Десятилетняя Аня жила со своей бабушкой, Евдокией Семёновной, в небольшом, но очень ухоженном домике на окраине провинциального городка. Их мир был прост и понятен.
Он состоял из огорода, где росли самые вкусные в мире огурцы, из парного молока от соседской коровы Зорьки, из тихих вечеров с книгами под тёплым светом старого торшера и из неповторимого запаха бабушкиных пирогов с яблоками по воскресеньям.
Аня не помнила своих родителей. На все её вопросы бабушка отвечала уклончиво.
— Ба, а где моя мама?
— Мама твоя далеко, внученька, — вздыхала бабушка. — У неё своя, сложная жизнь.
Аня была тихой, послушной и очень умной девочкой. Она отлично училась, помогала бабушке по хозяйству, запоем читала книги из старого шкафа. Бабушка была для неё центром вселенной, её единственным родным и любимым человеком. И Аня делала всё, чтобы не огорчать её, чтобы видеть на её лице улыбку.
— Анечка, помощница ты моя, — радовалась бабушка, когда та приносила из колодца полные вёдра воды.
— Я же тебе помогать должна, — отвечала Аня. — Ты же у меня одна.
Но иногда, особенно перед сном, Аня всё же решалась спросить.
— Бабушка, а мама меня любит?
Бабушка надолго замолкала, гладя её по голове своей сухой, тёплой рукой. Её лицо становилось печальным.
— Конечно, любит, внученька. Просто… просто... всё сложно. Не думай об этом. Спи.
Аня чувствовала, что это очень больная для бабушки тема, и переставала спрашивать. Но в глубине своей детской души она всё равно мечтала о маме. Представляла, какая она — красивая, добрая, с ласковыми руками.
***
В один из жарких летних дней, когда Ане только-только исполнилось шесть лет, на пороге их дома появилась она. Яркая, нервная, коротко стриженная женщина в городской, модной одежде, с сигаретой в тонких пальцах.
— Мама, я приехала, — бросила она бабушке, входя в дом без стука.
Аня, игравшая во дворе, замерла. И поняла — это она. Мама.
Сердце её бешено заколотилось. Она медленно подошла к незнакомой женщине, своей маме, ожидая объятий, тёплых слов, улыбки. Но женщина, её звали Маргарита, лишь мельком, с каким-то раздражением, взглянула на неё.
— Подросла, — бросила она и тут же отвернулась к бабушке, начиная о чём-то вполголоса, но очень настойчиво говорить.
— Рита, опомнись! У меня нет таких денег! — доносилось до Ани.
— А меня это не волнует!
Аня крутилась рядом, не в силах отойти, пытаясь привлечь к себе хоть капельку внимания, заглядывая в чужие, холодные глаза.
— Мама… — робко позвала она.
— Да не мешай ты, когда взрослые разговаривают! — злобно рявкнула на неё Маргарита. — Иди отсюда!
Эти слова, брошенные как камень, ударили Аню больнее, чем если бы её ударили по лицу.
Она, спотыкаясь, убежала в свою маленькую комнатку и, уткнувшись лицом в подушку, горько, навзрыд, заплакала. Она не понимала, почему. Почему её мама, которую она так ждала, такая чужая и такая злая?
Когда она, немного успокоившись, вышла из комнаты, матери уже не было. Бабушка сидела на кухне, ссутулившись, и казалась постаревшей на несколько лет.
— Она уехала, внученька, — тихо сказала она. — У неё дела…
***
Прошло семь долгих, тихих лет. Аня закончила школу с золотой медалью. Бабушка не могла на неё нарадоваться. Вся её жизнь, вся её скромная пенсия уходили на одно — «вывести внучку в люди».
— Ты у меня умница, — говорила она, обнимая повзрослевшую Аню. — Ты далеко пойдёшь. Не то что некоторые…
Аня, благодаря своему аттестату, легко поступила в престижный столичный университет, на бюджетное отделение химического факультета.
За день до отъезда Ани в столицу снова, как ураган, нагрянула Маргарита. Она выглядела ещё хуже, чем семь лет назад. Похудевшая, осунувшаяся, с тёмными кругами под глазами и вечным запахом табака. Она сухо, почти равнодушно, поздравила дочь с поступлением.
— Ну, молодец. Хоть какой-то от тебя толк будет.
Аня снова стала невольной свидетельницей их ссоры с бабушкой на кухне.
— Я тебе сказала, денег больше нет! И не будет! — шипела бабушка.
— А я тебе говорю, если не дашь, я пойду и всем расскажу правду! — угрожала Маргарита. — И ей расскажу! И им! Пусть все узнают, какая ты святая!
— Только посмей, иродка! Я тебя прокляну! — отвечала бабушка.
Маргарита, не добившись своего, уехала, крикнув на прощание что-то злое и неразборчивое. Аня так и не поняла, о какой страшной «правде» шла речь. Она уезжала в столицу с тяжёлым сердцем и смутной тревогой за свою старенькую, больную бабушку.
— Ты пиши, внученька, звони почаще, — сказала бабушка на прощание, вытирая слёзы краешком платка.
Аня с отличием закончила университет и начала работать в крупной научно-исследовательской лаборатории. Она регулярно звонила бабушке, каждое лето приезжала на каникулы.
В один из холодных осенних дней ей на мобильный позвонила соседка бабушки, тётя Валя.
— Анечка… — её голос в трубке дрожал. — Приезжай, дочка. Бабушки твоей, Евдокии Семёновны, больше нет. Ночью. Сердце…
Мир для Ани рухнул.
Она приехала на похороны.
Всё было как в тумане. Дом, казавшийся пустым и холодным, плачущие соседки, запах ладана.
После похорон, разбирая скромные вещи бабушки, она нашла на столе запечатанный конверт, на котором аккуратным, каллиграфическим, но немного дрожащим почерком было выведено: «Моей внучке, Анне».
Дрожащими, непослушными руками она вскрыла конверт.
«Дорогая моя Анечка, кровиночка моя, хоть и не по крови… Если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет на этом свете, и я должна, наконец, открыть тебе страшную правду, которую носила в своём сердце больше двадцати лет. Прости меня, если сможешь…»
Бабушка рассказывала всё.
О том, что её дочь, Маргарита, в молодости безумно влюбилась в богатого, состоятельного женатого мужчину. Он обещал уйти из семьи, но в итоге бросил её. И тогда она, обезумев от горя и желания отомстить, решилась на страшный поступок. Она украла из коляски, оставленной на несколько минут в парке, младенца — её, Аню. Она пришла к своему бывшему любовнику и сказала, что родила от него дочь.
Её безумный план сработал. Мужчина, не желая огласки, ушёл от жены и женился на Маргарите. Но он, видимо, что-то заподозрил и втайне от неё сделал генетический тест.
Тест ДНК показал, что ребёнок не его. Он не стал заявлять в полицию, чтобы не поднимать скандал, который мог повредить его репутации, но немедленно развёлся с Маргаритой, вышвырнув её на улицу, и исчез из её жизни навсегда.
Маргарита, испугавшись уголовной ответственности за похищение ребёнка, привезла маленькую, годовалую Аню своей матери, Евдокии Семёновне, в деревню. Она фактически бросила её, пригрозив, что если та кому-нибудь расскажет, то пойдёт по делу как соучастница.
И бабушка, полюбив чужую девочку всем своим одиноким сердцем, молчала и воспитывала её как родную внучку.
Годы спустя, когда у Маргариты жизнь пошла под откос, она каким-то образом нашла настоящих родителей Ани. И начала их шантажировать. Она требовала у них деньги за информацию о том, где находится их якобы дочь.
Со своей матери она тоже требовала денег за молчание. Именно за очередной порцией этих грязных денег она и приезжала к бабушке, когда Ане было шесть лет.
Когда Аня поступила в университет, Маргарита снова приехала требовать денег, угрожая всё рассказать. Во время той последней ссоры она в сердцах проговорилась, назвав фамилию настоящих родителей Ани.
С тех пор Евдокия Семёновна всю свою оставшуюся жизнь посвятила поискам. Она писала письма в архивы, делала запросы в разные инстанции. И перед самой своей смертью она нашла их.
«Они живут в столице, Анечка. Это хорошие, интеллигентные люди, профессора. У них больше не было детей. Они так и не смогли оправиться от потери и до сих пор ищут тебя, свою потерянную дочку Алёну.
Вот их адрес и телефон…
Прости меня, внученька, если сможешь. Я не хотела тебе зла. Я любила тебя больше жизни.
Твоя бабушка».
***
Аня сидела в пустом, остывшем доме, и её мир был перевёрнут с ног на голову. Вся её жизнь — это ложь. Она — не Аня. Она — Алёна. У неё есть другие, настоящие родители. И они её ищут.
Сквозь боль, шок и слёзы начал пробиваться тонкий, но упрямый росток надежды. Она не одна. Она не сирота. Она приняла решение. Ехать.
Она стояла перед массивной дверью дорогой сталинской квартиры в центре столицы. Ей было страшно. До ужаса. А вдруг её не примут? А вдруг не поверят? А вдруг у них уже другая жизнь?
Она несколько раз поднимала руку, чтобы нажать на кнопку звонка, и снова бессильно опускала.
«Господи, дай мне сил», — прошептала она и, зажмурившись, нажала на звонок.
Дверь открыла интеллигентная, красивая женщина лет пятидесяти, с короткой стрижкой и добрыми, но очень печальными глазами.
— Вам кого, девушка? — спросила она.
— Здравствуйте… Мне… мне нужен Андрей Николаевич или Елена Викторовна, — пролепетала она.
— Я Елена Викторовна. А вы по какому... вопро...
Она смотрела на Аню, и её взгляд вдруг начал меняться.
Она всматривалась в черты её лица, в её глаза, в маленькую родинку над губой. Точно такую же, как у неё. Она видела в этой незнакомой девушке не просто гостью. Она видела в ней себя в молодости. Она видела в ней свою потерянную, украденную дочь.
— Алёнушка... — прошептала она, и её лицо стало белым как полотно.
Она схватилась рукой за сердце и медленно, как подкошенная, начала оседать на пол.
Из глубины квартиры, на крик девушки, выбежал мужчина — её муж, Андрей Николаевич. Он подхватил жену, помог ей сесть в кресло.
— Лена, что с тобой? Кто это?
И он тоже посмотрел на Аню. И тоже всё понял. У него был такой же шок в глазах.
Через несколько часов они сидели втроём в их большой, светлой гостиной. Её настоящие родители, Елена и Андрей, не могли оторвать от неё глаз. Они плакали, смеялись, снова плакали, обнимали её, гладили по волосам.
Они рассказывали, как искали её все эти двадцать с лишним лет, как обращались в полицию, к частным детективам, как не теряли надежды на чудо.
— Мы всегда верили, что ты жива, — шептал отец. — Всегда.
Аня смотрела на их родные, заплаканные, но такие счастливые лица. Она слушала их голоса. И впервые в жизни чувствовала, что она дома. По-настоящему дома.
Она нашла свою семью. Её украденная жизнь, её настоящее имя, её родители — всё было ей возвращено в один день. И это было настоящее, выстраданное чудо.
👍Ставьте лайк, если дочитали.
✅ Подписывайтесь на канал, чтобы читать увлекательные истории.