Наталья получила дом от родителей в подарок ещё до свадьбы. Небольшой, одноэтажный, с тремя комнатами и просторной кухней. Участок был ухоженный — родители высадили яблони, груши, разбили теплицу. Когда отец умер от рака, мать переехала жить к сестре в другой город. Дом остался Наталье.
Тогда было двадцать пять. Работала в детском саду воспитателем, снимала квартиру в центре. Но когда получила дом, сразу переехала. Было приятно жить в собственном пространстве, где всё напоминало о детстве, о родителях, о счастливых годах.
Через два года познакомилась с Виктором. Работал водителем на грузовике, часто ездил в командировки. Говорил мало, но казался надёжным. Встречались полгода, потом поженились. Виктор переехал в дом Натальи.
Сразу оговорили — дом остаётся собственностью Натальи. Виктор был прописан, но только формально. Расходы на коммунальные услуги, ремонт, обустройство участка — всё ложилось на Наталью. Виктор приносил деньги на еду, иногда покупал что-то для себя, но в дом не вкладывался.
— Это твой дом, ты и решай, — говорил муж, когда Наталья просила помочь с ремонтом крыши или покраской забора.
Наталья не спорила. Дом действительно был её, родители оставили его именно ей. Главное, чтобы Виктор не мешал.
Жили тихо. Виктор уезжал в рейсы на неделю, возвращался усталый, отлеживался пару дней и снова уезжал. Наталья работала в саду, ухаживала за участком, собирала урожай яблок и огурцов. Вечерами читала книги, смотрела фильмы. Жизнь текла размеренно, без потрясений.
Года через три после свадьбы у золовки Виктора, Светланы, начались проблемы. Жила со своим мужем Андреем в съёмной квартире на окраине. Андрей работал грузчиком, Светлана — продавцом в магазине одежды. Снимали двухкомнатную, платили исправно, хозяйка не жаловалась.
Но осенью хозяйка объявила, что продаёт квартиру. Покупатель нашёлся быстро, сделку провели за месяц. Светлане с Андреем дали два месяца на съезд.
Виктор узнал об этом от сестры по телефону. Светлана плакала, говорила, что денег на новую квартиру нет, что все варианты аренды слишком дорогие или далеко от работы.
— Витя, мы не знаем, что делать. Андрей пытается найти что-то подешевле, но везде либо дыра, либо цена как за дворец.
— Не переживай, Света. Что-нибудь придумаем, — успокаивал сестру Виктор.
Повесил трубку, задумался. Наталья сидела рядом, слышала разговор.
— У Светланы проблемы?
— Да. Квартиру продали, а они не успели новую найти.
— Понятно. Сколько времени у них есть?
— Два месяца. Но денег мало. Снять что-то приличное не получается.
Наталья кивнула, вернулась к своим делам. Не её проблемы. Светлана взрослая, пусть сама решает.
Но через неделю Виктор снова поднял тему.
— Наташ, я тут подумал. Может, Света с Андреем к нам временно переедут? Пока не найдут жильё.
Наталья оторвалась от книги, посмотрела на мужа.
— К нам?
— Ну да. У нас дом большой, три комнаты. Одна — наша, вторая — гостевая, третья пустует. Пусть туда заселятся на пару месяцев.
— Виктор, у нас нет свободных комнат.
— Как нет? Третья же пустая.
— Там мои вещи, инструменты для сада, заготовки на зиму. Это не жилая комната.
— Можно освободить. Вещи переложить.
Наталья закрыла книгу, положила на стол.
— Виктор, я не хочу, чтобы кто-то жил в моём доме. Это личное пространство.
— Это моя сестра. Ей некуда идти.
— Пусть снимают что-нибудь подешевле. Или комнату в общежитии.
— Наташ, ну как ты можешь! Светлана — моя родная сестра!
— И что? Я должна пустить чужих людей в свой дом?
— Чужих?! Это мои родственники!
Наталья встала, прошла на кухню. Виктор последовал за ней.
— Наташ, давай обсудим. Это же временно. Пару месяцев, максимум три. Они найдут жильё и съедут.
— Виктор, нет. Я не хочу никого здесь видеть.
— Почему?
— Потому что это мой дом. Подаренный родителями. Здесь я хозяйка, и я решаю, кто здесь живёт.
Муж покраснел, сжал кулаки.
— Значит, я тут не хозяин?
— Формально — да. Ты прописан, но дом не твой.
— Понятно. Значит, я квартирант.
— Виктор, не нужно так говорить.
— А как? Ты сама сказала — дом твой, ты решаешь. Значит, я здесь никто.
Наталья вздохнула. Разговор пошёл не туда.
— Хорошо. Давай обсудим спокойно. Если они переедут, на какой срок? И где будут жить после?
— Найдут что-нибудь. Света уже смотрит варианты.
— Виктор, временные жильцы часто остаются навсегда. Я не хочу рисковать.
— Света не такая. Она пообещает — выполнит.
— Откуда такая уверенность?
— Она моя сестра, я её знаю.
Наталья покачала головой.
— Я подумаю. Но обещать ничего не могу.
Виктор кивнул, ушёл в комнату. Разговор на этом закончился.
Прошла неделя. Виктор больше не поднимал тему, но стал молчаливее, отстранённее. Наталья чувствовала — муж обижен. Но отступать не собиралась. Дом был её крепостью, местом, где можно жить спокойно. Пускать туда посторонних — значит потерять этот покой.
Однажды утром Наталья уехала на работу. День прошёл как обычно — занятия с детьми, обед, прогулка. Вернулась вечером, около шести. Подошла к калитке и заметила — на участке стоит чужая машина. Старая Лада, грязная, с вмятиной на крыле.
Наталья нахмурилась. Кто мог приехать? Виктор в рейсе, должен вернуться только через три дня. Открыла калитку, прошла к дому. Дверь была закрыта, но в окнах горел свет.
Достала ключи, открыла дверь. В прихожей стояли коробки, сумки, куртки на вешалке. Чужие вещи.
Наталья замерла. Сердце забилось быстрее. Прошла дальше, на кухню. Там сидели двое — женщина лет тридцати с растрёпанными волосами и мужчина в рабочей одежде. Ели суп, болтали между собой.
Увидев Наталью, оба замолчали.
— Здравствуйте, — сказала женщина, вытирая рот салфеткой. — Вы Наталья?
— Да. А вы кто?
— Я Светлана, сестра Виктора. А это мой муж Андрей.
Наталья смотрела на них, не веря происходящему.
— Что вы здесь делаете?
— Витя сказал, что можно пожить у вас временно. Мы сегодня переехали.
— Виктор сказал?
— Да. Он даже ключи сделал, чтобы мы могли заехать.
Наталья нахмурилась и склонила голову набок, пытаясь осмыслить услышанное.
— Он сделал ключи?
— Ну да. Сказал, что вы согласны, что можем жить в третьей комнате.
Наталья прошла в ту самую третью комнату. Дверь была открыта. Внутри стояли раскладушка, два стула, стол. Коробки с вещами громоздились у стены. Инструменты, которые раньше хранились здесь, были свалены в угол.
Вернулась на кухню. Светлана и Андрей смотрели на Наталью выжидательно.
— Виктор не спрашивал моего согласия, — сказала Наталья тихо.
— Как не спрашивал? Он же сказал, что вы разрешили, — Светлана нахмурилась.
— Я не давала разрешения.
Андрей положил ложку, посмотрел на жену.
— Света, может, Витя не договорил?
— Откуда я знаю? Он сам позвонил, сказал — приезжайте. Мы и приехали.
Наталья достала телефон, набрала номер Виктора. Абонент вне зоны действия сети. В рейсе. Не дозвониться.
— Когда Виктор звонил вам?
— Позавчера. Сказал, что всё уладил, что можно заезжать.
— Он соврал. Я не давала согласия.
