Предыдущая часть:
Быстро уложив всех на пол, старший подошёл к Сергею Владимировичу и недоумённо спросил:
— По какой причине вызов? Не вижу ситуации, требующей нас.
— Это ложная тревога из-за несообразительной сотрудницы, — рычал босс, оглядывая охранников.
— Вы понимаете, ложный вызов — штраф.
Тут подошла Маша, всё ещё плача, пытаясь успокоиться:
— Пожалуйста, извините, что потревожила, но нас обокрали — унесли дорогую брошь. Нужно расследование начать поскорее.
Охранник перевёл взгляд с Маши на владельца, заметив, как его лицо перекосилось от недовольства.
— Ничего расследовать не надо, сами разберёмся, — фыркнул босс.
Но Маша не унималась, слёзно просила:
— Нет, пожалуйста, вы обязаны взяться, иначе меня обвинят в том, чего не делала. Не хочу отвечать за чужое.
Сергей Владимирович встал между ней и охранником:
— Повторяю, ложный вызов, возвращайтесь. Помощь не требуется. Ясно? Не забывайте, кто здесь хозяин.
Охранник решил не спорить, собрал людей и ушёл. Под шумок Маша выскочила с ними, не желая оставаться после закрытия. Знала — это её последний день.
— Где эта идиотка? — раздражённо спросил хозяин после ухода охраны.
Ольга пожала плечами:
— Кто ж знал, что она такая дура? Я говорила, с такими лучше не связываться. Теперь за ложный выезд платить, да ещё шуму наделали.
Сергей Владимирович достал брошь из папки с документами, вернул на место, понимая, что дальше не пойдёт — иначе привлекут за клевету, если камеры посмотрят. Взял телефон, написал Маше: "Брошь нашлась под витриной. Извини за обвинение в краже". Отправил, ждал ответа, но его не было.
Убрав телефон, грозно посмотрел на племянницу:
— Чтобы ни одна душа не знала, что здесь было. Поняла?
Девушка кивнула покорно. Не собиралась болтать.
Маша шла домой, глотая слёзы. Когда же эти беды кончатся? Когда она сможет вздохнуть спокойно? Казалось, обречена на вечные муки. Вдруг раздался голос:
— Простите, подождите, пожалуйста.
Маша остановилась, испуганно обернулась. Не понимала, что ещё. Но через секунды узнала силуэт — клиент из салона. Улыбнулась слегка:
— Вам удалось подобрать украшение для невесты?
— Да. Скажите, у вас всё в порядке? Я невольно увидел весь скандал и, честно, в шоке. Может, помочь чем-то?
И тут Маша разрыдалась. Не могла больше держать в себе всё накопившееся. Размазывая слёзы, стала рассказывать о недавнем: уход мужа, домогательства начальника, проблемы с деньгами. Сама не понимала, зачем вываливает это, и чем он поможет. Но после сбивчивого рассказа услышала неожиданное:
— Хотите, устроим вас в клинику, где я работаю? Придётся многому научиться, работа не лёгкая, но зарплата нормальная. И к сотрудникам начальство относится по-человечески. Сейчас набор сиделок в штат. Как думаете, интересно?
Маша удивлённо распахнула глаза:
— Меня не возьмут — нет медицинского образования, и времени на него нет.
— Для сиделки образование не нужно. Просто ухаживать за пациентами, помогать с повседневным, подбадривать морально. Разговаривать, поддерживать, пока они у нас. Остальное — на квалифицированном персонале.
Маша задумалась на секунду, но, понимая, что вариантов нет, улыбнулась благодарно:
— Наверное, хотела бы попробовать.
— Тогда до завтра. Кстати, меня Дмитрий зовут.
И протянул визитку с адресом клиники, попрощался и ушёл.
Она вертела картонку в руках, потом убрала в сумку и пошла домой в чуть лучшем настроении. Дмитрий, видимо, увидел в ней человека в беде и решил помочь, потому что сам работал в месте, где помощь — часть профессии, и это сделало его предложение более понятным, без лишних подозрений.
Маша прошла пару сотен метров, как услышала писк, от которого сердце замерло. Осмотрелась, увидела пакет, в котором кто-то шевелился. Она разорвала его и подхватила маленького щенка. Судя по всему, он только глаза открыл. Стало так жалко, что ком в горле встал от такой картины. Не смогла оставить.
— Господи, малыш, кто тебя сюда притащил? Ещё и в пакете. Изверги какие-то. Что с тобой делать? Придётся забрать, да?
Щенок, будто чувствуя добрые руки, начал успокаиваться.
Утром Маша проснулась раньше, решила написать бывшему боссу, что не выйдет на смену. Телефон сразу зазвонил от его звонков. Вздохнув, ответила:
— Алло, слушаю, — сухо ответила Маша.
— Маша, что это значит? Не можешь просто уйти. Где я сотрудника найду? Жду к восьми, как обычно.
— Простите, не смогу. Уже нашла новую работу.
— Тогда ни копейки из зарплаты не выплачу. Ясно? Не собираюсь убытки терпеть из-за твоей сентиментальности и решений без мысли о компании.
— Да ладно, оставьте себе.
Она положила трубку и стала собираться на новую работу, не представляя, что ждёт.
Машу встретил Дмитрий, повёл в отделение, помог с документами, познакомил с коллегами. Но те сразу взъелись — она замечала недовольные взгляды, но старалась не реагировать, думая, что притираются.
В тот же день подошла одна сиделка, проработавшая несколько лет, с недружелюбием сказала:
— Что, по блату устроилась? У нас такого не любят.
Маша опешила. Не думала, что помощь от нового знакомого так расценят.
— Нет, что вы? Просто Дмитрий стал свидетелем неприятного случая на прошлой работе. Предложил помочь. А я недавно развелась, денег почти нет — отказываться глупо. Вам так не кажется?
Женщина смотрела в упор, будто не веря:
— А что такого на работе случилось, что наш успешный доктор руку помощи протянул? Сама не справилась?
Маша вздохнула, понимая, что придётся снова рассказывать о несчастьях, и начала с начала.
— Да, не везёт тебе. Молодая, симпатичная, а такая несчастная, — подытожила коллега.
Маша грустно улыбнулась.
Сначала было тяжело. Отделение относилось подозрительно, иногда жёстко. Но Маша терпела, стискивала зубы, делала, что положено. Дмитрий поддерживал — помогал с рабочими моментами, выслушивал о дне. В какой-то момент она поняла, что без этих разговоров не может. Не показывала, что привязывается к почти женатому мужчине, погружалась в работу, и стало легче. Коллеги смягчились, и наконец объявили, что за ней закрепили пациента для постоянного ухода. Это был прогресс, Маша радовалась.
— Виктор Иванович — влиятельный бизнесмен, важный человек. Ухаживай на все двести, делай всё для его комфорта. Ясно? — спросила завотделением, смотря с недоверием.
— Конечно, всё будет хорошо, не волнуйтесь.
— Очень на это рассчитываю. Виктор Иванович, это Маша. Она ваша сиделка.
Женщина улыбнулась пациенту, но получила холодный взгляд. Мужчина кивнул, перевёл взгляд на заведующую:
— Не слишком молодая? Понимает, что от сиделки требуется?
— Конечно, испытательный прошла. Всему обучена, не переживайте. Если не понравится — заменим.
Маша напряглась. Разве она выглядит как девчонка, ничего не смыслящая? Нет. Тогда зачем такие уколы?
Пока она размышляла, заведующая попрощалась и вышла. Пациент поднял взгляд, с недоверием спросил:
— Уверена, справишься с уходом за пожилым?
— Ну какой вы пожилой, вам всего шестьдесят семь. Ещё бегать будете после выписки, — с доброй улыбкой ответила Маша.
Мужчина вроде улыбнулся.
— Твои слова да богу в уши. Ладно, принеси чаю, познакомимся.
В основном говорила она — о своей жизни, как попала в клинику, планах, бывшем муже, щенке, которого недавно подобрала. Разговор шёл легко, расслабленно, приятно. Только через время Маша спохватилась — это она должна расспрашивать пациента, а не о себе рассказывать. Посмотрела на него, внимательно слушавшего, спросила:
— А вы чем занимаетесь? Какие планы на будущее?
— Да какие планы в моём возрасте? Ещё немного пожить — уже хорошо. Может, с дочкой отношения наладить перед концом. Она молодая, не понимает, что я не вечный. Появилась на пятом десятке. Долго с женой не получалось родителями стать. Потом чудо, но оно унесло жизнь моей любимой.
Маша замолчала. Спрашивать казалось неуместным, но, к счастью, он продолжил сам, будто в воспоминания погружаясь:
— Света родилась слабенькой, всё время по врачам её таскал. А когда увидел, как на мать похожа, не смог сам воспитывать. Нанял няню, потом вторую, когда подросла — гувернантку. Сейчас живёт одна — квартиру подарил на совершеннолетие. Редко общаемся. Думаю, из-за моего холодного отношения. Хотел бы сказать, как люблю, но увы.
Виктор Иванович грустно улыбнулся. От его слов сердце сжималось. Маша хотела помочь, но не знала как. Постепенно они сблизились через ежедневные разговоры — она видела, что он одинок, и делилась своими историями, чтобы развеять его тоску, а он в ответ открывался, потому что чувствовал искренность.
Маша делилась историями, читала книги, которые он любил. Мужчина проникся её тяжёлой судьбой, был благодарен за доброту и решил помочь, сделать её жизнь лучше перед уходом.
— Маша, помоги записать видео для дочери? — спросил он во время смены.
Она улыбнулась, достала телефон:
— Конечно. Хорошая идея. Отправим видеосообщение.
Включила камеру, направила на пациента. Он начал:
— Моя милая девочка, любимая дочь, жаль, что мало времени проводили раньше, и жаль, что впредь не сможем. Чувствую, мне недолго осталось. Хотел сказать, очень тебя люблю, каждая мысль о тебе. Уверен, у тебя прекрасное будущее. Ты умница. Не переживай, Маша обо мне хорошо заботится — книги читает, о своём щенке рассказывает. Последние дни проходят спокойно. Завещание в нижнем ящике стола. Бесконечно люблю. У тебя всё получится. Главное, не опускай руки.
Мужчина кивнул, Маша остановила запись. Глаза были полны слёз — не ожидала такого. Посмотрела на Виктора Ивановича:
— Куда отправить? Номер дочери?
Он смутился — не знал контактов, только адрес:
— Есть адрес квартиры, которую подарил. Может, съездишь, передашь лично?
Теперь смутилась Маша — не могла оставить пост. Он понял:
— Не волнуйся, если спросят — скажу, по моему поручению. Прошу, для меня важно.
Маша согласилась, записала адрес, поехала к дочери пациента, надеясь на нормальную реакцию. Виктор Иванович, видимо, давно хотел наладить связь с дочерью, но не знал как, и это видео стало его способом, мотивированным близостью конца и доверием к Маше как к человеку, который его выслушал.
Продолжение: