— Игорь Владимирович?
Он обернулся у подъезда офиса. Девушка лет двадцати трёх, волосы стянуты резинкой, серая толстовка. Ничего примечательного.
Но когда она подняла голову, он узнал наклон. Тот самый, который был у Марины, когда она слушала его двадцать три года назад в гостинице Вязовки.
— Ваша Марина умерла год назад. Я Ксения. Нашла ваши визитки у неё в комоде.
Игорь Владимирович стоял, не двигаясь. Вязовка. Командировка. Две недели, которые он похоронил так глубоко, что забыл про них сам.
— Мне ничего не нужно. Квартиру снимаю, работаю официанткой. Просто хотела узнать, кто мой отец.
Голос спокойный. Глаза ждали отказа.
Игорь Владимирович знал этот взгляд. Его дочь Полина смотрела так же, когда просила деньги на учёбу, не веря, что он даст.
Ксения была его дочерью. Он это понял сразу.
За неделю он снял ей квартиру в центре. За две они начали встречаться дважды в неделю в кафе «Прайм». Ксения рассказывала про мать, которая работала медсестрой, про визитки, которые хранились в шкатулке рядом с его фотографией. Марина никогда не звонила, не требовала денег. Она просто жила и растила дочь одна.
Игорь Владимирович лежал по ночам и думал: это хуже, чем если бы она требовала.
А потом случилось с Полиной.
— Пап, я выхожу замуж за Дениса. Через месяц.
Дочь объявила это на кухне в его пятидесятилетний юбилей, когда за столом сидели родственники.
Игорь Владимирович знал Дениса. Красавец, белозубый, работал в рекламе. Три месяца назад его уволили за сорванный контракт на два миллиона. Денис свалил вину на коллегу, но директор разобрался.
Скользкий тип.
Игорь Владимирович попытался заговорить с дочерью, но Татьяна Николаевна, его жена, положила руку ему на плечо:
— Не надо. Она не слушает.
Полина действительно не слушала. Она светилась, как будто выиграла в лотерею.
Игорь Владимирович позвонил Ксении.
— Мне нужна твоя помощь. С одной девушкой.
Ксения приехала через час. Посмотрела фото Дениса в соцсетях, кивнула.
— Это твоя Полина?
— Да.
Ксения натянула губы в улыбку.
— Я знаю, что делать. Но это будет жёстко.
За неделю она проследила за Денисом. Установила закономерность: каждый вторник и четверг он приходил в бар «Сигналы» на Ленинградке. Игорь Владимирович не спрашивал подробностей. Боялся.
Потом Ксения переоделась. Вышла в том баре так, что все мужики обернулись. Прямо как её мать, подумал Игорь Владимирович, когда она потом рассказывала. Та же уверенность в движениях, та же улыбка.
Ксения подошла к столику, где сидел Денис с друзьями. Они познакомились. Он был пьян, она довела его до такси, сделала селфи, где он обнимал её за талию, и ушла.
Через три дня вторая встреча. Ксения включила диктофон. Денис рассказывал, как одинок, как встретил её, как будто чудо.
Финал она устроила в торговом центре «Галерея».
Игорь Владимирович шёл к кинотеатру, когда услышал голос Полины. Пронзительный, злой. Она кричала что-то Денису в лицо, потом замолчала, увидев отца.
— Пап!
Слово вышло жалким.
Рядом стояла Ксения, держа Дениса за рукав пальто. На лице выражение охотника, который поймал добычу.
— Настя, всё нормально. Я объясню.
Но Полина уже бежала к выходу.
Игорь Владимирович побежал за ней, оставив Ксению с разоблачённым женихом.
Три дня дома была тишина. Полина не выходила из комнаты. Татьяна Николаевна почти не смотрела на мужа. Ксения не звонила.
На четвёртый день раздался звонок в дверь.
Игорь Владимирович открыл. На пороге стояла Полина с двумя коробками пиццы.
— Доставка, — сказала дочь и прошла на кухню.
За ней вошла Ксения в светлом пальто. Рядом Татьяна Николаевна, держась за её рукав.
— Нам нужно поговорить, — сказала жена. — Все вместе.
Они сели за стол. Полина откусила кусок пиццы, посмотрела на Ксению:
— Ты сумасшедшая. Но права.
Ксения чуть вздёрнула уголок рта.
— Не люблю, когда людей обманывают.
Татьяна Николаевна взяла бокал вина.
— Мне нужно время. Но спасибо тебе.
Игорь Владимирович смотрел на трёх женщин. Каждая из разных жизней, разных времён, разных решений. Сейчас они ели вместе.
— Расскажи мне про Дениса подробнее, — сказала Татьяна Николаевна. — Хочу знать, с кем едва не связалась моя дочь.
Ксения начала рассказывать. Описывала каждое слово, которое записала, каждый жест, каждую ложь. Полина слушала, кусая пиццу, и кивала. Лицо серьёзное, взрослое.
Игорь Владимирович налил себе вино и подумал о Марине, которая хранила визитки двадцать три года. О том, что его вторая дочь выросла такой, которая спасает людей. О том, что первая дочь учится видеть правду.
Семья — это не идеальная картинка. Это люди, которые ошибаются, встречаются за столом и пытаются понять друг друга.
Может быть, это единственная правда, которая имеет смысл.