Светлана побледнела.
— То есть как? Мы уже съехали с прежней квартиры! Вещи все перевезли!
— Это не моя проблема.
— Но Витя сказал!
— Виктор не имел права решать за меня. Это мой дом.
Андрей встал, подошёл к Наталье.
— Слушайте, мы понимаем, что ситуация неловкая. Но мы правда остались без жилья. Дайте нам хотя бы неделю, чтобы найти другой вариант.
Наталья посмотрела на мужа Светланы. Высокий, широкоплечий, лицо усталое. Говорил вежливо, но взгляд напряжённый.
— Одна неделя, — сказала Наталья. — Максимум.
— Спасибо, — Андрей кивнул.
Светлана облегчённо выдохнула.
— Мы быстро, обещаем.
Наталья ушла в свою комнату, закрыла дверь. Легла на кровать, уставившись в потолок. Муж сделал ключи без спроса. Пустил родственников в дом без согласия хозяйки. Обманул и сестру, и жену.
Попыталась дозвониться до Виктора ещё раз. Снова вне зоны. Написала сообщение: — Виктор, срочно позвони. Твоя сестра в моём доме.
Ответа не было.
Вечером Наталья вышла на кухню. Светлана мыла посуду, Андрей сидел за столом, смотрел в телефон.
— Вы ужинать будете? — спросила Светлана.
— Нет, — ответила Наталья.
— Мы суп сварили, если что. Можете взять.
— Спасибо, не надо.
Взяла кружку, налила воды, вернулась в комнату. Сидела на кровати, листала телефон. Соседка написала в мессенджер:
— Наташ, у тебя гости? Видела, как чужая машина стояла, люди коробки таскали.
Наталья ответила:
— Родственники мужа. Без спроса заехали.
— Как без спроса?
— Виктор сделал ключи и пустил их. Я даже не знала.
— Ничего себе. Ты разрешила остаться?
— На неделю. Больше не выдержу.
— Понимаю. Держись.
Наталья отложила телефон. За стеной слышались голоса — Светлана с Андреем обсуждали планы на завтра. Говорили о просмотрах квартир, о звонках арендодателям.
Утром Наталья встала рано. Светлана уже была на кухне, готовила завтрак.
— Доброе утро, — сказала золовка, улыбаясь.
— Утро, — ответила Наталья сухо.
— Кофе будете?
— Нет.
Взяла яблоко из холодильника, вышла из кухни. Собралась на работу, уехала.
Весь день думала о ситуации. Виктор обманул. Сделал ключи тайком, пустил сестру в дом без согласия. Нарушил границы, которые были установлены с самого начала.
Вечером вернулась домой. Машины Андрея не было, но свет в доме горел. Зашла внутрь. Светлана сидела на кухне, разговаривала по телефону.
— Да, мы посмотрим завтра. Спасибо, до свидания.
Повесила трубку, посмотрела на Наталью.
— Мы нашли вариант. Завтра поедем смотреть. Если подойдёт, через три дня съедем.
— Хорошо, — кивнула Наталья.
— Спасибо, что пустили. Мы понимаем, что это неудобно.
— Я не пускала. Виктор пустил.
Светлана замолчала. Наталья прошла в свою комнату.
Виктор позвонил поздно вечером.
— Наташ, привет. Сорри, что не отвечал. Связь плохая была.
— Виктор, почему твоя сестра в моём доме?
— Ну я же говорил, что им некуда идти.
— Ты не спросил моего согласия.
— Наташ, времени не было. Света должна была срочно съезжать, а я в рейсе. Решил сам.
— Ты не имел права.
— Ну прости. Думал, ты поймёшь.
— Я не понимаю. Ты сделал ключи без спроса. Пустил чужих людей в мой дом.
— Не чужих. Это моя сестра.
— Для меня чужих.
— Наташ, ну не преувеличивай. Пара недель, и они съедут.
— Я дала им одну неделю.
— Неделя? Этого мало.
— Достаточно.
Виктор замолчал. Наталья услышала, как муж тяжело вздохнул.
— Хорошо. Пусть неделя. Но не выгоняй их раньше времени.
— Если не найдут жильё, выгоню.
— Наташ, ты жестокая.
— Я защищаю своё.
Муж повесил трубку. Наталья положила телефон на тумбочку. Кровь прилила к лицу, выдавая с трудом сдерживаемую ярость. Виктор не понял. Не хотел понимать. Для него дом был просто зданием, местом, где можно жить. Для Натальи — это было наследство, память о родителях, личное пространство.
Прошло три дня. Светлана с Андреем ездили смотреть квартиры, но ничего не подошло. То дорого, то далеко, то условия плохие.
— Наталья, можно ещё пару дней? Мы почти нашли, — попросила Светлана.
— Одна неделя. Договаривались, — ответила Наталья.
— Но мы не успеваем!
— Не моя проблема.
Золовка обиделась, перестала здороваться. Андрей тоже стал избегать Наталью, выходил из комнаты, когда она появлялась.
Через неделю Наталья подошла к Светлане.
— Время вышло. Когда съезжаете?
— Мы ещё не нашли, — ответила золовка тихо.
— Ищите быстрее.
— Дайте ещё несколько дней.
— Нет.
— Наталья, ну вы же человек! У нас нет денег на гостиницу!
— Это ваши проблемы. Вы обещали неделю. Неделя прошла.
Светлана заплакала. Андрей вышел из комнаты, подошёл к жене.
— Не плачь. Найдём что-нибудь.
Посмотрел на Наталью холодно.
— Вы бессердечная.
— Я защищаю свой дом, — ответила Наталья спокойно.
— Это дом вашего мужа тоже.
— Нет. Это мой дом. Подаренный родителями. Виктор здесь просто прописан.
Андрей ничего не ответил. Взял жену за руку, увёл в комнату.
Наталья вернулась в свою спальню. Достала телефон, написала Виктору:
— Твоя сестра должна съехать завтра. Неделя закончилась.
Ответ пришёл через час:
— Наташ, не торопи. Им правда некуда идти.
— Не моя проблема. Завтра до вечера жду их отъезда.
— Ты слишком жестокая.
Наталья не ответила. Положила телефон, легла спать.
Утром Светлана с Андреем сидели на кухне хмурые. Завтракали молча. Наталья прошла мимо, не поздоровавшись. Собралась на работу, уехала.
Весь день думала о ситуации. Вечером вернётся — родственники должны быть уже собраны. Если нет, придётся действовать жёстче.
Вернулась около шести. Машина Андрея стояла на месте. Зашла в дом. На кухне сидела Светлана, качала на руках ребёнка. Малыш лет двух хныкал, тянулся к игрушке на столе.
Наталья остановилась в дверях.
— У вас есть ребёнок?
Светлана кивнула.
— Да. Сын Максим. Он у бабушки был, пока мы переезжали. Забрали сегодня.
Наталья смотрела на золовку, на ребёнка, на игрушки, разбросанные по полу.
— Вы собираетесь съезжать?
— Наталья, ну куда нам с ребёнком? Мы ещё не нашли жильё!
— Находите быстрее.
— Дайте хоть пару дней! Ребёнку нужна стабильность!
— Ребёнку нужны родители, которые умеют планировать. Вы знали, что квартиру продают. Почему не искали заранее?
Светлана покраснела.
— Искали! Но ничего не подходило!
— Значит, искали плохо.
Андрей вышел из третьей комнаты, услышал разговор.
— Вы правда хотите выгнать семью с маленьким ребёнком на улицу?
— Я хочу, чтобы вы освободили мой дом.
— Ваш дом! Всё время только ваш! А Виктор кто? Никто?
— Виктор мой муж. Но дом мой. Подаренный родителями до брака.
— Юридические тонкости! А по-человечески?
— По-человечески — не пускать в дом тех, кто пришёл без приглашения.
