В этом городе пустынном, Где метель поёт псалмы, Стали призраком единым Белый шёпот, горький дым. Вьётся он по переулкам, Повторяя скрип петель, Отвечая гулким звукам, Что кочает колыбель Из позёмки и забвенья, Из остынувших печей. Он — последнее мгновенье Ускользающих ночей. Он — дыханье тех, кто не был, Или тех, кто был давно. Он глядит с седого неба Сумрачно, в твоё окно.
В этом городе пустынном,
Где метель поёт псалмы,
Стали призраком единым
Белый шёпот, горький дым.
Вьётся он по переулкам,
Повторяя скрип петель,
Отвечая гулким звукам,
Что кочает колыбель
Из позёмки и забвенья,
Из остынувших печей.
Он — последнее мгновенье
Ускользающих ночей.
Он — дыханье тех, кто не был,
Или тех, кто был давно.
Он глядит с седого неба
Сумрачно, в твоё окно.