Глава 10. «Пробуждение»
Металл гудел подо мной, а вибрации передавались на кричащие от боли кости..
Глаза открылись рывком — свет полосой резанул зрачки как бритвой, заставив откинуть голову назад и удариться затылком о пол.
Запах масла, озона, пороха.
Ветер гуляет по коже заросших щетиной щек — я жив..
Снаружи — вой ветра, свист песка.
Штурмовая машина неслась куда-то в пустоту.
— Очнулся. — голос Варгаса, хриплый, недоверчивый.
Он сидел напротив, пистолет в кобуре, но пальцы рядом с ней. Рядом — Шейн и Анка.
Она смотрела на меня, не мигая, глаза влажные.
— Ты… выжил. — прошептала.
— Похоже, да. — голос дрожал. — Или это уже другой я?
Никто не ответил.
Мотор ревел, броня скрипела, как будто сама боялась. Шейн развернулась, достала контейнер. Внутри — колба. В ней плавала вязкая масса, что-то вроде сгустка, переливающегося серебром и черным.
— Мы достали это из тебя. — сказала она спокойно. — Часть симбиота.
Я смотрел на колбу.
В висках пульсировала боль, в груди — пустота.
— Часть? — прошептал я. — Значит… не весь?
Она чуть улыбнулась, не глядя.
— Достаточно, чтобы он перестал быть помехой.
Анка отвернулась к окну.
— Мы думали, ты умер, — тихо сказала она. — Я… я видела, как кровь шла из груди. Три пули. Но пульс исчез — и вдруг вернулся. Через несколько минут.
— Симбиот не дал тебе умереть, — вставил Варгас, глядя в пол. — Или… дал умереть правильно.
Я не понял.
— Что это значит?
Шейн подняла глаза:
— Он отключил сеть.
— Какую сеть?
— Всю. — она посмотрела прямо в меня. — Ту, через которую они чувствовали тебя, а ты их..
Я замолчал. Машина прыгала по кочкам, песок хлестал в окна.
Анка вздохнула:
— Мы идём к вышке. Сигнал готов. Нужно только подняться и включить.
Она достала флешку, сжала в руке. — Отец был прав. Это сработает.
Я посмотрел на неё.
— А если нет?
Она улыбнулась — устало, едва заметно.
— Тогда хотя бы умрём попробовав.
Мотор взвыл громче. Где-то впереди — мёртвый город и башня, одинокая на фоне пыльного горизонта.
Глядя на колбу с тварью, поймал себя на мысли:
Слабее чем раньше, но все равно её слышу, и глубоко внутри — что-то всё ещё дышит..