Андрей сжал кулаки. Светлана встала, прижимая ребёнка к груди.
— Мы уйдём. Но запомните — вы разрушили отношения с родными Виктора.
— Я не разрушала. Я защищала своё.
Золовка развернулась, ушла в комнату. Андрей последовал за ней. Ребёнок заплакал громче.
Наталья прошла в свою спальню, закрыла дверь. Села на кровать. Руки дрожали, но решимость не пропала. Завтра, если они не уедут, вызовет полицию.
Вечером позвонил Виктор.
— Наташ, Света сказала, что ты их выгоняешь.
— Я просила съехать в оговоренный срок.
— У них ребёнок!
— Знаю. Видела.
— И ты всё равно выгоняешь?
— Виктор, я дала им неделю. Они обещали найти жильё. Не нашли — их проблемы.
— Ты бессердечная.
— Возможно. Но это мой дом, и здесь мои правила.
— Когда вернусь, мы серьёзно поговорим.
— Поговорим. Приезжай.
Виктор повесил трубку. Наталья положила телефон. Муж вернётся через два дня. К тому времени родственники должны быть уже не здесь.
Утром Наталья встала рано. Прошла на кухню. Светлана готовила кашу для ребёнка, Андрей пил кофе.
— Вы уезжаете сегодня?
— Нет, — коротко ответил Андрей.
— Тогда я вызову полицию.
— Что?!
— Вы находитесь в моём доме без моего согласия. Это нарушение.
Светлана повернулась к Наталье.
— Витя дал нам ключи! Он разрешил!
— Виктор не имел права давать разрешение. Дом оформлен на меня. У меня есть документы.
Наталья достала телефон, набрала номер полиции.
— Алло? Здравствуйте. Хочу сообщить о незаконном проникновении в мой дом.
Светлана побледнела. Андрей встал, подошёл к Наталье.
— Погодите! Мы сейчас уедем!
— Уже поздно. Вы отказывались уходить добровольно.
Дежурный на другом конце попросил адрес, уточнил ситуацию. Обещал прислать наряд в течение часа.
Наталья положила телефон. Светлана схватила ребёнка, прижала к себе.
— Андрей, собирай вещи! Быстро!
— Мы не успеем!
— Успеем! Я не хочу разбираться с полицией!
Золовка побежала в комнату, начала складывать одежду в сумки. Андрей помогал, таскал коробки в машину. Ребёнок плакал, но никто не обращал внимания.
Через сорок минут приехал наряд полиции. Два сотрудника вошли в дом, представились.
— Добрый день. Вы вызывали?
— Да, — Наталья кивнула. — Эти люди живут в моём доме без разрешения.
Старший сотрудник, Иван Петрович по бейджу, посмотрел на Светлану и Андрея.
— Вы родственники?
— Я сестра мужа хозяйки, — ответила Светлана. — Брат дал нам ключи, сказал, что можно пожить.
— У вас есть документы на дом? — обратился Иван Петрович к Наталье.
— Да.
Наталья достала свидетельство о собственности, выписку из ЕГРН. Показала полицейским. Иван Петрович внимательно изучил бумаги.
— Дом оформлен на вас. Получен в дар от родителей до брака.
— Верно.
— Значит, личная собственность. Муж не имеет права распоряжаться без вашего согласия.
Полицейский повернулся к Светлане и Андрею.
— Вы должны освободить помещение. Хозяйка имеет право требовать вашего выселения.
— Но у нас ребёнок! — Светлана прижала сына к себе.
— Это не меняет ситуации. Вы находитесь здесь без согласия собственника.
— Мы сейчас уедем, — Андрей поднял руки примирительно. — Просто дайте собрать вещи.
— Сколько времени нужно?
— Час. Максимум.
Иван Петрович посмотрел на Наталью.
— Дадите им час?
— Да.
— Хорошо. Мы подождём снаружи, проконтролируем отъезд.
Полицейские вышли. Светлана и Андрей молча доделали сборы. Таскали сумки, коробки, детские вещи. Ребёнок сидел на полу в прихожей, играл с машинкой.
Через час всё было упаковано. Андрей загрузил последнюю коробку в багажник, вернулся за сыном. Светлана вышла последней, остановилась у порога.
— Наталья, вы пожалеете об этом.
— Вряд ли.
— Виктор не простит.
— Это его выбор.
Золовка развернулась, села в машину. Андрей завёл двигатель, машина тронулась. Полицейские проводили их до калитки, убедились, что родственники уехали.
Иван Петрович подошёл к Наталье.
— Если будут пытаться вернуться, звоните сразу. Вы в своём праве.
— Спасибо.
Полицейские уехали. Наталья вернулась в дом. Прошла в третью комнату. Пусто. Инструменты остались свалены в углу, но чужих вещей больше не было.
Села на раскладушку, которую Светлана забыла забрать. Выдохнула. Дом снова принадлежал ей. Никто не топчется по комнатам, не хозяйничает на кухне, не ставит ультиматумы.
Достала телефон, написала Виктору:
— Твоя сестра уехала. Вместе с мужем и ребёнком.
Ответ пришёл быстро:
— Ты вызвала полицию?!
— Да. Они отказывались уезжать.
— Наташа, ты в своём уме?!
— Вполне.
— Я с тобой не закончил.
— Тогда заканчивай при встрече.
Наталья заблокировала телефон. Встала, вышла из комнаты. Прошла по дому, проверяя, не осталось ли чужих вещей. Всё чисто. Только на кухонном столе лежала записка от Светланы:
— Ты разрушила нашу семью. Виктор от тебя уйдёт.
Наталья скомкала записку, выбросила в мусорное ведро.
Вечером Виктор позвонил снова.
— Наташ, Света рыдает. Говорит, что ты выгнала их с ребёнком на улицу.
— Я дала им неделю. Они не уехали. Пришлось действовать.
— Ты вызвала полицию на мою сестру!
— На людей, которые незаконно находились в моём доме.
— Это и мой дом!
— Нет, Виктор. Это мой дом. Подаренный мне родителями. Ты прописан, но не владеешь.
— Я твой муж!
— Муж, который пустил чужих людей без спроса. Который сделал ключи тайком.
Виктор замолчал. Наталья услышала, как тяжело дышит муж.
— Когда вернусь, мы поговорим. Серьёзно.
— Хорошо. Приезжай. Поговорим.
Муж повесил трубку.
Два дня Наталья жила спокойно. Работала, ухаживала за садом, убирала третью комнату. Вернула инструменты на место, вынесла раскладушку в сарай. Дом снова стал её крепостью.
Виктор вернулся вечером третьего дня. Зашёл в дом мрачный, бросил сумку в прихожей.
— Мы должны поговорить.
— Говори.
Муж прошёл на кухню, сел за стол. Наталья села напротив.
— Ты унизила мою сестру.
— Я защитила свой дом.
— Они остались на улице!
— Неправда. Света сняла комнату в общежитии. Андрей мне написал сам, извинился за вторжение.
Виктор нахмурился.
— Написал?
— Да. Показать?
Наталья достала телефон, открыла переписку с Андреем. Муж Светланы действительно извинился, написав, что понимает позицию Натальи и сожалеет о конфликте. Виктор прочитал, положил телефон на стол.
— Всё равно ты жестоко поступила.
— Я поступила справедливо. Виктор, ты сделал ключи без моего согласия. Пустил людей в мой дом. Нарушил мои границы.
— Это моя сестра! Родная кровь!
— И что? Это даёт ей право жить в моём доме?
— Она нуждалась в помощи!
— Помочь можно было по-другому. Снять им комнату. Дать денег. Но не пускать в мой дом без спроса.
Виктор встал, прошёлся по кухне.
— Ты думаешь только о себе.
— Я думаю о своём доме. Который достался мне от родителей. Который я берегу.
— А я для тебя кто? Квартирант?
