Деревня-призрак
Если честно, я не ожидал, что эта поездка так меня зацепит. Ехал в Карелию за обычным материалом про заброшенные деревни, а вернулся с историей, которая до сих пор не дает покоя.
Навигатор сдался на третьем километре после Медвежьегорска. Асфальт закончился, началась грунтовка — та еще дорога. После дождя колея размыта так, что машина буквально плывет между соснами.
Данилово встретило меня тишиной. Не обычной лесной, а какой-то мертвой. Дома с резными наличниками стоят пустые, окна выбиты. Кто-то когда-то вырезал эти узоры, вкладывал душу — теперь они валяются в траве.
Я пошел к месту, где должны были быть часовни. Тропа заросла так, что пришлось продираться сквозь ельник. И тут из последнего жилого дома вышла бабушка в выцветшем платке.
— Вы к часовням? — спросила она. — Там ничего не осталось. Они ушли. Все ушли.
Я хотел что-то спросить, но она добавила:
— Но говорят, скоро вернутся.
И ушла в дом, не дожидаясь вопросов. А я стоял и думал: о ком она говорит? Кто ушел? И главное — кто вернется?
Республика в лесах
Чтобы разобраться, пришлось копать глубоко. И знаете, история оказалась не про заброшенную деревню. Она про то, как целая цивилизация исчезла и... нет, не исчезла. Но об этом позже.
Все началось в 1694 году. Представьте: по России бушует церковный раскол. Патриарх Никон меняет обряды, и для тысяч верующих это катастрофа. Креститься тремя пальцами вместо двух? Писать «Иисус» вместо «Исус»? Для них это предательство веры.
Их начали преследовать, жечь на кострах, сажать. И они побежали — кто в Сибирь, кто на Урал, а самые упрямые — в карельскую глушь, куда даже царские войска не добирались.
Там, на реке Выг, они основали свою республику. Два поселения — Данилово и Лекса. И знаете, какие цифры я нашел? К 1729 году там жило 12 488 человек. Это больше, чем в губернском Петрозаводске! Посреди лесов и болот — целый город.
Они печатали книги, писали иконы, ковали кресты. Торговали по всей России. Знали, где в карельских недрах руда лежит, работали на заводах Петра I.
И сам Пётр I в 1702 году приехал к ним. Посмотрел, поговорил — и разрешил жить по старым обрядам. Нужны были их мастера для войны со Швецией.
Представляете картину? Строгая жизнь — мужчины и женщины раздельно, посты, общее имущество. Но люди со всей страны ехали, потому что здесь можно было жить по совести.
Костёр из книг
А потом все рухнуло.
1837 год. Николай I решил навести порядок. Староверы не вписывались в его картину мира — слишком независимые, слишком богатые. Начали с малого: опечатали часовни, запретили принимать новых людей. Потом пришли жандармы.
1854 год. На площади развели костёр. Три тысячи рукописных книг сгорело за день. Книги, переписанные в XV веке. Летописи. Дым стоял над деревней несколько суток.
Иконы забирали ящиками. Утварь — в казну. Из огромной библиотеки осталось 286 книг. Людей арестовывали, выселяли, разгоняли по деревням. 1855 год — Выговская обитель официально прекратила существование.
Я думал, на этом история и закончилась. Ошибался.
Сандармох
В начале XX века потомки выговцев ещё жили в карельских деревнях. Но потом грянул 1937-й.
Цифра, которую я нашел, меня шокировала: в Карелии 87% репрессированных расстреляли. По стране в среднем — 50%. Старообрядцев косили как «кулаков». Урочище Сандармох — там братские могилы.
После войны молодежь уехала в города. Моленные закрывали. К 1990-м казалось — всё, конец. Старообрядческая Карелия умерла.
Но тут начинается самое интересное.
Петербургские энтузиасты
1998 год. Из Петербурга в Данилово приезжают члены Невской старообрядческой общины. У них сохранились старые планы и гравюры. Хотят восстановить святое место.
Я нашел одного из тех энтузиастов. Встретились в Петрозаводске, он рассказал:
— Мы приехали — а там труха. Деревня мёртвая, дома рушатся. Мошенники стариков обманывают. Денег нет. Думали — утопия.
Проект буксовал. И тут произошло то, чего никто не ожидал.
Гости из Боливии
Октябрь 2019 года. В Петрозаводск приезжает молодая пара — Никита Килин Зайцев с женой Василисой. Говорят по-русски с акцентом. Одеты традиционно — он в косоворотке, она в длинном сарафане.
Они из Боливии.
Я честно не понял сначала. Боливия? Староверы?
Оказалось, их предки бежали из СССР в 1930-е годы. В джунглях Латинской Америки создали общины, сохранили язык, веру, традиции. И теперь хотят вернуться.
— У меня дома 11 братьев и сестёр, — рассказывал Никита. — Все смотрят, как у нас получится. Если приживёмся — приедут.
В 2018-м целая делегация из Латинской Америки приезжала в Карелию. Смотрели, изучали. Параллельно староверы возвращаются в Приморье, в Сибирь.
И тут я понял: они не исчезли. Они просто ушли — и теперь возвращаются.
Первый храм за 170 лет
2014 год — в Петрозаводске зарегистрировали старообрядческую общину. Десять человек всего.
2017-й — власти выделили землю под храм. Район Соломенное, где когда-то лесозавод купца-старообрядца Громова стоял.
17 сентября 2023 года я был на освящении храма Зосимы и Савватия. Современное деревянное здание, но построенное по старым канонам. Приехал сам митрополит Корнилий — глава всей Старообрядческой церкви России.
Стою, смотрю на купола — и мурашки по коже. На месте, где в 1856 году книги жгли, снова молитвы звучат.
Деревня Кривцы
А в Пудожском районе готовят деревню Кривцы. Три года работали — провели электричество, интернет, освещение. 30 гектаров земли, готовые дома.
Программа возвращения соотечественников. Староверы из-за рубежа могут приехать и получить гражданство по упрощённой схеме — указ Путина 2025 года.
Создают живую общину XXI века. Люди будут работать программистами, издателями, массажистами — но соблюдать старые обряды. Крестятся в реке, но пользуются интернетом.
Три круга выживания
Знаете, что меня больше всего поразило? Как традиция выжила.
Три века власти пытались уничтожить староверов. Жгли, ссылали, расстреливали. А традиция не умерла — она расщепилась на три круга.
Первый круг — те, кто остался в карельских деревнях и передавал веру шепотом.
Второй — те, кто бежал в другие регионы СССР.
Третий — те, кто уехал за океан, в Боливию, Бразилию, Уругвай.
И сейчас эти круги воссоединяются. Потомки из Латинской Америки возвращаются. Петербуржцы восстанавливают святыни. Местные карелы вспоминают корни. Молодежь изучает обряды.
Музей «Кижи» реставрирует иконы. Открылась выставка «Старообрядцы Выга». Восстанавливают рукописи, медное литьё, древние песнопения.
Возвращение
Я вернулся в Данилово через год. Та же бабушка вышла из дома, увидела меня и улыбнулась:
— Видишь, я же говорила — вернутся.
На горизонте видны купола нового храма в Петрозаводске.
Получится ли у них создать живую общину в XXI веке? Или это последняя вспышка перед угасанием? Не знаю. Время покажет. Но одно я понял точно: история ещё не закончена. Они не исчезли.
Если хотите узнать эти истории раньше других — подписывайтесь на канал. Обещаю, будет интересно. Только про настоящую Россию, которую не покажут по телевизору.