Любовь стояла у плиты и мешала борщ. Ложка звякала о кастрюлю — резко, злобно.
— Опять эта твоя мамаша звонила! — Игорь влетел на кухню и швырнул телефон на стол. — Каждый день одно и то же!
— Игор, она больная. Ей плохо одной.
— Плохо! А мне хорошо, что ли? Работаю как проклятый, а дома — мамаша туда, мамаша сюда!
Любовь выключила газ. Повернулась к мужу. За тридцать лет брака она знала все его интонации. Эта была опасной.
— Что случилось?
— Что случилось? — Игорь прошелся по кухне, размахивая руками. — Случилось то, что я устал! Понимаешь? Устал от всех ваших проблем!
— Каких наших?
— Твоей мамы, твоих подруг, которые вечно что-то просят! Зоя вон одна живет и не ноет!
Любовь почувствовала, как что-то сжалось в груди. Зоя. Соседка из квартиры напротив.
— Зоя тут при чем?
— При том, что она не висит на шее! Сама справляется!
— А я вишу?
Игорь остановился. Посмотрел на жену так, будто видел ее впервые. И в этом взгляде было столько раздражения, что у Любови перехватило дыхание.
— Слушай, Люб. Мне нужно подумать. Вообще подумать о нас.
— О чем подумать?
— О том, что мы превратились в... не знаю во что. Ты — в сиделку для всех подряд, а я — в дойную корову.
Любовь опустилась на стул. Ноги подкашивались.
— Игор, ты что говоришь?
— Правду говорю! — Он ударил кулаком по столу. — Когда я последний раз жил для себя? Когда мы с тобой просто разговаривали, а не обсуждали чьи-то болячки?
— Но мы же семья...
— Семья! — Игорь рассмеялся, но смех был горький. — Семья — это когда люди друг друга ценят, а не используют!
Слова били больнее пощечин. Любовь смотрела на мужа и не узнавала его. Этот чужой человек с красным лицом и злыми глазами — это ее Игорь? Тот, который держал ее за руку в роддоме? Который плакал, когда хоронили его отца?
— Ты несправедлив.
— Справедлив! Очень даже справедлив! — Игорь направился к двери. — Знаешь что? Я пойду к Зое. Поговорю с человеком, который меня понимает.
— Стой! — Любовь вскочила. — Ты куда?!
— Сказал же — к Зое! Она не закатывает истерики по каждому поводу!
— Игорь! Не смей!
Но он уже хлопнул дверью. Любовь услышала, как он возится в прихожей, потом снова хлопнула дверь — входная.
Она подбежала к окну. Игорь стоял на лестничной площадке и звонил в соседскую дверь. Зоя открыла быстро — слишком быстро. Будто ждала.
— Игор? Что случилось? — голос соседки долетел через тонкие стены.
— Можно у тебя посидеть? Поговорить?
— Конечно! Проходи!
Дверь закрылась. Любовь стояла у окна и не могла поверить в происходящее. Ее муж. Ее Игорь. Сидит сейчас в чужой квартире и жалуется на нее чужой женщине.
Телефон зазвонил. Мама.
— Дочка, как дела? Игорь не сильно ругался из-за звонка?
Любовь посмотрела на телефон. Потом на дверь. Потом на недоваренный борщ.
— Мам, я тебе завтра перезвоню, хорошо?
— А что случилось?
— Ничего. Просто... завтра.
Она положила трубку и села на кухне в тишине. За стеной что-то негромко играло — Зоя включила музыку.
Прошло три дня. Игорь не появлялся. Любовь варила кашу на одну персону и чувствовала себя идиоткой. Ну как так можно? Тридцать лет вместе, а он взял и ушел к соседке!
— Люб, ты там как? — Тамара ворвалась без звонка, как всегда. — Слышала, твой к Зойке перебрался.
— Откуда слышала?
— Да вся лестница знает! Вчера их Петровна видела — они в магазин вместе ходили. Он ей пакеты нес.
Любовь отвернулась к окну. Пакеты нес. Ей он последние годы говорил — неси сама, не инвалид.
— Том, а что если я все неправильно делала?
— Ты? — подруга фыркнула. — Да ты святая! Сколько лет его кормила, стирала, когда болел — выхаживала. А он что? К первой попавшейся подкатился!
— Зоя неплохая женщина...
— Неплохая! Мужика чужого увела — и неплохая? Люб, ты совсем?
Любовь налила чай. Руки дрожали. Все казалось нереальным. Будто она смотрит кино про чужую жизнь.
— Том, а если он не вернется?
— Вернется. Куда денется? Зоя его через неделю выгонит.
— Почему?
— Потому что он привык к тебе. К твоему борщу, к твоим носкам постиранным. А у Зойки порядки другие.
Но неделя прошла, а Игорь не вернулся. Любовь встречала его на лестнице — он отводил глаза и бормотал что-то про погоду. Один раз заглянул — забрать рубашки.
