— Поля, ты видела его? Господи, какой мужчина! — Маша прикрыла ладонью рот, наблюдая, как высокий загорелый мужчина проходит мимо. — И главное, женат небось. Такие всегда женаты.
— С чего ты взяла? — Полина старалась говорить равнодушно, но взгляд её предательски скользнул в сторону мужчины. Она уже три дня пыталась не замечать этого садовника или кем он там был. Мастер на все руки — так представила его администратор при заселении.
— Потому что красивые мужики не бывают свободными. Это аксиома, — Маша потянулась на шезлонге, поправляя солнцезащитные очки. — Хотя для тебя, разведёнки, это не проблема, да?
В голосе подруги сквозило что-то такое, от чего Полина поморщилась. Вот это вечное соревнование, которое тянулось ещё с института. Тогда они обе метили на лучшего парня на курсе — победила Маша. Потом боролись за повышение в одной компании — тоже досталось Маше. А теперь что? Замужняя против разведённой? Как будто наличие мужа — единственное мерило успешности женщины.
— Я тут отдыхать приехала, Маш, а не за мужиками охотиться, — сухо ответила Полина.
— Угу, — Маша хмыкнула, но промолчала. Впрочем, её молчание было красноречивее любых слов.
Элитный дом отдыха «Берёзовая роща» располагался в тихом уголке Подмосковья, и обошёлся им в круглую сумму. Маша настояла именно на этом месте — читала восторженные отзывы, видела фотографии. Полина согласилась, потому что действительно устала. Два года после развода она пахала как проклятая: расширила бизнес, открыла ещё один салон красоты, запустила линию косметики под собственным брендом. Успех был головокружительным, но выматывающим.
«Может, Машка и права, — подумала Полина, украдкой глядя на мужчину, который теперь что-то чинил у беседки. — Когда я в последний раз позволяла себе просто... почувствовать что-то?»
После развода с Игорем, который, как выяснилось, три года водил её за нос с секретаршей, Полина поклялась себе: никаких мужчин, только работа. И вот результат — квартира в центре Москвы, машина премиум-класса, счёт в банке с шестью нулями. И абсолютная пустота в личной жизни.
— Дмитрий Сергеевич! — окликнула мужчину пробегавшая мимо горничная. — Там в двенадцатом номере кран потёк, посмотрите, пожалуйста.
— Сейчас, Светочка, — он улыбнулся девушке, и Полина невольно залюбовалась этой улыбкой. Открытая, тёплая, без фальши. Когда он в последний раз видел, чтобы мужчина так улыбался? Игорь всегда улыбался как-то... расчётливо. Словно прикидывал выгоду от каждого разговора.
— Дмитрий Сергеевич, — протянула Маша, когда мужчина скрылся в доме. — Отчество у него, между прочим, есть. Значит, всё-таки местный интеллигент какой-нибудь. Может, учителем работал? Или агрономом?
— С чего ты взяла?
— По рукам видно — не крестьянские. Ухоженные, хоть и загорелые. Да и говорит грамотно.
Полина промолчала, но мысленно согласилась. Она тоже это заметила. И ещё она заметила, как он обращался с инструментами — уверенно, но без той грубости, которую она ожидала увидеть. В его движениях была какая-то... элегантность что ли.
«Господи, Полина, ты что, в школьницу превратилась?» — одёрнула она себя и решительно открыла книгу. Надо было отвлечься.
*
Встретились они случайно в тот же вечер. Полина вышла прогуляться после ужина — Маша уехала в город. Дорожка вела к озеру, и Полина шла медленно, вдыхая прохладный воздух. Август близился к концу, и в воздухе уже чувствовалась осень.
— Вечером здесь особенно красиво, правда?
Полина вздрогнула и обернулась. Дмитрий Сергеевич стоял у старой лодочной станции с удочкой в руках.
— Я не хотел вас напугать, — он виноватым жестом развёл руками. — Просто сижу тут иногда, рыбачу. Для души, а не для улова.
— Понимаю, — Полина подошла ближе. — Тоже не получается отдохнуть?
— Я здесь живу, мне некуда отдыхать ехать, — он усмехнулся. — А вы, Полина Викторовна, если не ошибаюсь?
— Откуда...
— Администратор говорила. У нас тут немного постояльцев в будние дни, всех знаем. Вы с подругой приехали?
— Да, с Машей. Мы давно дружим, ещё с института.
— Хорошо, когда дружба проверена временем, — он кивнул. — Я вот в городе жил, думал, друзей полно. А как приехал сюда пять лет назад — выяснилось, что все те «друзья» были просто коллегами. Никто даже не позвонил узнать, как дела.
— А что вас сюда привело? — Полина присела на скамейку рядом. — Если не секрет, конечно.
Дмитрий Сергеевич помолчал, глядя на поплавок.
— Жены не стало. Быстро, за полгода. Я не выдержал... всё напоминало о ней в Москве. Продал квартиру, купил домик в деревне неподалёку. А тут как раз искали мастера на все руки. Вот и прижился.
— Мне очень жаль, — тихо произнесла Полина. И правда было жаль. В его голосе звучала такая искренняя боль, что ей стало не по себе.
— Ничего, жизнь продолжается. Катя бы не хотела, чтобы я страдал. Она вообще была... светлым человеком.
Они проговорили до темноты. Дмитрий рассказывал о деревенской жизни, о том, как учился заново делать всё руками — чинить, строить, копать. О том, как открыл в себе любовь к земле и простому труду. Полина слушала, завороженная. Он говорил так... по-настоящему. Без пафоса, без желания произвести впечатление. Просто делился.
— А вы чем занимаетесь? — спросил он наконец.
— Салоны красоты. Три в Москве, один в Питере. Плюс своя линия косметики.
— Ого! — он присвистнул. — Это ж какая ответственность! Небось отдохнуть некогда?
— Именно поэтому я здесь, — улыбнулась Полина. — Подруга практически силой вытащила.
— Правильно сделала. Здоровье дороже любого бизнеса.
Когда они возвращались к дому отдыха, Полина вдруг поймала себя на мысли, что улыбается. Просто так, без причины. И на душе стало легко, как давно не было.
*
— Ты светишься, — констатировала Маша за завтраком на следующий день. — Что случилось?
— Ничего особенного, — Полина старалась говорить равнодушно, намазывая масло на круассан. — Просто хорошо выспалась.
— Ага, конечно. А я, между прочим, видела, как ты вчера вечером с нашим садовником разговаривала. Полчаса как минимум.
— Маша, не начинай.
— Что "не начинай"? Пол, ты же не всерьёз? Это же... ну, деревенский мужик. Пусть и симпатичный, но...
— Но что? — Полина почувствовала, как внутри закипает раздражение. — Он не подходит под твои стандарты? У него нет машины за пять миллионов и квартиры в Москва-Сити?
— Ты слишком остро реагируешь, — Маша подняла руки в защитном жесте. — Я просто беспокоюсь о тебе. Мало ли, вдруг он... ну, не тот, за кого себя выдаёт.
— Он вообще себя ни за кого не выдаёт. Просто нормальный человек, который пережил потерю и начал жизнь заново. Это тебе не понять, конечно. У тебя же всё идеально — муж, квартира, статус.
Маша поджала губы, но промолчала. Воцарилось напряжённое молчание.
Следующие несколько дней Полина словно жила двойной жизнью. Днём она изображала беспечную отдыхающую — загорала, плавала в бассейне, ходила на спа-процедуры с Машей (которая старательно делала вид, что их разговор забыт). А вечером встречалась с Дмитрием.
Они гуляли по окрестностям, и он показывал ей местные красоты — заброшенную церковь на холме, родник с чистейшей водой, поляну, где в изобилии росла земляника. Рассказывал истории о местных жителях, смешные и трогательные.
Полина ловила себя на том, что думает о нём постоянно. О том, как он смеётся — открыто, без притворства. О его руках — сильных, с мозолями от работы, но удивительно нежных, когда он помогал ей перебраться через упавшее дерево. О его глазах — серых, спокойных, в которых можно было утонуть.
— Ты влюбилась, — сказала Маша в один из вечеров. Не спросила — констатировала факт.
— Не знаю, — честно призналась Полина. — Может быть. А может, просто соскучилась по нормальному человеческому общению.
— Полина, очнись! Вы из разных миров. Что будет дальше? Ты переедешь сюда, к нему в деревню? Или он бросит всё и поедет в Москву, где будет чувствовать себя не в своей тарелке?
— Маша, я взрослая женщина. Разберусь сама.
— Просто... будь осторожна, ладно? Не все мужчины такие честные, как кажутся.
В последний вечер перед отъездом Дмитрий повёл Полину на крышу старого сарая, откуда открывался вид на звёздное небо.
— В городе таких звёзд не увидишь, — сказал он, расстилая плед. — Свет фонарей всё забивает.
— Полина, — вдруг произнёс он. — Я понимаю, что это... ненормально, наверное. Мы знакомы всего неделю. Но мне кажется, что я... что я давно не чувствовал себя так живым. С тобой я словно заново учусь жить, а не просто существовать.
Сердце Полины бешено колотилось.
— Я тоже, — призналась она. — Тоже давно не чувствовала себя... настоящей. Знаешь, после развода я вложила всю себя в работу. Думала, это поможет забыть. А оказалось, что просто спряталась.
— Приезжай ещё, — он повернулся к ней. — Пожалуйста. Мне всё равно, как часто. Хоть раз в месяц. Я буду ждать.
— Обещаю.
*
Расставание далось тяжело. Полина пыталась не плакать, но слёзы предательски наворачивались на глаза. Дмитрий обнимал её крепко, как будто навсегда.
— Позвоню сегодня же, — пообещала она. — И приеду через две недели. У меня тут дела кое-какие решить, а потом...
— Я буду ждать, — он улыбнулся, но в глазах была грусть.
В машине Маша хранила красноречивое молчание. Километров двадцать они ехали в тишине, пока Полина не выдержала.
— Ну что, скажешь "я же говорила"?
— Нет, — Маша покачала головой. — Просто... надеюсь, ты не обожжёшься. Серьёзно. Может, я и стерва, но ты моя подруга. И я не хочу, чтобы тебе было больно.
— Спасибо, Маш. Правда.
Дома Полина металась как в клетке. Работа не шла, встречи проводила на автомате, мысли постоянно возвращались к Дмитрию. Они созванивались каждый вечер, и эти разговоры были единственным, что удерживало её в реальности.
— Приезжай ко мне, — предложила она через неделю. — В Москву. Я сниму нам номер в отеле, погуляем, сходим куда-нибудь.
— Полина, я... не знаю. Мне неловко. У меня ведь денег особо нет, я не смогу...
— Какая разница? Всё оплачу я. Просто хочу тебя видеть. Пожалуйста.
Он помолчал.
— Хорошо. Постараюсь вырваться. Договорюсь, чтобы меня на пару дней подменили.
Полина летала от счастья. Забронировала номер в лучшем отеле, составила целый список мест, куда они сходят. Рассказала Маше, которая только покачала головой.
— Опять ты всё оплачиваешь? Пол, это неправильно. Мужчина должен...
— Маша, он деревенский мастер, а не олигарх! Что он может оплатить на свою зарплату?
— Вот именно. Может, ему просто это и нужно — богатая женщина, которая будет его содержать?
— Прекрати! Дима не такой!
— Откуда ты знаешь? Вы знакомы меньше месяца!
Они поругались. Впервые за много лет — по-настоящему, с повышенными голосами и хлопаньем дверью. Полина не разговаривала с Машей три дня.
Дмитрий приехал в пятницу вечером. Полина встретила его на вокзале, и когда увидела в толпе — сердце сделало кувырок. Он был в простой рубашке и джинсах, с небольшим рюкзаком за плечами, но для неё был красивее любого столичного франта.
Выходные пролетели как один миг. Они гуляли по Москве, и Полина с удивлением обнаружила, что смотрит на родной город его глазами — восхищённо, открыто. Дмитрий снова становился москвичом, вспоминал места, где бывал раньше.
— Помню, мы с Катей здесь гуляли, — сказал он у Патриарших прудов. — Она обожала это место. Говорила, что тут особая атмосфера.
Полина молча взяла его за руку. Ей не было больно слышать о его жене. Наоборот, она чувствовала благодарность к той женщине, которая сделала Дмитрия таким, какой он есть — открытым, честным, умеющим любить.
В воскресенье вечером, провожая его на вокзал, Полина не могла сдержать слёз.
— Приеду через неделю, — пообещала она. — Обязательно. И ещё... Дима, я люблю тебя. Наверное, это глупо, так быстро, но...
— Я тоже, — он прижал её к себе. — Тоже люблю. И тоже понимаю, что это быстро. Но... это и есть настоящее, да?
Она кивнула, уткнувшись лицом ему в грудь.
*
Следующие две недели тянулись мучительно долго. Дмитрий звонил всё реже, ссылаясь на загруженность на работе. Потом телефон вообще стал недоступен.
— Наверное, связь плохая, — успокаивала себя Полина. — Или телефон сломался.
Маша молчала, но взгляд её красноречиво говорил: "Я же предупреждала".
В пятницу Полина не выдержала. Собрала вещи, села в машину и поехала в «Берёзовую рощу». Без звонка, без предупреждения. Просто хотела убедиться, что с ним всё в порядке.
Дом отдыха встретил её приветливо. Администратор улыбнулась, предложила оформить номер. Полина отказалась, сказала, что просто к знакомому приехала.
— К Дмитрию Сергеевичу? — уточнила администратор. — Так он сейчас занят, кажется. Новая постоялица приехала, попросила что-то починить.
Сердце Полины ёкнуло, но она заставила себя успокоиться. Ну чинит что-то, это же его работа.
Она пошла в сторону его домика, который стоял на краю территории. И тут увидела.
Дмитрий стоял у крыльца, а рядом с ним — молодая женщина лет тридцати, блондинка в дорогом платье. Она смеялась, прикасаясь к его руке, а он улыбался ей. Той самой улыбкой, которую Полина считала своей.
— Дима, ты такой умелец! — щебетала блондинка. — А давай вечером прогуляемся? Там у озера так романтично!
— Конечно, Вероника. Только работу закончу — и пойдём.
Полина стояла за деревьями и чувствовала, как внутри всё леденеет. Это не может быть правдой. Не может!
Но когда Дмитрий поцеловал эту Веронику в щёку — лёгкий, невинный поцелуй, — сомнений не осталось.
Полина развернулась и пошла прочь. Надо было уезжать. Немедленно. Но ноги сами привели её к администратору.
— Скажите, а... Дмитрий Сергеевич... он часто так с постояльцами общается? — выдавила она из себя.
Администратор смутилась.
— Ну... он мужчина обаятельный, дамы его любят. Но мы не вмешиваемся в личную жизнь сотрудников.
— То есть это происходит регулярно?
— Я не могу... — женщина явно чувствовала себя неловко. — Извините, но это не моё дело.
Всё было ясно без слов.
Полина вернулась к машине, но уехать не смогла. Нужны были ответы. Нужно было услышать правду из его уст.
Она прождала у его дома до вечера. Когда Дмитрий вернулся — один, Полина вышла из тени.
— Полина? — он опешил. — Ты... я не знал, что ты приедешь!
— Вижу, что не знал. Иначе спрятал бы свою новую пассию получше.
Лицо его стало виноватым, но он не стал отпираться.
— Это не то, о чём ты подумала...
— Правда? А что это тогда? Просто флирт? Невинное развлечение?
— Полина, послушай... Я же не обещал тебе ничего. Мы просто... хорошо провели время. Всё.
Она почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Хорошо провели время? Дима, ты говорил, что любишь меня!
— Ну... в тот момент так и было, наверное. Ты хорошая, правда. Но... Вероника тоже хорошая. И другие женщины тоже были хорошими.
— Другие? — Полина чувствовала, что сейчас сломается.
Он пожал плечами, и в этом жесте было столько цинизма, что она похолодела.
— Пол, ну ты же умная женщина. Неужели правда думала, что мы будем вместе? Ты — столичная бизнес-леди, я — деревенский мастер. Разные миры, как твоя подруга говорила. Я с самого начала понимал, что это временно.
— Тогда зачем... зачем всё это было?!
— А почему бы и нет? — в его голосе появились холодные нотки. — Ты же сама всё предложила. Я не просил. Ты меня в Москву вызвала, оплатила всё. Я просто принял. Это не делает меня плохим.
— Ты... ты использовал меня?
Дмитрий устало потёр переносицу.
— Знаешь, что обидно? Другие женщины были благодарнее. Вероника вон вчера часы подарила — настоящие швейцарские. А до неё Светлана шарф от Гуччи привезла. А ты... кроме ужинов в ресторане ничего. Я думал, столичные дамы щедрее. Видимо, ошибся.
Полина стояла, не в силах вымолвить ни слова. То, что она слышала, не укладывалось в голове. Это не мог быть тот же человек, с которым она гуляла по звёздам, который рассказывал о жене, который целовал её так нежно.
— Ты... ты альфонс, — наконец выдавила она. — Обычный альфонс.
— Называй как хочешь, — он пожал плечами. — Я просто живу. Зарплата здесь копеечная, а жить на что-то надо. Женщины сами предлагают — почему бы не взять? Все взрослые люди, все всё понимают.
— Но ты же... твоя жена...
— А, Катя? — он усмехнулся. — Да, была жена. Она бросила меня, ушла. К другому. Сказала, что я неудачник. Вот я и решил: хватит быть неудачником. Теперь я живу за счёт других, как она за мой счёт жила.
Полина почувствовала, что сейчас её вырвет. Всё, абсолютно всё было ложью. Каждое слово, каждый взгляд, каждое прикосновение.
Полина развернулась и пошла к машине. Сзади донёсся его голос:
— И не говори никому! У тебя же репутация. Представь, как люди посмеются: успешная бизнес-леди попалась на удочку деревенского ловеласа!
Она не оборачивалась. Добралась до машины, завела мотор и поехала. Слёзы застилали глаза, но она упрямо вытирала их и продолжала ехать.
Через час позвонила Маша.
— Поля, где ты? Почему не отвечаешь? Я волнуюсь!
— Машка, — голос Полины дрогнул. — Ты была права. Во всём права.
— Что случилось? Где ты?
— Еду домой. Можешь... можешь приехать? Мне сейчас очень плохо.
— Уже выхожу. Держись, подруга.
*
Они сидели на кухне Полины. Маша слушала, не перебивая, а потом просто обняла.
— Я глупая, да? — Полина всхлипнула. — Повелась на красивые слова.
— Нет. Ты просто хотела любви. И верила в лучшее.
— Но ты же предупреждала!
— Пол, я бы хотела ошибаться. Серьёзно. Мне было бы приятнее, если бы этот Дмитрий оказался принцем, а не... этим.
Полина вытерла слёзы.
— Знаешь, что самое обидное? Я действительно думала, что он настоящий. Что он не такой, как все. А он оказался хуже всех.
— Зато теперь ты знаешь. И больше не совершишь эту ошибку.
— Боюсь, теперь вообще никому не поверю.
Маша налила им ещё вина.
— Поверишь. Когда придёт время. Просто... будешь осторожнее. А это правильно.
Они сидели до утра, вспоминая всякую ерунду из прошлого. Маша не ушла, осталась ночевать. Утром Полина проснулась с тяжелой головой, но на душе было чуть легче — рядом храпела на диване Маша, верная подруга, которая не оставила её одну в самый тяжёлый момент. Она поняла, что настоящая любовь и поддержка были совсем рядом — в дружбе, которую она чуть не потеряла из-за мимолётного увлечения.
Через неделю Полина вернулась к работе с новыми силами, а история с Дмитрием стала для неё важным, хоть и болезненным уроком: не все красивые слова правдивы, но это не значит, что нужно закрываться от мира. Она поняла главное — прежде чем открывать сердце другому, нужно научиться ценить тех, кто рядом, и доверять не словам, а поступкам. А настоящая романтика случается не в отпуске среди чужих людей, а в повседневной жизни с теми, кто принимает тебя настоящей.
Подпишитесь, будет интересно!