– Толстая развалина вместо меня? Совсем рассудок потерял? – прошипела Алина, врываясь в кафе, где Игорь сидел с новой женой Мариной. – Прекрати этот фарс и вернись домой!
– Какой дом? – Игорь спокойно отхлебнул кофе. – Ты его продала три года назад, когда с твоим фитнес-тренером в Турцию сбежала.
– Это была ошибка! Я все поняла!
– А я – нет. Марина, познакомься, это та самая бывшая, которая меня "жирным неудачником" называла.
Алина стояла посреди кафе в своем единственном дорогом пальто. Достала на встречу – произвести впечатление. Волосы идеально уложены в салоне за последние деньги, маникюр сделан подругой в долг.
Семь лет назад она выгнала Игоря с презрением. Швырнула чемодан с балкона, кричала на весь двор, что не будет жить с нищебродом-слесарем. Соседка Клавдия до сих пор при встрече напоминала:
– Помнишь, как орала "найди себе такую же неудачницу"?
Игорь тогда молча собрал вещи с асфальта. Даже не поднял глаз – просто ушел к матери в однушку на окраине.
А через полгода встретил Марину. Продавщица из хлебного, полная, с вечно растрепанными волосами. Алина видела их однажды в парке – смеялись над чем-то, Марина кормила голубей, а Игорь смотрел на нее так, как на Алину никогда не смотрел.
– Ты же меня любил! – Алина села за их столик без приглашения. – Пятнадцать лет вместе!
– Любил, – кивнул Игорь. – До того вечера, когда ты при моей матери сказала, что стыдишься мужа-неудачника.
– Я была в гневе!
– А я был твоим мужем.
Марина молчала, помешивая сахар в чае. Спокойная, уверенная. На безымянном пальце скромное золотое кольцо – не то что бриллиант в два карата, который Алина заставила Игоря купить в кредит.
– Игорь, может, мне выйти? – тихо спросила Марина.
– Сиди, – он накрыл ее руку своей. – Это наше кафе, наша годовщина.
Алина поморщилась. Годовщина в дешевом кафе? Она всегда заставляла Игоря водить ее в рестораны, где приходилось занимать до зарплаты.
– Знаешь, что смешно? – Игорь посмотрел на бывшую. – Ты всегда мечтала о богатом муже. Нашла?
Алина промолчала. Артур, владелец фитнес-клуба, бросил ее через год. Следующий, бизнесмен Олег, оказался женатым. Последний, турок Мурат, просто исчез, когда закончились ее деньги от продажи квартиры.
– Слушай, – Алина понизила голос. – Я знаю, ты открыл свое СТО. Дела идут хорошо...
– Откуда знаешь?
– Твоя мать рассказала. Я к ней приходила.
– Зачем?
– Прощения просить. Она дверь не открыла.
Игорь усмехнулся. Его мать, тихая учительница литературы, никогда не повышала голос. Но когда Алина выставила его, сказала только: "Бог ей судья". И добавила: "Запомни сын – унижать близких может только пустой человек".
– Три СТО, если точно, – сказала вдруг Марина. – И автомагазин. Мы вместе начинали – я бухгалтерию вела по вечерам, он крутил гайки.
– Марин, не надо...
– Почему? Пусть знает. Первый год спали в подсобке на матрасе. Я суп варила на плитке, он до трех ночи машины чинил. Знаешь, что он мне на первую годовщину подарил?
Алина молча ждала подвоха.
– Кольцо из гайки сделал. Сам выточил, отполировал. Сказал: "Когда разбогатеем, куплю золотое". Я то кольцо до сих пор храню. А золотое... – Марина сняла кольцо. – Видишь гравировку внутри?
"Моей гайке" – было выгравировано мелким шрифтом.
– Мы с ним команда, – Марина надела кольцо обратно. – А ты всегда была сама по себе. Тебе муж был нужен как банкомат и обслуга.
– У вас дети есть? – выпалила Алина.
– Двое. Мальчишки-погодки, – Игорь достал телефон, показал фото. – Старшему шесть.
Алина смотрела на фотографию. Два улыбающихся пацана в комбинезонах, измазанные машинным маслом, стоят рядом с отцом в автомастерской.
– Ты всегда хотел детей, – тихо сказала она.
– А ты всегда находила причины подождать. Фигуру испорчу, карьеру загублю, молодость потеряю...
– Я была не готова!
– Семь лет не готова? Зато к або.рту дважды готова была.
Марина вздрогнула, посмотрела на мужа. Он кивнул – да, было.
– Первый раз сказала – рано, надо квартиру побольше. Второй – что я мало зарабатываю для ребенка. А потом врач сказал, что больше не сможешь. Помнишь?
Алина побледнела. После второго аб.орта были осложнения. Врач предупреждал – но она не слушала. Главное было – сохранить фигуру для фитнеса, найти богатого мужа, пожить для себя.
– Игорь, выслушай меня! – Алина схватила его за руку. – Я все осознала! Я изменилась! Дай мне шанс!
– Шанс на что?
– Стать хорошей женой! Я буду другой!
– Алин, ты не понимаешь главного, – Игорь высвободил руку. – Дело не в том, что ты была плохой женой. Дело в том, что я счастлив. По-настоящему счастлив. Первый раз в жизни.
Он встал, помог подняться Марине.
– Знаешь, в чем разница между вами? Когда я потерял работу на заводе, ты устроила истерику – как мы теперь жить будем. А Марина сказала: "Ничего, прорвемся. Вместе горы свернем". И мы свернули.
– Но я же красивее! – вырвалось у Алины.
Марина расхохоталась. Искренне, от души.
– Вот именно поэтому ты и осталась одна, милая. Красота без души – пустая обертка. Игорь, пошли. Мама с детьми заждалась.
Алина осталась сидеть в кафе. Официантка принесла счет – Игорь оплатил и ее кофе. Последний жест великодушия.
За окном Игорь открывал дверь машины Марине. Новая Тойота, не навороченная, но надежная. Марина что-то сказала, он засмеялся, поцеловал ее в лоб. Просто, по-домашнему, как целуют родного человека.
Алина вспомнила их последний вечер вместе. Она кричала, что не будет больше терпеть его неудачи. Что подруги смеются над ее мужем-слесарем. Что она достойна большего.
Теперь подруги разъехались по своим неудачным бракам. Фитнес-клуб, где она блистала, закрылся. Квартиры нет, денег нет, молодость ушла.
А Игорь? Игорь нашел ту, которая увидела в нем не слесаря, а мужчину. И стал тем, кем мог стать всегда – просто рядом была не та женщина.
Телефон завибрировал. Сообщение от матери: "Когда за квартиру заплатишь? Хозяйка уже третий раз спрашивает".
Алина посмотрела на свое отражение в окне. Тридцать пять лет. Ботокс уже не спасает морщины. Последние деньги ушли на эту встречу – маникюр, укладка, такси. Она так надеялась...
За окном пошел дождь. Игорь с Мариной уже уехали – к детям, к теплому дому, к своему счастью. А ей идти некуда. Разве что к матери в съемную однушку на окраине.
Туда, откуда когда-то начинал свой путь выгнанный ею муж.
Круг замкнулся. Только теперь в этом кругу она была одна.