Неоконченная повесть. СССР, 1955. Режиссер Фридрих Эрмлер. Сценарист Константин Исаев. Актеры: Элина Быстрицкая, Сергей Бондарчук, Софья Гиацинтова, Евгений Самойлов, Евгений Лебедев, Александр Лариков, Герман Хованов, Юрий Толубеев, Эраст Гарин и др. 29,3 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Трижды Лауреат Сталинской премии Режиссер Фридрих Эрмлер (1898–1967) поставил 15 полнометражных фильмов, два из которых («Она защищает Родину», «Неоконченная повесть») вошли в тысячу самых кассовых советских кинолент.
Главный герой (Сергей Бондарчук) из-за болезни оказывается прикованным к постели. И… влюбляется в женщину-врача (Элина Быстрицкая), которая пытается его лечить…
В отличие от многих ультра–политических фильмов Фридриха Эрмлера, перенасыщенных идеологией (один «Великий гражданин» чего стоит!), «Неоконченная повесть» – сентиментальная цветная мелодрама. Именно поэтому она и стала самой популярной работой Ф. Эрмлера.
Будущий гениальный режиссер, а в 1956 году – кинокритик Эрик Ромер (1920–2010) – писал в знаменитом журнале Cahiers du cinéma: «Неоконченная повесть» — постановка не без находок. Эрмлеру не хватает чувства юмора Барнета или живописного мастерства Донского, но некоторые эпизоды его картины являются прекрасными образцами кинематографа русской школы: неумелые ухаживания коллеги–врача, семейное застолье, ночная встреча с поющими студентами. Этой теплой повседневной интонации Советам стоило бы держаться, развивать ее — хотя, по правде говоря, они от нее никогда и не отказывались. Во всяком случае, именно постановочная точность и особенно правдивость игры актеров спасают финал от нелепости. ... Воскреснут ли призраки прошлого? Или, отринув традиции как классической литературы, так и соцреалистической догмы, в последующие годы советское кино пойдет по новому, совершенно неожиданному пути? Вот бы оно преподнесло нам такой сюрприз!» (Ромер, 1956).
Киновед Изольда Сэпман (1934–2005) писала, что «Неоконченная повесть» лишь по первому взгляду существовала в русле общей тенденции, на самом же деле стояла среди фильмов тех лет особняком. В то время как пафосом времени было освоение повседневности, Эрмлер хотел создать фильм о любви возвышенной, выводящей человека за рамки обыденного, стимулирующей все лучшие человеческие свершения. О любви, которая служит источником творческого вдохновения. Избрав интимнейшую сторону человеческой жизни, любовь, Эрмлер, по существу, утверждал эту тему как гражданскую. … концепция нового фильма Эрмлера — концепция любви как гражданского чувства, любви как неотъемлемой части общественного существования человека. … если оценивать «Неоконченную повесть», отвлекаясь от конкретной кинематографической ситуации (этот экзамен она как раз выдержала), а с позиций большого искусства, как того заслуживает Эрмлер, фильм стал творческим поражением. Прямолинейность и однозначность в воссоздании сложных жизненных ситуаций, которые современниками воспринимались как отпечаток номенклатурной эстетики предшествующего периода, были обусловлены иными, более глубокими причинами: в работе над «Неоконченной повестью» обнаружились ограниченные возможности творческого метода Эрмлера — локальность сферы его применения. Присущий режиссеру способ видения жизни и приемы ее художественного освоения, оптимальные для политического кино, оказались несостоятельными там, где дело коснулось иных житейских ситуаций, иных психологических коллизий. … Работая в рамках собственной эстетической системы, оставаясь верным своим творческим принципам, режиссер, тем не менее, потерпел поражение. Идея великой всепобеждающей любви и идея общественной, гражданской значимости личной жизни человека, обе чрезвычайно важные для режиссера, не воплотились в живых, индивидуальных, психологически разработанных характерах. Эрмлер всю жизнь занимался психологией социального типа. Сюжет «Неоконченной повести» подразумевал исследование индивидуальной психологии. Для этой задачи творческий метод Эрмлера не был предназначен» (Сэпман, 1974).
Киновед Петр Багров писал о «Неоконченной повести» так: «Картина вышла в оттепельном 1955 году. Эрмлер даже ввел соответствующую метафору: кульминационная сцена начинается кадрами ледохода на Неве. Казалось бы, классический оттепельный фильм: мелодраматическая история «об обыкновенных советских людях» (она — «скромный участковый врач», он — «простой советский инженер»), сценарий и вовсе назывался «Наши будни». Но проницательный Ефим Добин на обсуждении фильма сказал, что отсутствие в названии эпитета «великий» сути не меняет. Потому что ничего скромного и простого в героях не было, и фильм рассказывал о великой любви, которая способна вернуть человека к жизни. А ведь речь идет не о поэтическом кино (там все это было бы вполне уместно), а об очередном разговорном фильме. Только на этот раз бесконечные дискуссии ведутся не о возможности построения социализма в отдельно взятой стране, а об интимных, личных переживаниях героев. Эрмлер давно мечтал поставить фильм о любви, задумывал «Наивную симфонию». Получилась же все та же «эстетика партсобраний» с «очными ставками» и «обвинительными приговорами». И все они — Инженеры и Врачи с большой буквы и с большой буквы Простые и Скромные. Проявляется это даже в мелочах: «скромный участковый врач» к тому же еще депутат горсовета, а «простой советский инженер» — член Комитета защиты мира... В середине 1950–х приходит второе дыхание к Хейфицу, Райзману, Пырьеву, возвращается в кинематограф Козинцев. Эрмлер же оказался в полной растерянности. Михаил Блейман грустно описал это: «Как и его герой, лишенный возможности двигаться, он мечтал совершить удивительное волевое усилие — встать и пойти. Он и осуществил это усилие в фильме. Не в жизни». «Неоконченная повесть» была принята благожелательно, но с легким недоумением. Думаю, что провал Эрмлер перенес бы легче» (Багров, 2008).
«Неоконченную повесть» многие зрители вспоминают и сегодня.
Мнения «за»:
«Отличная роль Быстрицкой. И то, что она в прошлом медик (хотя, медики "бывшими" не бывают) – очень ей помогло. Профессионала видно сразу, детали выдают. Посмотрите, как, надевая медицинский халат, она заученно придерживает рукав платья, чтобы не заминался и не лез вверх. И все манипуляции верны, и общение с больными на высоте. Жаль, конечно, что любовную линию ей приходится "вытягивать" одной, без помощи партнёра. В этом смысле фильм потерял большую долю скрытого драматизма, который нашёл бы ещё больший отклик у зрителей» (Калинка).
«Не перестаешь восхищаться главной героиней, такой правильной, целеустремлённой, уверенной, мудрой, уравновешенной женщиной! Мне вообще очень нравятся женщины такого склада, и вот эта героиня Быстрицкой очень напоминает героиню Марианны Стриженовой Машу в «Высоте» и животновода Наталью Сергеевну (актриса Лилия Гриценко) в «Верных друзьях» (Мими).
«Прекрасный фильм, смотреть который интересно всегда. Красивый и чистый город, в котором мало машин и людей, где можно было жить и дышать» (Валентина).
«Мне понравился фильм, понравилась игра актеров – просто великолепная. … Сам образ Елизаветы Максимовны меня глубоко тронул, потому что и моя бабушка была таким врачом. У нее был настоящий дар ставить диагноз точно и быстро, и всегда ее просили принять люди, которые никак не относились к ее участку. Она принимала. Вставала ночью, быстро собиралась и уходила, когда звонили в дверь соседи – кто–то заболел в доме. Я ее ругала, вызвали бы скорую, а тебе надо спать. Она отвечала, что дала клятву Гиппократа и никогда не откажет больному. … Вот ее–то, мою бабушку, и напомнил мне этот фильм. И еще похвалю дивные кадры Ленинграда. Смотрю на советские города в фильмах 1950–х – 1960–х с восхищением. Как же быстро восстановили города после страшной войны! Какие они были красивые, чистые, безопасные, зеленые, полные света!» (Элиабель).
Мнение «против»:
«Неоконченная повесть» – фильм промежуточный, слабый, мыльная опера для сентиментальных дам. Провал Эрмлера. Фальшивая, оглупляющая патока. И там для меня неприятны все, а не только исполнительница главной роли. Эрмлер снял надуманный, ненужный, холодный фильм. В середине 1950–х это стало проблемой для многих мэтров советского кино: как вписаться в новое время, о чём говорить с современным зрителем? ...фильмец «Неоконченная повесть» – на помойку и забыть!» (Мономах).
Киновед Александр Федоров