История о том, как одна цифра в декларации превратила жизнь бухгалтера в кошмар, достойный пера Достоевского. А налоговый инспектор неожиданно оказался мудрее любого духовника...
Совесть пробуждается
Всё началось с того, что Семён Аркадьевич Мыкин проснулся в три часа ночи и понял: он преступник.
Не обычный преступник, нет. Не тот, кто грабит банки или угоняет машины. Хуже. Он – бухгалтер с тридцатилетним стажем, который допустил ошибку в налоговой декларации. Занизил НДС на четыреста семьдесят три рубля.
Четыреста семьдесят три рубля!
Семён Аркадьевич сел на кровати и обхватил голову руками. Жена Людмила храпела рядом с безмятежностью человека, который никогда не заполнял форму КНД 1151001. А он сидел и смотрел в темноту, где перед глазами плыли цифры: 473, 473, 473...
— Ты чего не спишь? — пробормотала жена, не открывая глаз.
— Ничего. Просто так.
"Просто так"! Ха! Будто можно просто так спать, когда ты нарушил закон. Когда ты переступил черту. Когда ты...
Семён Аркадьевич встал и пошёл на кухню. Включил свет. Достал из холодильника вчерашний борщ, но есть не стал. Просто сидел и пялился на тарелку, будто в ней таились ответы на главные вопросы бытия.
А вопрос был один: имел ли он право?
Конечно, ошибка вышла случайно. Перепутал две графы, вот и всё. Бывает. У кого не бывает! Даже Мария Степановна из соседнего отдела однажды приписала лишний ноль к зарплате директора – тот неделю ходил счастливый, пока не спохватились. Смеялись потом всем офисом.
Но это же совсем другое! То была переплата, а он – недоплатил. Государству! Бюджету! Детским садам и больницам!
Семён Аркадьевич вскочил и принялся мерить кухню шагами. Пять шагов туда, пять обратно. Линолеум под ногами скрипел укоризненно.
— Спи давай, психопат, — донеслось из спальни. — Утром работать!
Работать! Как он будет работать? Как посмотрит людям в глаза? Директору Анатолию Борисовичу, который доверяет ему все финансы фирмы? Главному инженеру Василию, который всегда здоровается первым? Уборщице тёте Свете, которая приносит ему по пятницам пирожки с капустой?
Они же не знают, что рядом с ними – преступник.
Следующие дни превратились в пытку. Семён Аркадьевич пытался работать, но цифры в отчётах вдруг начали обретать зловещий смысл. Вот 473 – проклятая сумма! Вот столбец "задолженность" – это про него, про него! А вот "пени" и "штрафы" – вообще как пророчество какое-то.
Коллеги стали замечать странности.
— Сёма, ты чего бледный такой? — участливо спросила Лариса из бухгалтерии. — Может, таблеточку?
— Нет-нет, спасибо, — пробормотал он. — Я просто... устал немного.
"Устал"! Устают от работы, от жары, от беготни. А он устал от собственной подлости. От малодушия. От того, что каждое утро надевает маску порядочного человека и идёт на работу, будто ничего не произошло.
Ночами он вставал и бродил по квартире. Жена уже перестала реагировать – решила, что у мужа кризис среднего возраста. Покупала ему витамины, варила говяжью печень "для нервов" и намекала, что, может, пора в отпуск.
В отпуск! Будто можно отдохнуть с такой душевной мукой!
Семён Аркадьевич достал ноутбук и зашёл на сайт налоговой. Долго смотрел на раздел "Сообщить о нарушении". Палец завис над мышкой.
Сообщить? На себя?
Но разве не это единственный путь к искуплению? Разве может человек жить спокойно, нося в себе такую тяжесть? Разве...
— Господи, ты там что смотришь по ночам? — раздался сонный голос жены из спальни. — Иди спать нормально!
Семён Аркадьевич захлопнул ноутбук.
Нет, не сегодня. Не готов ещё.
Исповедь грешника
Семён Аркадьевич шёл по коридору налоговой инспекции и чувствовал себя приговорённым.
Вокруг сновали люди с папками, из кабинетов доносились телефонные звонки и стук принтеров. Обычная утренняя суета. Но для него это была дорога на Голгофу.
Впрочем, без преувеличений. Просто на приём к инспектору.
Он записался через сайт "Госуслуг" – специально выбрал время, когда народу поменьше. Не хотел, чтобы свидетели были. Его позору. Его падению.
Всю дорогу до налоговой он репетировал речь. Начинал так: "Уважаемая Марья Львовна, я пришёл сообщить о факте нарушения..." Или лучше: "Я не могу больше жить с этим грузом..." А может, сразу в лоб: "Я преступник! Вот моя декларация!"
— Мыкин Семён Аркадьевич? — окликнул его инспектор из дверей кабинета.
Марья Львовна Сизова оказалась полной женщиной лет пятидесяти с усталым лицом и родинкой над левой бровью. Она жестом пригласила его сесть и устало опустилась в своё кресло.
— Слушаю вас.
И тут Семён Аркадьевич вдруг понял, что забыл все заготовленные речи. Открыл рот – и не смог вымолвить ни слова. Молчал секунд тридцать.
— Молодой человек, — терпеливо произнесла Марья Львовна, — если вам просто поговорить надо, то тут психолог на втором этаже. А у меня ещё восемь человек в очереди.
— Я... — начал он и осёкся. — Я нарушил закон.
Инспектор подняла бровь.
— Уточните, пожалуйста.
— Декларация. НДС. Третий квартал. Я занизил... — голос предательски дрогнул. — Четыреста семьдесят три рубля.
Повисла тишина. Марья Львовна смотрела на него так, будто он сообщил, что прилетел с Марса на тарелке.
— Вы занизили НДС на четыреста семьдесят три рубля, — медленно повторила она. — И пришли добровольно об этом сообщить?
— Да! — выдохнул Семён Аркадьевич с облегчением. Наконец-то он это произнёс вслух! — Я не могу больше так жить! Понимаете? Я не сплю! Я ем – и не чувствую вкуса! Жена думает, что у меня кто-то на стороне, но где у меня кто-то, если я даже на работу выхожу как на казнь!
Он говорил и говорил, не в силах остановиться. Рассказывал про бессонные ночи, про то, как перепроверял ту декларацию раз двадцать, про борщ и линолеум на кухне, про пирожки тёти Светы. Говорил, что тридцать лет работает безупречно, что ни одной ошибки, что всегда сдавал отчёты вовремя, что...
— Стоп-стоп-стоп, — Марья Львовна подняла руку. — Давайте я сейчас вашу декларацию подниму в системе.
Она повернулась к компьютеру. Клацала мышкой, хмурилась, что-то вводила. Семён Аркадьевич сидел на краешке стула и ждал приговора.
— Так, — наконец протянула инспектор. — Вижу вашу декларацию. Действительно, занижение есть. На четыреста семьдесят три рубля. — Она посмотрела на него поверх очков. — Молодой человек, а вы в курсе, что мы автоматически проверяем все декларации?
— В курсе, — прошептал он.
— И вы понимаете, что вам всё равно пришло бы требование с пересчётом?
— Понимаю.
— Тогда зачем было приходить? Подождали бы письма, заплатили штраф – и всё.
Семён Аркадьевич судорожно сглотнул.
— Я не мог ждать. Понимаете? Не мог! Это же... это же нечестно! Я же знал! Я понял ошибку через неделю после подачи, и с тех пор... — Он осёкся, почувствовав, что сейчас расплачется. Господи, мужик на грани рыданий в налоговой инспекции!
Марья Львовна долго смотрела на него. Потом тяжело вздохнула.
— Знаете, за двадцать три года работы я повидала всякое. Видела тех, кто занижал миллионы и спал спокойно. Видела схемы, аферы, подставные фирмы. Видела наглость, хамство, попытки дать взятку. — Она помолчала. — Но чтобы человек пришёл сам, из-за четырёхсот семидесяти трёх рублей... Это впервые.
— Я просто хочу спать спокойно, — тихо сказал Семён Аркадьевич. — Хочу смотреть людям в глаза. Хочу, чтобы тётя Света приносила мне пирожки и я ел их без... без этой гадости в душе.
Инспектор кивнула.
— Понимаю. Сейчас оформлю уточнённую декларацию. Недоимка – четыреста семьдесят три рубля. Пени – рубля три с копейками, если честно, смешная сумма. Штраф... — Она задумалась. — Штраф будет пятьсот рублей. Символический. За самостоятельное исправление ошибки.
— Пятьсот? — переспросил он.
— Пятьсот. Можете оплатить прямо сейчас через терминал на первом этаже. Или дома, как удобнее. Вот вам постановление.
Она протянула ему распечатанный документ. Семён Аркадьевич взял его дрожащими руками и уставился на цифры. 473 рубля недоимки. 3,17 пени. 500 штраф.
Тысяча рублей с копейками – цена его душевного спокойствия.
— Я... Спасибо, — выдавил он.
— Идите, — сказала Марья Львовна негромко. — Мир держится на таких людях, как вы. На тех, кто не может жить с виной, даже за такую ерунду. Это редкость сейчас.
Семён Аркадьевич встал. Ноги подгибались, но он шёл к двери. На пороге обернулся:
— А я думал, что вы будете... ругаться. Или смеяться.
— Я устала смеяться, — устало улыбнулась инспектор. — За двадцать три года в налоговой у меня уже давно атрофировалось чувство юмора. Идите, Семён Аркадьевич. Спите спокойно.
Он вышел из кабинета. Спустился на первый этаж. Оплатил через терминал тысячу рублей. И вышел на улицу.
Октябрьское солнце било в глаза. Ветер трепал волосы. Где-то рядом играли дети, смеялась девушка, гудели машины.
Семён Аркадьевич стоял посреди тротуара и вдруг понял: тяжесть ушла. Та самая, что давила на грудь две недели. Исчезла. Растворилась. Будто камень с души.
Он достал телефон и написал жене: "Сегодня приду пораньше. Может, в кино сходим?"
Потом набрал директора: "Анатолий Борисович, хочу предложить внедрить дополнительный контроль по декларациям. Мало ли что."
И ещё одно сообщение – тёте Свете из соседнего подъезда: "Светлана Михайловна, а вы в пятницу пирожки печь будете? Я к чаю куплю всё, что надо!"
Шёл домой и улыбался.
Четыреста семьдесят три рубля. Смешная сумма. Но за неё он купил себе право снова называться человеком.
А это, как выяснилось, дороже любых денег.
***
На следующее утро Семён Аркадьевич проснулся в семь часов, как обычно. Позавтракал с аппетитом – омлет показался вкуснее, чем когда-либо. Жена смотрела на него с подозрением:
— Ты точно не заболел? Или всё-таки кто-то на стороне есть?
— Люся, у меня роман, — торжественно объявил он. — С законом. И знаешь, я думаю, это надолго.
Людмила покрутила пальцем у виска и пошла собираться на работу.
А Семён Аркадьевич сидел на кухне, пил чай и думал о том, что скажет в понедельник начальству: пора действительно усилить контроль за отчётностью. Потому что честность – это не про то, чтобы не попасться. Это про то, чтобы спокойно спать по ночам.
Даже если речь идёт о каких-то жалких четырёхстах семидесяти трёх рублях.
🏠 Иногда для обретения покоя нужна не психотерапия, а просто визит в налоговую. И пятьсот рублей штрафа.
Если история понравилась — лайк и подписка станут лучшей наградой! Ну а если хочется подкинуть пару монеток на новые рассказы (официальная кнопка поддержки авторов Дзен внизу справа) — автор будет благодарен как дракон, получивший золотую монетку в свою коллекцию! 😉
В Телеграм короткие истории, которые не публикуются в Дзен. Присоединяйтесь.