— Как дела? — спросил, роясь в шкафу.
— Нормально.
— Мам звонила?
— Звонила.
— Что говорила?
— Спрашивала про тебя.
Игорь остановился. Посмотрел на жену. В глазах мелькнуло что-то — вина? Или просто усталость?
— Люб, я не хотел...
— Чего не хотел?
— Так получилось.
— Ничего само не получается, Игор.
Он взял рубашки и ушел. Любовь села на кровать и заплакала. Первый раз за эти дни — по-настоящему, с рыданиями.
Потом вытерла лицо и позвонила в спортклуб.
— Скандинавская ходьба для начинающих? Есть места. Завтра в десять приходите.
На следующий день Любовь надела спортивный костюм, который пылился в шкафу пять лет, и пошла. Инструктор оказался молодым парнем по имени Денис.
— Палки держим правильно! Дышим ровно! Любовь Петровна, не отставайте!
Она пыхтела, потела, ноги болели. Но было хорошо. Впервые за месяц — хорошо.
— Завтра придете? — спросил Денис после тренировки.
— Приду.
Дома Любовь приняла душ и почувствовала что-то странное. Гордость? За себя? Когда она последний раз гордилась собой?
Вечером позвонил сын.
— Мам, как дела? Папа сказал, вы поссорились.
— Папа сказал? Когда?
— Встретил его возле дома. Он расстроенный был.
— Расстроенный... — Любовь усмехнулась. — А где он сейчас живет, не говорил?
— Мам, ну хватит! Помиритесь уже! Вы же взрослые люди!
— Дим, а если твоя жена уйдет к соседу, ты тоже скажешь — помиритесь?
— Но папа же не ушел! Он просто... остыть хочет.
— У соседки?
Сын замолчал.
— Мам, может, вы оба виноваты?
— Может. Но извиняться пойдет не я.
Любовь положила трубку. Посмотрела в зеркало. Лицо осунулось, но глаза стали другими. Не такими покорными.
Игорь проснулся на Зоином диване и понял — больше не может. Спина болела, в квартире пахло чужими духами, а на завтрак опять были эти дурацкие хлопья.
— Зой, а нормальной каши нет?
— Какой каши? — Зоя красилась у зеркала. — Овсянка есть, в пакетиках.
— Не люблю в пакетиках.
— Игор, ты же взрослый человек! Сам можешь сварить!
Он посмотрел на нее и вспомнил, как Любовь каждое утро варила ему манную кашу. Без комментариев, без претензий. Просто варила, потому что знала — он любит.
— Зой, мне надо домой сходить. Вещи забрать.
— Какие еще вещи? Ты же все перетащил!
— Не все.
На самом деле вещи были не важны. Важно было увидеть Любовь. Понять, что с ней происходит. Почему она так спокойно реагирует на его отсутствие? Раньше если он задерживался на час, она звонила и волновалась.
Игорь поднялся на свой этаж и замер. Из квартиры доносились голоса. Женский смех. Любовь смеялась!
Он постучал. Дверь открыла жена — в спортивном костюме, раскрасневшаяся, веселая.
— А, Игорь. Проходи.
— Гости у тебя?
— Девочки из группы. Чай пьем после тренировки.
За столом сидели три женщины его возраста. Игорь их не знал.
— Игорь! — одна из них улыбнулась. — Любовь столько про вас рассказывала!
— Что рассказывала?
— Как вы познакомились, как детей растили... Красивая история!
Игорь посмотрел на жену. Она спокойно разливала чай и не обращала на него особого внимания.
— Люб, можно с тобой поговорить?
— Говори.
— Наедине.
— Девочки, вы пока фотографии посмотрите. — Любовь кивнула на телефон. — Там наши палки новые.
Они прошли в спальню. Игорь сел на кровать — их кровать — и вдруг почувствовал себя гостем в собственном доме.
— Какие палки?
— Для скандинавской ходьбы. Тренировки у нас каждый день.
— С каких пор ты спортом занимаешься?
— С тех пор, как время появилось.
В голосе не было упрека, но Игорь все равно поежился.
— Люб, я хотел сказать... Мне у Зои не нравится.
— А что не нравится?
— Все не нравится. Она... не ты.
Любовь села в кресло напротив. Посмотрела на мужа внимательно, изучающе.
— И что дальше?
— Как что? Я хочу вернуться домой.
— Хочешь?
— Конечно хочу! Люб, я понимаю — был дураком. Сорвался, наговорил лишнего. Но ведь все можно исправить?
— Можно.
— Тогда давай исправлять!
Любовь встала, подошла к окну. Постояла молча. Игорь ждал, нервничал. Раньше она уже бы бросилась ему на шею и простила все на свете.
— Игорь, а почему ты решил, что я тебя жду?
— Как почему? Мы же муж и жена!
— Муж и жена не убегают к соседкам после первой ссоры.
— Не к соседкам — к соседке! И не после первой — мы давно не ладим!
— Не ладим?
Игорь понял, что сказал лишнее. В глазах жены появилось что-то холодное, незнакомое.
— То есть ты давно хотел уйти?
— Нет! Не хотел! Просто... устал от проблем.
— Моих проблем?
— Не только твоих!
— А в основном?
Из кухни донесся смех. Подруги Любови обсуждали что-то веселое. Игорь впервые за годы услышал, как жена смеется с другими людьми. Раньше она смеялась только с ним.
— Люб, ну что ты как чужая? Я же извиняюсь!
— Извиняешься.
— Ну да! Был неправ — признаю! Давай забудем эту глупость!
— Какую именно глупость? То, что ты ушел, или то, что я не бегала за тобой?
Игорь растерялся. Такой Любови он не знал. Спокойной, ироничной, независимой.
— Я не думал, что ты так спокойно отнесешься...
— А как я должна была отнестись?
— Ну... переживать, звонить...
— Переживала. Только по-своему.
Из кухни позвали:
— Люб, нам пора! Завтра встречаемся у входа в парк?
— Конечно! — крикнула в ответ жена и посмотрела на Игоря. — Мне надо проводить девочек.
— А потом поговорим?
— Потом тоже поговорим.
Подруги ушли. Игорь сидел на кухне и смотрел, как жена убирает со стола. Движения у нее были спокойные, уверенные. Не торопилась, не суетилась.
— Люб, ну скажи что-нибудь.
— А что говорить? Ты извинился, я выслушала.
— И все?
— А что еще?
Игорь встал, прошелся по кухне. Здесь пахло домом — борщом, чистотой, Любиными духами. У Зои пахло по-другому. Чужо.
— Я хочу вернуться.
— Знаю.
— Тогда почему молчишь?
Любовь поставила чашки в мойку. Повернулась к мужу.
— А ты готов к тому, что я скажу нет?
— Что?
— Я спрашиваю — готов ли ты к отказу?
Игорь почувствовал, как земля уходит из-под ног. Такого поворота он не ожидал.
— Люб, мы же тридцать лет прожили...
— Прожили. И что?
— Как что? У нас дети, внуки, общая жизнь!
— Общая жизнь не означает, что я обязана тебя прощать.
— Но ты же любишь меня!
Любовь села напротив. Посмотрела на мужа долго, внимательно.
— Люблю. Но по-другому теперь.
— По-другому как?
— Без готовности терпеть унижения.
Слова ударили больно. Игорь хотел возразить, но понял — она права. Он унизил ее. При всех соседях ушел к другой женщине.
— Люб, я больше не буду...
— Не будешь что? Срываться? Обвинять меня во всех проблемах? Убегать к соседкам?
— Не буду.
— А если снова разозлишься?
Игорь замолчал. Он не мог обещать, что больше никогда не сорвется. Характер не изменишь за один день.
— Не знаю, — сказал честно.
— Вот и я не знаю. Поэтому торопиться не хочу.
— А что ты хочешь?
— Время. Чтобы подумать, простить ли тебя. И чтобы ты подумал — а нужна ли тебе такая жизнь, где нельзя сбегать от проблем.
— Мне нужна ты.
— Мне тоже нужен ты. Но не любой ценой.
Игорь сел обратно. В голове мешались мысли. Раньше все было просто — поссорились, он извинился, она простила. А теперь жена требует каких-то гарантий, которых он дать не может.
— Сколько времени тебе нужно?
— Не знаю. Месяц, два, полгода... Сколько потребуется.
— А где я буду жить?
— У Зои. Или снимешь квартиру. Или у Димки поживешь.
— У Зои я больше не хочу.
— Тогда решай сам.
Игорь понял — торговаться бесполезно. Жена изменилась. В ней появилась какая-то твердость, которой раньше не было.
— Люб, а если я все исправлю? Буду другим?
— Исправляй. Но отдельно от меня. Я устала быть твоим спасательным кругом.
— То есть ты меня выгоняешь?
— Нет. Я даю нам обоим шанс понять, что мы хотим.
Игорь встал. Подошел к двери, остановился.
— А если я пойму, что хочу только тебя?
— Тогда скажешь мне об этом. И я решу, верю ли я тебе.
— А если не поверишь?
— Тогда разведемся. По-человечески, без скандалов.
Слово "развод" прозвучало спокойно, без истерики. И это испугало Игоря больше всех криков.
— Люб...
— Иди, Игор. Думай. А я пока буду жить своей жизнью.
Он ушел. Любовь осталась одна на кухне. Села у окна с чашкой чая и впервые за месяц почувствовала покой. Не счастье пока — просто покой. Но это уже было хорошо.
Завтра снова тренировка. Послезавтра — в гости к маме. А дальше будет видно.
Жизнь продолжалась. Ее жизнь.
Друзья, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал- впереди много интересного!
Читайте также: