— Владимир, если бы что-то у тебя было… Ты бы рассказал мне?
Он молчал. Ольга подошла совсем близко, коснулась его щеки:
— Я доверяю тебе. Не разочаруй меня. Пожалуйста.
Она развернулась и пошла к раковине, взяла в руки фоторамку с их общим снимком — давний отпуск на море, они оба загорелые, счастливые. Медленно стала протирать стекло тряпкой.
Владимир смотрел на её спину и ощутил настоящий страх. Не азарт от опасности быть пойманным, а именно страх — потерять всё.
Ночью он не мог уснуть. Лежал на спине, слушал, как Ольга дышит рядом. Где-то за стеной капал кран — мерно, назойливо. Владимир встал, пошёл в ванную.
Включил воду, умылся холодной. Посмотрел на своё отражение в зеркале. Кто ты? Чего ты хочешь на самом деле?
Из гостиной донёсся звук — что-то упало. Владимир вышел посмотреть. На полу лежала та самая фоторамка, что Ольга протирала вечером. Стекло треснуло по диагонали.
Он поднял рамку, провёл пальцем по трещине. Внутри — их лица, разделённые белой линией разлома.
Вот и всё.
Владимир опустился на диван, сжимая рамку в руках. Впервые ему захотелось плакать. Не от жалости к себе, а от осознания того, как много он потерял, гоняясь за иллюзией молодости.
Утром Ольга объявила, что уедет к подруге на пару дней.
— Надо сменить обстановку ненадолго, — сказала она, складывая вещи. — Устала от этой рутины.
Она ушла, даже не поцеловав на прощание. Владимир остался один в пустой квартире. Телефон разрывался от сообщений Карины — требовательных, злых, потом умоляющих.
«Ты решил?»
«Ты трус».
«Я всё расскажу, если не ответишь».
Он выключил телефон и сел у окна. За окном шёл дождь, капли стекали по стеклу, собираясь в мутные дорожки.
Перед сном Владимир зашёл в ванную. Включил горячую воду, наблюдал, как зеркало затягивается паром. Босые ноги на холодной плитке. Капли падают с волос на плечи.
Он взял эспандер, который валялся на полочке, сжал в руке. Резина скрипнула. Контроль. Я всё контролирую.
Но на этот раз фраза прозвучала фальшиво даже для него самого.
Фоторамка с трещиной стояла на подоконнике в зале. Владимир подошёл, поднял её. Трещина разделяла их лица — его и Ольги. Он провёл пальцем по стеклу, и вдруг что-то внутри сломалось окончательно.
Он сел, зажав рамку в руках, и впервые позволил себе честно осознать: Я всё испортил.
Ольга вернулась через три дня. Вошла тихо, поставила сумку у двери. Владимир сидел на кухне, пил остывший чай.
— Привет, — сказала она.
— Привет.
Ольга прошла к столу, села напротив. Лицо её было спокойным, но глаза смотрели как-то отстранённо.
— Я много думала, — начала она. — Про нас. Про то, что происходит.
— Оль, послушай…
— Нет, ты послушай, — она подняла руку. — Я не знаю, что у тебя там. И не хочу знать. Но если ты хочешь, чтобы мы остались вместе… Дальше нам надо быть честными друг с другом. Только правда. Иначе — каждый будет сам по себе.
Владимир смотрел на неё и понимал, что не может соврать. Не сейчас, когда она смотрит на него вот так — открыто, ожидая хоть капли искренности.
— Я… облажался, — выдавил он. — Я думал, что могу всё держать под контролем. Что никому не будет больно. Но я ошибался.
Ольга кивнула. Протянула руку, коротко коснулась его ладони — твёрдо, почти холодно:
— Если ты всё осознал… Тогда меняйся. По-настоящему. А не только в зале.
Она встала, поставила чайник. Владимир сидел, не в силах пошевелиться. Внутри было пусто и одновременно тяжело.
Карина перестала отвечать на звонки через неделю. Просто исчезла из его жизни — так же внезапно, как и появилась. Андрей говорил, что видел её с каким-то парнем, молодым. Владимир только кивнул.
Пусть.
Он стоял утром перед зеркалом, собираясь на тренировку. Посмотрел на своё отражение — подтянутое тело, свежая стрижка. Но впервые это не вызвало гордости.
Кто ты теперь?
Фоторамка с трещиной всё ещё стояла на подоконнике. Владимир взял её, аккуратно протёр стекло. Трещина никуда не делась — белая линия, разделяющая два лица.
Может, ещё не поздно всё склеить?
Ольга вышла из спальни, остановилась в дверях:
— Ты надолго?
— Не знаю, — ответил он честно. — Но я скоро вернусь. Всегда буду возвращаться.
Она слабо улыбнулась. Не подошла, не обняла — просто кивнула. Этого хватило.
Владимир взял сумку, вышел за дверь.
Начать заново. Только честно.
Он сделал глубокий вдох и медленно пошёл вниз по лестнице. Впервые за долгое время — без маски, без игры, без уверенности в том, что всё под контролем.
А вы верите, что мужчина может всё контролировать, когда изменяет с другой? Или тайна всегда рано или поздно раскрывается?
Поделитесь в комментариях 👇, интересно узнать ваше мнение!
Поставьте лайк ♥️, если было интересно.