В современном мире мало кто задумывается о существовании — потусторонних сил. Реальность диктует свои права: работа, семья, заботы о материальном достатке, кратковременный отпуск... и далее опять всё по кругу. Но бывает, выбившись из круга, сталкиваешься с чем-то необзяснимым...
С Анатолием мы работали в одной организации, но в разных отделах. Трудоустроился он недавно, мы с ним сталкивались то на обеде в кафе, то в коридоре, то у входа в наш офис. Долгое время наше знакомство этим и ограничивалось. А сблизились мы на праздновании дня рождения директора, в ресторане. Одновременно вышли покурить и разговорились. Нашлись общие интересы: любовь к природе, к велосипедным прогулкам, к плаванию в реке. Оба были в разводе, у меня росла двенадцатилетняя дочь, у него — четырнадцатилетний сын. Естественно, воспитывали детей ушедшие от нас жены. Мы с Анатолием стали вместе посещать тренажерный зал, а в выходные устраивали велосипедные прогулки с купанием в реке. Другими словами, подружились. И так получилось, что наши отпуска выпали в одно и то же время. И мы решили провести их вместе.
— Турциями и Египтами нас с тобой не удивишь, — сказал Анатолий, — бывали там не раз, и еще побываем. А сейчас пора податься в русскую глубинку, на дикую природу. Там своя романтика, да и от многолюдья отдохнуть не мешает.
— Так глубинок ведь много, — ответил я . — Или у тебя на примете есть какая-то определенная?
— Есть. У мужа моей тётки отец в далекой деревне живет, среди костромских лесов. Сам я там не бывал, но мама моя бывала. И рассказывала, что места там глухие, но сказочно красивые, только леших и русалок не хватает.
— Значит, ты этого старика никогда не видал? — заключил я.
— Не видал, но дед Изосим обо мне знает и, думаю, будет рад, если мы его навестим.
Идея Анатолия показалась мне стоящей. Не откладывая дела в долгий ящик мы быстро собрались, экипировались по-походному и отправились в путь: сначала поезд, потом автобус и дальше километров пять пешком. Дед Изосим оказался гостеприимным хозяином. Жил он один, жена его умерла десять лет назад от воспаления легких. Простудилась и лечилась народным способом, травами. Когда ей стало совсем плохо, старик привел врача из другой деревни, но было уже поздно. Дед Изосим до сих пор не мог простить себе за недогляд, об этом он сам нам рассказал. Места там и вправду оказались живописными: поблизости чистая речка, вокруг вековой таежный лес и тишина. В первый день мы ловили рыбу и заодно купались в реке. Вечером наварили ухи и за столом разговорились с дедом Изосимом.
— Надо бы завтра по лесу прогуляться, грибков собрать. Растут здесь у вас грибы? — спросил Анатолий.
— Грибы-то растут, — ответил дед Изосим. — Да только далеко в лес ходить не надо, заблудитесь. Лес ведь у нас хитрый, в нем очень легко потерять тропу. И обходите болота, их у нас много, а одно из них гибельное, лучше к нему вообще не приближаться.
— Почему? — в один голос спросили мы. — Да оно людей забирает, на моем веку уже не один угонул. В народе говорят, что забирает их болотный царь.
— Любит народ верить в разные сказки, — вмешался Анатолий. — Так людям о болотном царе старик-отшельник поведал, что уже много лет одиноко живет в лесу, в сторожке. А история о болоте как- то связана с его предком, но никто точно не знает — как.
— Занимательный у вас лес однако! — воскликнул Анатолий. — Завтра обязательно посетим его.
— Только помечайте свой путь по тропам, обламывая ветки, тогда легче будет найти дорогу обратно. И повторяю, обходите стороной ‚ болота, — посоветовал дед Изосим. Мы поблагодарили его и улеглись спать пораньше, так как с непривычки утомились за день, да и проснуться для похода надо было на рассвете. Утро выдалось благоприятное: солнце не жгло, а пригревало сквозь дымку, лицо овевал легкий ветерок. Смешанный лес, состоящий из сосен, елей, берез и столетних дубов, сразу при входе обступил нас плотной стеной. Идя по тропе, мы, следуя совету деда Изосима, обламывали ветки на обочине, помечая свой путь. Хотя особо не беспокоились: у Анатолия был компас, да и
по солнцу сквозь Дымку можно было ориентироваться. Вначале грибы нам не попадались -лес был слишком густой. Потом пошли не большие полянки, и я услышал голос Анатолия, идущего в нескольких метрах от меня:
— Нашел! Смотри какие, — и показал мне два сорванных гриба. Грибы стали попадаться тут и там. Корзины с собой мы не взяли —с ними неудобно ходить по незнакомому лесу, поэтому грибы собирали в целлофановые пакеты, перекликаясь и на время забыв помечать путь обломанными ветками. В очередной раз крикнув «ау!», ответа я не услышал. Повторил еще и еще раз. Безрезультатно. Куда мог деться Анатолий? У него компас. И вдобавок солнце скрылось за набежавшими облаками.
Надо было как-то выбираться, й я пошел искать обломанные нами ветки, ориентируясь по интуиции. Шел, всё время окликая Анатолия. Вдруг над головой у меня раскаркалась ворона. От неожиданности я вздрогнул, поднял голову: ворона сидела на суку старой ели, глядела на меня и каркала. Я шуганул ее и пошел дальше. Но ворона опять села на сук передо мной и закаркала, словно о чем-то предупреждая. Я тогда не обратил на это внимания, в раздражении поднял с земли обломок трухлявой коряги и запустил в нее.
Больше ворона не появлялась.
Пошли густые кусты, я продрался сквозь них и неожиданно оказался на краю болота. «Дед Изосим сказал, что болот в лесу много, значит необязательно, что это резиденция болотного царя». В шутку подумал я. Только подумал это, как меня будто кто-то толкнул, и я оказался в болотной воде. Было вроде неглубоко, я уперся руками в дно, но руки тут же погрузились в жижу. Уперся ногами — ноги тоже начало засасывать, и я почувствовал себя совершенно беспомощным. В этот моментя увидел протянутую мне палку, ухватился за нее, поднял голову и увидел совершенно седого старичка, вытягивающего меня из болота с такой недюжинной силой, которую трудно было в нем предположить. Зачем вы толкнули меня в болото? - сердито спросил я, когда старичок вытащил меня на берег. Я не толкал тебя, отозвался тот, а наоборот, спас. Сказал бы «спасибо» вместо того, чтобы сердится на меня.
— А как вы здесь оказались?
— Я следил за тобой, видел, как ты обидел ворону, а болотный царь. этого не прощает. Ее вороний предок спас когда-то его дочь от позора, и с тех пор вороны служат ему.
Загадочные слова старичка требовали объяснения, но сейчас мне было не до этого. — А товарищ твой провалился в яму, которую я приготовил для лисы, повадившейся воровать моих кур и гусей. Я вытащил и его. Сейчас он сидит в моей избушке. Пойдем, она тут недалеко.
Всё произошедшее казалось мне какой-то сказкой, противоречащей реальности, и сам старичок в был будто из сказки. Ни о чем больше не спрашивая, я послушно
поплелся за ним. Анатолий тоже был поражен всем с ним случившемся и очень обрадовался, увидев меня живым и здоровым. Немного оклемавшись, я спросил старичка:
— Вы говорите о болотном царе, но это же мистика, неужели вы в нее верите?
— Это был мой предок, и до сих дух его витает над тем болотом, где он утопил купца и погиб сам. Но вы, молодые, верите лишь в то, что можно увидеть и пощупать.
— Все-таки расскажите, — настоял я, — ведь я всё же потерпевший, чуть не утонул в том болоте. И старичок нам поведал:
— Сто лет назад жил здесь с женой и дочерью мой предок Ермолай. Был он старовером, поэтому держался в стороне от сельчан. Жену его задрали волки, когда дочери исполнилось семнадцать лет.
— А что, здесь и волки водятся? — спросил Валентин.
— Тогда водились, но уже много лет как перевелись, — ответил старичок и продолжил: — Однажды Ермолай отлучился в лес поставить, силки для птиц и мелких зверей, а его дочь Серафима осталась одна дома. Тем временем поблизости охотился купец со слугой. Слуга отстал, а купец набрел на избушку. Не знаю, как там что было, но купец попытался ссильничать молодую девушку, опозорить ее. И в то же время ворона стала кружить над Ермолаем, звать его к избе. Тот почуял недоброе, поспешил за вороной и застал купца, пристающего к его дочери. Он схватил ружье купца, а тот бросился бежать.
Ермолай гнался за ним, стреляя в воздух, а Серафима, в страхе, что отец убьет его и возьмет грех на душу, бросилась за отцом. Погоня привела
купца в болото, он стал тонуть.
Ермолай не хотел губить купца, а только проучить его, и протянул ему приклад ружья. В это время подоспел слуга, услышавший выстрелы. Он подумал, что незнакомец топит хозяина, и выстрелил в Ермолая, а сам полез в болото спасать купца. И всех троих засосала трясина на глазах у Серафимы.
С тех пор в этом болоте иногда стали пропадать люди: охотники, грибники, путники. Серафима - считала, что дух отца заманивает в болото тех, кто ему не понравится. Она и назвала его болотным царем. От Серафимы продолжился наш род, она мне считай прапрабабка.
— Значит, болотный царь невзлюбил меня за то, что я бросил палкой в ворону? — прервал я старичка.
— Да, — ответил он.
— Я же тебе говорил, что вороний род у него под защитой, а ворона эта хотела увести тебя от болота.
— Дедушка, а дети у вас есть? спросил Анатолий. Есть. Сын и дочь. Они уже взрослые, живуг в городе. Меня, хоть и редко, но навещают. Вернувшись в деревню, мы не стали рассказывать деду Изосиму ни о наших приключениях, ни о странном старичке. Было видно, что он сам не особо-то верит в рассказы о болотном царе. Я бы и сам не поверил, не случись с нами того, что случилось.