— Ты мой муж. Но это не даёт тебе право распоряжаться моей собственностью.
Виктор остановился, посмотрел на Наталью.
— Может, мне съехать?
— Решай сам.
— Ты хочешь, чтобы я ушёл?
— Я хочу, чтобы ты уважал мои границы. Если не можешь — уходи.
Муж сжал челюсти, развернулся, ушёл в комнату. Наталья осталась сидеть на кухне. Разговор не решил ничего. Виктор обижен, считает жену виноватой. Но отступать Наталья не собиралась.
Утром Виктор собрал вещи. Упаковал одежду, документы, личные вещи. Вынес чемодан в прихожую.
— Я уезжаю.
— Куда? — спросила Наталья.
— К матери. Временно.
— Понятно.
— Ты не просишь остаться?
— Нет.
Виктор хмыкнул.
— Значит, тебе всё равно.
— Виктор, ты сделал выбор. Когда пустил сестру в мой дом. Когда не спросил согласия. Когда обвинил меня в жестокости. Я просто приняла это.
Муж взял чемодан, открыл дверь. Остановился на пороге.
— Если передумаешь, позвони.
— Хорошо.
Виктор вышел, закрыл дверь. Наталья подошла к окну, посмотрела, как муж загружает вещи в машину. Завёл двигатель, уехал.
Дом опустел. Наталья прошла по комнатам. Тишина. Никто не говорит, не требует, не обвиняет. Только скрип половиц под ногами и шелест листьев за окном.
Села на крыльцо, посмотрела на участок. Яблони пожелтели, груши почти облетели. Осень вступила в полную силу. Скоро зима. Нужно утеплить теплицу, подготовить дом к холодам.
Достала телефон, написала матери:
— Мам, Виктор съехал. Мы разошлись.
Ответ пришёл через полчаса:
— Дочка, ты в порядке?
— Да. Всё хорошо.
— Если нужна помощь, приезжай.
— Спасибо. Пока справляюсь.
Наталья положила телефон в карман. Встала, прошла в сад. Собрала последние яблоки, сложила в корзину. Принесла на кухню, начала делать заготовки на зиму.
Работа успокаивала. Руки двигались автоматически — резали, чистили, укладывали в банки. Голова постепенно очистилась от мыслей о Викторе, о Светлане, о скандалах.
Дом снова был её. Только её. Никто не посмеет больше распоряжаться чужими ключами, пускать незваных гостей, требовать гостеприимства.
Через неделю Виктор прислал сообщение:
— Наташ, давай встретимся. Поговорим спокойно.
— Не вижу смысла.
— Мы всё-таки муж и жена.
— Были. Теперь просто живём отдельно.
— Ты хочешь развода?
— А ты?
Виктор долго не отвечал. Потом написал:
— Не знаю.
— Тогда подумай. А я уже решила.
Наталья заблокировала телефон. Развод был неизбежен. Виктор показал, кто важнее — жена или родня. Выбрал сестру. Значит, места рядом с Натальей ему больше нет.
Через месяц подала документы на развод. Виктор не возражал. Суд назначили через два месяца. За это время Виктор забрал оставшиеся вещи, вернул ключи. Больше в дом не заходил.
Развод оформили быстро. Совместного имущества почти не было — Виктор ничего не вкладывал в дом. Суд разделил мебель, технику. Дом остался Наталье — личная собственность, полученная до брака.
Когда всё закончилось, Наталья вернулась домой. Зашла, закрыла дверь, прислонилась к косяку. Выдохнула. Свобода. Дом снова был только её. Никаких чужих ключей, никаких родственников без спроса, никаких обвинений.
Прошла на кухню, заварила чай. Села у окна, смотрела на сад. Зима подходила к концу, скоро весна. Нужно подготовить теплицу, высадить рассаду, привести в порядок участок.
Жизнь продолжалась. Без Виктора, без его сестры, без скандалов. Просто Наталья и её дом. Дом, подаренный родителями. Дом, который никто больше не посмеет называть своим.