Зимняя вишня. СССР, 1985. Режиссер Игорь Масленников. Сценарист Владимир Валуцкий. Актеры: Елена Сафонова, Нина Русланова, Лариса Удовиченко, Виталий Соломин, Александр Леньков, Ивар Калныньш и др. 32,1 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Игорь Масленников (1931-2022) известен зрителям, прежде всего, по многосерийному детективу о Шерлоке Холмсе и докторе Ватсоне, но его «Зимняя вишня» (позже превратившаяся в сериал) тоже в свое время была хитом кинопроката. Всего у И. Масленникова в тысячу самых кассовых советских кинолент вошло два фильма («Зимняя вишня» и «Гонщики»).
Мелодрама Игоря Масленникова «Зимняя вишня» поставлена в традициях «среднеевропейского» кинематографа. Красивые женщины и пейзажи. Обаятельные мужчины и дети. Ужин на двоих, загадочный взгляд героини, прихорашивающейся перед зеркалом. Резко контрастный быт. То неустроенный и сумбурный, то сверкающий дизайном заграничной перспективы. Музыка тоже — то наполнена удалыми пассажами, то грустными, щемящими сердце мотивами, которые наверняка пришлись бы по душе Френсису Лею... Разговоры большей частью о замужестве (неудавшемся или будущем) и о любви (взаимной или безответной).
Для зрительского успеха этого уже немало. Однако режиссер вводит в игру дополнительные козыри — популярных актеров. Здесь и Виталий Соломин, и Лариса Удовиченко с Ниной Руслановой в ролях второго плана, но главное — Елена Сафонова.
Каждый из актеров играет в духе знакомого зрителям амплуа. Обладательница искрящегося иронией взгляда и обворожительной улыбки, загадочная и одинокая... Влюбленный аутсайдер, не решающийся сделать самый главный в жизни выбор...
Оператор обволакивает портреты героев изысканным шармом бликов и цветовых тонов, как бы скрадывая фон пеленой нерезких очертаний...
В России много одиноких женщин. И каждая из них может без труда дополнить недостающие в фильме сюжетные звенья и психологические мотивировки. Авторам вполне хватает просто сказать: у человека должна быть семья, а брак должен быть по любви. Банальность? Наверное. Но если эти простые истины поведать с помощью любимых артистов и оформить в духе памятных «Мужчины и женщины»? Да в придачу сыграть на так называемых «запрещенных приемах», безотказно затрагивающих эмоциональные струны людей (маленькие дети без отцов, красивые и несчастные женщины без мужей и пр.). Вот и придет желанный успех...
Как–то мне довелось беседовать с Игорем Федорович на тему учебы моего бывшего студента в его режиссерской мастерской во ВГИКе. Рассказывая о нем, мэтр приговаривал: «Разгильдяй, всё время собираюсь его отчислить к чертовой матери, а потом смотрю на него и жалею»… К слову сказать, Игорь Масленников моего бывшего студента так и не отчислил, и тот со временем стал режиссером и продюсером.
Мне кажется, это доброе отношение к людям и к их человеческим недостаткам Игорь Масленников тактично перенес и в свой экранный мир, например, в ту же «Зимнюю вишню»…
В свое время советские кинокритики встретили «Зимнюю вишню» тепло.
К примеру, Елена Бауман (1932–2017) в «Советском экране» отметила, что «конечно, картина нравов, зафиксированная на экране, не претендует на особую широту. Но это и не входило в задачу фильма, подкупающего иными достоинствами, – меткой достоверностью зарисовок быта, точностью деталей в изображении поведения персонажей, примет их до мелочей узнаваемого существования» (Бауман, 1986: 10).
Да и сегодня, в XXI веке кинокритики вспоминают «Зимнюю вишню» с добрым чувством.
Так кинокритик Эльга Лындина (1933-2022 ) писала, что история молодой женщине в этом фильме была рассказана «с состраданием и печальной нежностью к героине, к тысячам подобных женщин, что и сделало картину хитом на долгие годы. … Доверие режиссера к реальному, невыдуманному миру, к его контрастам и виражам, оправдало себя, пленяя миллионы зрителей своей узнаваемой доподлинностью» (Лындина, 2010: 294).
А кинокритик Евгений Нефёдов справедливо замечает, что «фильм мог бы получиться лишь мелодрамой – пусть мелодрамой замечательной, отмеченной превосходной игрой ведущих актёров и актрис. … Однако кинематографистам удалось в несложной на первый взгляд, заурядной житейской истории высветить социально значимые мотивы, затронуть те вопросы нравственного толка» (Нефёдов, 2017).
Что касается зрительских мнений о «Зимней вишне», то тут, как и во многих других случаях, когда дело касается оценок мелодрам, на первый план выходят отношения к поступкам главных персонажей:
«Я смотрела в первый раз этот фильм, когда мне было четырнадцать лет. Так я тогда эту Ольгу просто ненавидела. Сейчас мне уже тридцать пять, и фильм я пересматривала ни один раз. Но она мне все–таки несимпатична. Не актриса Сафонова, а именно героиня. Зачем ребенка отдавать на пятидневку? Она что в две смены "пахала"? По вечерам, уж простите за грубость, "кобелилась", и по выходным тоже. Понятно почему она не осталась с таким надежным Гербертом. Видно, просто не хотела семью. И потом никак не могу понять конец фильма: она уезжает с Гербертом в Москву, заметьте, с сумками и т.д., потом, вроде бы, они должны ехать за границу, т.е. здесь, как говорится "мосты сожжены". Но, когда она возвращается уже с Вадимом, то они снова пьют на кухне чай, ребенок спит, и что, самое интересное, она утром идет на работу, а ребенок, соответственно, наверно, в детский сад. Как такое может быть? Если она уже надумала уезжать с Гербертом?» (Ирина).
«Молодая одинокая женщина пыталась устроить свою личную жизнь, как раз семью–то она и хотела иметь. С любимым человеком не получилось – не совпали желания. Слово "кобелилась" к ней не подходит. Я понимаю, что она любила Вадима, а не любила Герберта, что ж тут не понять. Не понимаю, почему мы, женщины, такие дуры... Почему женщины любят не тех, кого надо? Но это риторический вопрос. А из машины Герберта она все–таки пересела потому, что этот нехороший человек Вадим подал ей надежду. Продолжение "Зимней вишни" я не люблю и не воспринимаю. Для меня вся история закончилось на первом фильме» (Тамара).
«А я смотрела «Зимнюю вишню» и жалела: почему у меня нет такого Герберта? Я бы за ним хоть на край света уехала… Мне никогда не нравились такие слабаки, как персонаж Виталия Соломина» (Анна).
Киновед Александр Федоров