Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Удивительная Грузия

Когда роскошь стала приютом: как тбилисские отели превратились в дома для беженцев?

В 90-е в Тбилиси исчезла иллюзия «вечного праздника» советской столицы Кавказа. Город проснулся в новой реальности: нет света, нет денег, нет уверенности — и есть десятки тысяч людей, бежавших от войны в Абхазии и конфликтов на севере. Они искали крышу и нашли её там, где раньше ночевали дипломаты и звёзды — в гостиницах. Высотная «Иверия» на площади Розовой революции была гордостью советского Интуриста. С 1992 года здание стало «многоэтажным лагерем»: на балконах сохло бельё, из окон торчали трубы самодельных печек, а номера превратились в коммунальные квартиры. Для многих тбилисцев фасад «Иверии» стал визуальным кодом десятилетия — красивое здание, за которым прячется чужая беда. В середине 2000-х власти расселили жильцов, здание разобрали до каркаса и заново отстроили как Radisson Blu Iveria. Но память о «синем белье на балконах» осталась — как напоминание, какой ценой город вернулся к блестящим витринам. Отели, санатории, детсады, ведомственные корпуса — всё это в 90-е называли «ко

В 90-е в Тбилиси исчезла иллюзия «вечного праздника» советской столицы Кавказа.

Город проснулся в новой реальности: нет света, нет денег, нет уверенности — и есть десятки тысяч людей, бежавших от войны в Абхазии и конфликтов на севере. Они искали крышу и нашли её там, где раньше ночевали дипломаты и звёзды — в гостиницах.

Высотная «Иверия» на площади Розовой революции была гордостью советского Интуриста. С 1992 года здание стало «многоэтажным лагерем»: на балконах сохло бельё, из окон торчали трубы самодельных печек, а номера превратились в коммунальные квартиры. Для многих тбилисцев фасад «Иверии» стал визуальным кодом десятилетия — красивое здание, за которым прячется чужая беда.

В середине 2000-х власти расселили жильцов, здание разобрали до каркаса и заново отстроили как Radisson Blu Iveria. Но память о «синем белье на балконах» осталась — как напоминание, какой ценой город вернулся к блестящим витринам.

-2

Отели, санатории, детсады, ведомственные корпуса — всё это в 90-е называли «коллективными центрами». По оценкам правозащитников и ООН, в 1990-е и 2000-е годы около 40–44% внутренне перемещённых лиц в Грузии жили именно в таких местах. Это были временные решения, растянувшиеся на годы.

Отдельные здания держались до 2010-х. Например, бывшая гостиница «Абхазия» в Сабуртало долгое время оставалась адресом для семей, потерявших жильё в начале 90-х; её расселили только позже, уже в эпоху масштабных программ переселения.

Если спросить тбилисца, что такое «тёмные девяностые», он вспомнит не только очереди и отключения. Он вспомнит свои поездки с гостинцами к знакомым «в бывшую гостиницу», длинные коридоры, где жили дети и старики, и вечный спор — как помогать тем, кто оказался «между домами» на долгие годы. Истории про то, как в одном номере уживались три поколения, — это не метафора, а быт.

Потому что в историях про «реновации» легко забыть, что за гладкими фасадами — пережитая травма. И что для десятков тысяч людей 90-е закончились не в календаре, а тогда, когда им наконец выдали ключи от собственной квартиры. Даже спустя десятилетия многие по-прежнему живут «в переходном времени»: между прошлым в Абхазии и настоящим в Тбилиси.

Подписывайтесь на мой телеграм-канал, если вам близка грузинская культура, вы планируете поездку или просто хотите лучше понять дух этой удивительно страны! Там вы найдете бесплатный гайд “Грузинская кухня: больше чем еда” — о традициях, смыслах и вкусах, которые расскажут о Грузии больше, чем путеводители.