Сделка

Договор ренты - сродни подписанию договора с Врагом рода человеческого. Сначала ты уверен, что получишь исполнение желания, но немного погодя выясняется, что всё не так радужно, как тебе представлялось. И вот ты уже летишь на всех порах прямиком в ад, к вечным мучениям под сатанинский хохот того, чьё имя стараются лишний раз не произносить.

-Лелечка, - раздался стонущий голос бабушки.

-Да что за! - отреагировал супруг. - Лера, не ходи.

-Она же не успокоится, - пробормотала жена, отчаянно зевая.

-ЛЯЛЯ! - прибавили децибел.

-Действительно. Лера, давай завтра начнём искать квартиру, - взмолился Миха.

-Но мне всё равно придётся ночевать здесь. Ты же знаешь, - грустно ответила жена.

-Ты не обязана.

Муж был не прав.

Именно что обязана.

Причём никто её не заставлял. Сама вызвалась.

Три года назад Лера подписала договор ренты на квартиру бабушки - шикарную двухкомнатную сталинку практически в центре города. Нет, бабушка не требовала особого ухода, только оплаты коммуналки и покупки продуктов. Всё. Немолодая женщина ела очень мало, и самую простую пищу. Не привыкла она к хамонам, сырам с плесенью и прочим деликатесам. Да и здоровье не позволяло. Греча, рис, макароны, в особенности картошка с укропчиком - вот и вся её еда. Коробка конфет расходовалась за неделю. Ещё бабушка обожала чай, и могла пить его в неограниченных количествах, закусывая недорогими печеньками типа юбилейного.

Даже в наше время такие продукты бреши в финансах не пробьют. С учётом того, что они отдавали бы за ипотеку - сущие пустяки. Тем более, такую квартиру они не могли бы себе позволить никогда. Максимум - новостройку на окраине с картонными стенами и отсутствующим ремонтом.

Она всегда была бабушкиной любимицей. Старушка выделяла девушку среди родственников, и именно ей предложила подписать договор ренты.

-Я бы тебе дарственную сразу сделала, - смущённо призналась бабушка, - если бы ты не была замужем. А вдруг твой муж меня выгонит на улицу?

-Бабушка, Миха на это не способен, - защищала супруга Лера.

-В чужую голову не заглянешь, - вздыхала бабушка.

-Да я никогда бы....

-Ты- нет. Но вдруг с тобой что-нибудь случится? Квартира перейдёт к нему, а с чего Михаилу заботиться о постороннем человеке? Не переживай, милая, этот договор - гарантия, что квартира будет твоей после моей смерти.

-Можно завещание же написать, - уговаривала внучка.

-Твоя мать - первая в очереди, оспорит в лёгкую. А я хочу, чтобы в квартире жила ты с детками. Неужели ты думаешь, что я заставлю отрабатывать? Всё понимаю, недавно замуж вышла, надо с мужем любиться, а не с бабкой старой возиться.

И Лера спокойно подписала документ.

Чем восстановила против себя всех родственников, и в первую очередь - мать.

Пять лет назад Люба вытащила счастливый билет по имени Вася. Простой мужик, водитель автобуса, с алиментами на прошлых детей, но в сороковник плюс будешь рада и этому. Вася переселился из коммуналки к жене и парочка зажила в любви и практически в согласии в однокомнатной квартире, доставшейся Любе с дочерью после развода и дележа имущества.

Бабушка терпеть не могла Васю, называла в лицо примаком и влазнем. Мужчина только вздыхал. Возраст никого не красит.

Потому и решила отдать квартиру внучке, Миха нравился бабушке чуть больше.

Они познакомились в университете.

После школы девушка поступила в ВУЗ, подрабатывала, училась. Познакомилась с будущим мужем, ушли на съёмную квартиру. После получения диплома вышла замуж за Миху. Люба и родители Михи подарили на свадьбу небольшую сумму, которая сейчас лежала на депозите. Они ожидали, когда снизится процент по ипотеке.

Бабушка предложила подписать договор ренты.

-Умру я скоро, Лялечка. Опять муж снился. Звал. Я сказала, что приду. Так что скоро уже.

Лера пугалась странных разговоров, но бабушка будто не замечала и заводила речь о своих похоронах с такой довольной улыбкой, будто обсуждала предстоящий круиз по Карибам.

Муж был настроен крайне скептически, свёкры в принципе тоже, но ведь они не знают бабушку так же хорошо, как она. Тем более, ипотека сейчас им практически недоступна.

Поначалу всё было нормально. Пару раз в неделю Лера с супругом привозили продукты. Пили со старушкой чай. Миха изредка делал мелкий ремонт "Посмотри, что там с краном, капает, наверно, поменять надо".

Вскоре бабушка попросила оплачивать коммуналку. Отказаться было неудобно, Лера согласилась. Ничего страшного, сумма не такая то и большая, бабушка экономит воду и электричество, не пользуется интернетом, так что не обеднеют.

Траты нарастали постепенно. Сначала старушка попросила покупать другой чай - в два раза дороже. Потом распробовала маасдам. А когда одна из родственниц пришла проведать старушку с тортом из Вкусвилла, старушка пришла в восторг и попросила Леру покупать только его. Нет, печенье сама ешь. Я хоть на старости лет нормально хочу питаться.

Бюджет молодой семьи был условно общий. Часть денег - в общий котёл, часть - на собственные траты. Муж копил на автомобиль, Лера помогала бабушке. Они уже неплохо зарабатывали, и могли позволить баловать старушку.

Правда, свекровь осторожно поговорила с Лерой насчёт того, что договор ренты можно оспорить так же легко как дьявол делает вид, что всё честно.

-Это если не соблюдать условия, - возразила Лера, может и умненькая от природы, но глупая в силу отсутствия жизненного опыта. - А я фиксирую траты, чеки сохраняю. Всё будет хорошо, вот увидите.

Раз квартира всё равно, считай, у них в кармане, супруги купили автомобиль на деньги, подаренные родителями на свадьбу.

Зря они поделились радостью с Аполлинарией.

Пришлось возить старушку в поликлинику. Сначала не очень часто, но потом болячки стали всё больше давать о себе знать...

Лера на голубом глазу наврала старушке, что автомобиль продали. Не хотелось напрягать супруга.

Бабушка, правда, не очень поверила.

И это была только первая остановка на пути в ад.

Мать и родственницы зачастили к старушке, и возмущались, видя отвратительное отношение внучки к женщине, которая обеспечила её квартирой. И какой квартирой! Неужели трудно покупать нормальные продукты? Да моя собака это есть не будет!

Лера научилась готовить мужу прекрасные и очень полезные блюда из дешёвых макарон и гречи, и врала, что терпеть не может кафешки.

Миха недоверчиво качал головой и уговаривал хотя бы сходить в любимый ранее пивной бар.

Бабушка стала просить, чтобы внучка приходила каждый день. Она чувствует себя плохо. Скоро. Совсем скоро я избавлю тебя от себя. Неужели сложно провести время с пожилым человеком? Ведь никогда себе не простишь.

И тогда Миха поставил вопрос ребром.

На фиг квартира. Отказывайся.

-Мне жалко потраченных денег и времени, - призналась Лера. - А вдруг я откажусь, а она умрёт на следующий день? Я же с ума сойду.

-Она нас переживёт. Лера, да что с тобой?

Жена согласилась с разумными доводами и собиралась сказать Аполлинарии, что та может больше на неё не рассчитывать.

И тут бабушка слегла.

Совсем.

Лежала и не вставала.

Это произошло в один день.

Врачи давали неблагоприятный прогноз.

Значит, всё. Организм исчерпал ресурсы.

Готовьтесь.

Пришлось переселиться в квартиру к бабушке. Три месяца они жили в жёстком режиме обиходить, накормить, помыть, опять покормить, поговорить, работа, и всё по новой. Бабушка не теряла разум.

Она узнавала всех, разговаривала вполне здраво, ела за троих, и целыми днями смотрела телевизор на полной громкости, зовя внучку, если возникало желание поговорить, поесть, поменять памперс, пожаловаться и так далее.

Сначала днём.

А потом и ночью.

Хор родственников во главе с матерью возмущался плохим уходом за старушкой, но помогать не спешил. Кого квартира - тот и ухаживает.

Первым заподозрил неладное Миха.

-Лера, она непохожа на лежачую. Точно тебе говорю. Мышцы не атрофируются.

-Прошло только три месяца, - бормотала смертельно усталая Лера.

-Я камеры установлю.

-Как ты их установишь? Бабушка будет лежать и смотреть, как ты ставишь камеры?

-А я на кухне. По-моему, она наведывается в холодильник.

Так и поступили.

В первый же день пришла мать с Василием, каким то образом увидели камеры и чуть не прибили Миху.

-Я человек простой, - сказал Вася. - Обидишь старушку - душу выну. - Взялись ухаживать - ухаживайте. Никто вас за язык не тянул. Современная молодёжь не имеет никакого представление о честности, сострадании, и просто порядочности. В моё время вас бы общественность порвала за такое отношение. И совершенно правильно.

Лера впала в апатию и жила по инерции. Михе приходилось проще, но не намного.

Сегодня ночью Лера вставала пять раз. Вот и сейчас она в комнате у бабушки.

Супруга тихонько открыла дверь комнаты и рухнула в кровать.

-Всё, Лера. Пора уходить.

-Не могу. Она абсолютно беспомощна. И очень боится смерти.

-Она не беспомощна, Лера. Она прекрасно ходит.

-Ни один человек не станет лежать в кровати целыми днями, если может ходить.

-А если я докажу тебе, что это не так? Что она прекрасно справится без тебя? Ты расторгнешь договор?

-Не понимаю, - озадаченно произнесла Лера.

-Сейчас поймёшь.

Миха отправился на кухню, поджёг кучу тряпья, бросив их в железный таз.

Огонь радостно заполыхал, квартира практически мгновенно наполнилась удушливым дымом.

Аполлинария закричала.

-Что ты творишь! - завизжала Лера, бросаясь тушить тряпки.

-Пожар! - заорал Миха.

Нервы у старушки сдали.

Аполлинария вскочила с кровати, распахнула дверь, увидела густой дым и не решившись бежать сквозь задымлённый коридор, рванула к окну.

Миха ойкнул.

События, как это часто бывает, вышли из-под контроля.

-Аполлинария! - кричал мужчина, бросаясь за старушкой.

Поздно.

Бабушка перекрестилась и прыгнула.

Миха бросился к перилам.

Второй этаж, но....

Аполлинария лежала на грядке с подвёрнутой ногой и кричала.

Значит, жива. Уже хорошо.

Вытяжка постепенно справлялась с дымом, старушку увезли в больницу и наложили гипс.

Врач сообщил, что бабушке крупно повезло в том смысле, что нога срастётся, но процесс этот долгий. Придётся много работать, делать массаж, расхаживаться. Никаких угроз для жизни нет, сердце работает как у космонавта, анализы для её возраста идеальные, теперь главное - уход.

-Она три месяца лежала, - потрясённо прошептала Лера. - Нам говорила, что не может ходить и умирает.

-Бывает, и довольно часто. Человек может двигаться, но ложится и не встаёт. Лежит так годами. Психиатры разное говорят. Подобная ложная беспомощность даёт человеку чувство безопасности, как вариант. Обязательно посоветуйтесь с врачом, ей необходимо двигаться, чтобы разработать ногу, иначе она и правду не сможет встать.

Супруги уехали из квартиры утром, собрав вещи, чтобы никогда не возвращаться. После проветривания запах, конечно, остался, но его не приобщишь к делу. Дым никто не видел, на крики из квартиры соседи давно перестали обращать внимание. Ну привиделся старушке пожар во сне, бывает.

Родственники потребовали, чтобы она забрала бабушку из больницы и выполняла все предназначения врача.

Лера в ответ посоветовала наиболее жалостливым ухаживать самим.

А они лучше купят квартиру без всяких условий.

Деньги у них были.

Забрали у Аполлинарии. Не украли, а взяли своё, позабыв сказать бабушке.

Скорая увезла старушку.

Лера устало выключила вытяжку.

-Не хочешь наведаться в её комнату и заглянуть под матрас? - осведомился Миха.

-Зачем? - глупо спросила Лера.

-Есть у меня одна мыслишка....

Под матрасом лежали пачки денег.

Миха надевал одноразовые перчатки.

-Посчитай, сколько потратила за три года плюс инфляция, плюс моральные страдания. Не переживай, там ещё останется.

Лера углубилась в расчёты.

Они взяли наличные, собрали вещи и уехали.

Из больницы Аполлинарию забрала дочь.

Первое, что сделала старушка, очутившись дома - вызвала полицию.

Стражи порядка сняли отпечатки пальцев с матраса и отправились в Василию.

-Как ты мог? - плакала Люба. - Вор!

Перед выпиской Любовь по совету врачей купила специальную кровать и поручила Василию собрать механизм. Что он и сделал. В процессе сборки ему не давала покоя одна мысль...

"Посмотри в матрасе" - шепнул прокуренный голосок слева.

"Не делай этого" - встревожился елейный голосок справа.

"Ты хотел поменять автомобиль? Ну так действуй! Другого случая не представится!"

Василий как во сне приподнял матрас. И будто чёрт попутал простого работягу.

Он сунул все купюры до единой в сумку и ни сказав жене ни слова, вынес из квартиры и спрятал в тайник.

Кто ж знал, что тёща окажется стервой? Зачем ей вообще деньги?

Над Васей замаячили тучи.

Он наотрез отказался возвращать украденное. Не было там ничего. Да, трогал матрас, и что? Да в квартире кто только не побывал в отсутствии старухи, кто угодно мог взять.

Дело развалилось.

Люба и верила мужу, и нет.

Когда он купил ладу гранту - хватило только на неё, смутные сомнения с новой силой начали терзать недоверчивую Любовь.

Но вскоре ей стало не до этого.

-Любочка, - раздался стонущий голос матери.

-Да чтоб тебя! - отреагировал супруг. - Люба, не ходи.

-Она же не успокоится, - пробормотала жена, отчаянно зевая.

-ЛЮБКА! - прибавили децибел.

Дочь отправилась в комнату к Аполлинарии.

Беспомощную женщину нельзя было оставлять одну. Пришлось им с Василием переселиться к матери и осуществлять уход. Не просто так. Мать переписала договор ренты на неё. "Умру я скоро. Брат снился. Звал." - плакала мать.

Василий злился.

Жена умоляла подождать. Родственники только и ждут, чтобы квартиру переписали на них. Ей совсем немного осталось.

Гипс сняли, но женщина по-прежнему отказывалась вставать.

Василий подозревал, что тёща в их отсутствие шастает по квартире и жрёт из холодильника. Вчера он недосчитался половины торта.

-Так ты и съел, - возмутилась жена, - просто забыл.

Аполлинария всё ещё не вставала. Василий пил пиво на кухне и с ненавистью слушал, как старуха стонет и зовёт. Люба встала по ночам уже так привычно, что даже не просыпалась по-настоящему. А родственники приходили и многозначительно вздыхали:

- Всё-таки квартира в центре… оно того стоит. Могли бы и лучше ухаживать.

Аполлинария жила.

Жила назло.

Пила свой чай, заедала тортом, и с каждым днём всё крепче сжимала вокруг семьи невидимую удавку.

Иногда ночью Люба шептала:

- Господи, пусть уже… ну пожалуйста…

Но Бог молчал.

В семье начались ссоры, переходящие в скандал.

И однажды Василий ушёл.

Собрал вещи, положил в новенькую ладу гранту и уехал, сообщив, что с него хватит.

Поразмыслив, Люба побежала за супругом, сказав матери, что больше не может.

Лучше жить в однокомнатной квартире вдвоём, чем одной - в шикарной сталинке.

Всё-таки она была хорошей дочерью, потому что утром отправилась проведать мать.

И застала её на кухне, где Аполлинария пила чай и отправляла СМС ей и родне, что лежит пластом, всеми брошенная.

Любовь молча повернулась и ушла.

Аполлинария осталась одна.

Почему то родственники больше не приходили к пожилой женщине.

Внучка не отвечала на звонки.

Дочь сообщила, что в её возрасте мужьями не разбрасываются.

И она стала сдавать.

Очень болела сломанная нога, да так, что вскоре она не могла подниматься с кровати.

Однажды её нашла на полу соседка после того, как та пыталась докричаться до людей, и женщину увезли в дом престарелых.

Её никто не навещал.

Все жили своей жизнью, в которой ей не нашлось места.

Мать и дочь помирились, и даже Вася стал лучше относиться к Михе, которому на это было по большому счёту плевать.

-Когда это станет возможным, продам квартиру, и разделю деньги, - сообщила мать, - куплю себе, чтобы сдавать, и вам - чтобы закрыть ипотеку.

Молодая семья взяла сразу трёхкомнатную, в расчёте на детей. Оказалось, они вытащили из матраса впопыхах чуть больше, чем рассчитывали.

Про договор ренты они старались не вспоминать.

Потому что.

Договор ренты - это не сделка с недвижимостью. Это сделка с чьей-то смертью. А смерть редко соблюдает сроки и никогда не играет по правилам.

НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ 2202 2005 4423 2786 Надежда Ш.