Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Сайт психологов b17.ru

Когда любовь идет налево: как мы предаем себя, даже не изменяя

Представьте: вы держите в руках хрустальный шар доверия, любви и общих планов. Ваш брак. А теперь представьте, что невидимая рука внезапно выхватывает его и подбрасывает в воздух. Измена. Одно лишь это слово, даже не сам факт, способно превратить семейную идиллию в поле битвы. Но что, если я скажу, что восприятие этой «потенциальной катастрофы» кардинально меняется в зависимости от того, качаете ли вы колыбель, ругаетесь с подростком или пьете чай в тишине «пустого гнезда»? Именно этот детектив семейной психологии и раскрывают в своем исследовании ученые из Костромского государственного университета. Давайте заглянем в их лабораторию человеческих отношений, где вместо пробирок – полуструктурированные интервью, а вместо химических реакций – бурлящие эмоции супругов. Молодые родители: тревожный звоночек в колыбели Первый акт нашей драмы разворачивается в семье с ребенком до трех лет. Здесь царит странная смесь эйфории и истощения. Молодые отцы, как выяснилось, оказываются неожиданными ре

Представьте: вы держите в руках хрустальный шар доверия, любви и общих планов. Ваш брак. А теперь представьте, что невидимая рука внезапно выхватывает его и подбрасывает в воздух. Измена. Одно лишь это слово, даже не сам факт, способно превратить семейную идиллию в поле битвы. Но что, если я скажу, что восприятие этой «потенциальной катастрофы» кардинально меняется в зависимости от того, качаете ли вы колыбель, ругаетесь с подростком или пьете чай в тишине «пустого гнезда»?

Именно этот детектив семейной психологии и раскрывают в своем исследовании ученые из Костромского государственного университета. Давайте заглянем в их лабораторию человеческих отношений, где вместо пробирок – полуструктурированные интервью, а вместо химических реакций – бурлящие эмоции супругов.

Молодые родители: тревожный звоночек в колыбели

Первый акт нашей драмы разворачивается в семье с ребенком до трех лет. Здесь царит странная смесь эйфории и истощения. Молодые отцы, как выяснилось, оказываются неожиданными ревнивцами. Для них измена жены – это «самое страшное, что может случиться». Почему? Психоаналитик бы сказал, что в этот период мужчина подсознательно воспринимает жену как свою «территорию». Ее внимание теперь разделено между ним и ребенком, что порождает глубинную тревогу и страх потери.

Мужчины на этом этапе мыслят категорично: «Измена – предательство. Точка». Они уверены, что супруга, погруженная в заботы о младенце, «просто не должна» иметь времени и сил на посторонние интересы. Любопытный парадокс: сами они, впрочем, допускают для себя возможность «сойти с пути истинного» – например, если встретят женщину «лучше» или столкнутся с дефицитом внимания. Эго в чистом виде!

Женщины же в этот период, хотя и называют измену предательством, демонстрируют поразительную, почти стоическую, устойчивость. «Это можно пережить», – говорят они. Но не обманывайтесь этим внешним спокойствием. В интервью они описывают целую гамму потенциальных чувств – от горячи и боли до ярости и бешенства. Их эмоциональный отклик гораздо богаче и хаотичнее. Они уже научились делить себя между ролями жены, матери и просто женщины, и эта внутренняя борьба делает их более гибкими, но и более уязвимыми.

Подростковый шторм: кризис в квадрате

Второй акт переносит нас в семью с ребенком-подростком. Если в первом акте тревога была приглушенной, то здесь она вырывается на свободу. И главными актрисами этой драмы становятся женщины.

Именно на этом этапе жены проявляют максимально негативное отношение к измене. Для них это не просто «предательство», а «крах», «разрушение», «подлый поступок». Почему? Ответ лежит на поверхности кризиса среднего возраста. Женщина начинает сомневаться в своей привлекательности, видит первые морщинки, чувствует, что молодость уходит. А мужчина в этом возрасте, по расхожему стереотипу, якобы ищет «последний шанс» на стороне. Она проецирует свои собственные страхи на партнера.

Данные исследования подтверждают: у женщин в этот период любовь часто подчиняется разуму и расчету (стиль «прагма»). Они «играют в чувства», и потому подсознательно ждут той же игры от мужа. Доверие становится хрупким, как фарфоровая статуэтка на краю стола.

Мужчины же в этот период, согласно исследованию, начинают проявлять иррациональную ревность и тягу к контролю (стиль «мания»). Они бессознательно переносят на жену собственные нереализованные желания, видя в ней «потенциальную изменщицу». При этом их собственная готовность к адюльтеру, как ни странно, тоже высока. Получается замкнутый круг подозрений, где каждый подсознательно готовит почву для того, чего так боится.

«Пустое гнездо»: тишина перед выбором

Финальный акт – этап «пустого гнезда». Дети выроли и улетели, и супруги остаются наедине друг с другом, как много лет назад. Но это уже не та пара.

Мужчины здесь снова выходят на авансцену как главные критики неверности. Для них измена – это то, что «невозможно принять и понять», «проявление неуважения». Их любовь трансформируется из страстного «эроса» в спокойную и дружескую «сторгэ». На первый план выходит душевная близость, а физиология отходит на второй. Предательство в такой ситуации воспринимается как кощунство – ведь рушится не просто брак, а многолетняя дружба.

Женщины на этом этапе, описывая измену, чаще всего произносят слово «страх». «Страх остаться одной», «потерять мужа», «что разрушится жизнь». Этот экзистенциальный ужас перед одиночеством на склоне лет заставляет их быть более лояльными. Они чаще, чем на предыдущих этапах, готовы простить и попытаться сохранить семью. Они уже настолько срослись с партнером и общим бытом, что разрыв кажется эквивалентным хирургической операции без анестезии.

Ирония судьбы: именно на этом этапе, когда страсти поутихли, супруги впервые всерьез задумываются о конструктивном решении гипотетического кризиса. «Поговорить», «обсудить причины», «подумать, как жить дальше» – эти ответы появляются только здесь. Опыт, похоже, учит не только стойкости, но и мудрости.

Не измена, а ее тень

Так что же мы в итоге имеем? Исследование костромских психологов блестяще демонстрирует: проблема даже не в самой измене, а в ее призраке, который блуждает по коридорам нашего брака. Этот призрак принимает разные формы в зависимости от стадии наших отношений.

  • В начале пути мы боимся потерять контроль и «свою» территорию.
  • В середине мы боимся, что нас разлюбят из-за увядающей внешности или скуки.
  • В конце мы боимся остаться в одиночестве и разрушить то, что строили десятилетиями.

И главный вывод, который напрашивается сам собой: наше восприятие измены – это лакмусовая бумажка состояния наших отношений. Высокое доверие, умение договариваться (та самая «коммуникативная толерантность») и удовлетворенность браком – вот три кита, которые не дают кораблю семьи разбиться о скалы неверности, реальной или воображаемой.

Так что в следующий раз, когда вам в голову постучится мысль о потенциальной измене партнера, остановитесь и спросите себя: «Чего на самом деле я боюсь? Что сейчас происходит с нами?». Возможно, ответ вас удивит куда больше, чем сама гипотетическая измена.

Автор: Смирнов Илья Михайлович
Психолог, Конфликтология

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru