Теперь, когда к продавщице приходил Денис, она мило кокетничала с ним, но не переступала грани, и кокетство это иной раз можно было даже спутать с банальной приветливостью. Мужчина не был уверен в том, что Алевтина положила на него глаз, но он был бы рад этому. Всё же скромный автомеханик боялся делать первые серьёзные шаги, и поэтому период намёков и скромных улыбок длился долго.
И всё-таки этот момент настал. Алевтина не хотела в очередной раз заводить разговор с Денисом на своём рабочем месте. Она уже знала его примерные маршруты, и они как будто случайно встретились в городе на автобусной остановке поздним вечером. Денис ехал с работы, Аля заскочила в город по делам, и в руках у неё были пакеты с продуктами и чем-то ещё.
− Привет, Денис.
− Привет, Алевтина.
− С работы?
− Ага.
Сосед выглядел уставшим, но довольно приветливым. Может, всё дело было в той, с кем он стоял совсем рядом на автобусной остановке?
− А ты? - спросил он.
− Да я вот, - указала она на сумки, - закупалась.
Наступила пауза. Оба они улыбались, но не друг другу, а просто в даль.
− Как дела? - вдруг спросил Денис.
− Да так, потихоньку.
Алевтина недавно поняла, что с Басовым-младшим, который до поры до времени был ей совершенно неинтересен, она не хотела повторять сценарии прошлых лет, и поэтому в общении с ним она была совершенно иной — более сдержанной, более скромной в выражениях.
− Как в магазине дела?
− Потихоньку. Всё там по-старому. Клиентов не убавляется. То приезжает молодёжь отдохнуть, то родственники.
− Я думаю, в нашей Веселовке всегда будут жить люди. Думаю, наша деревня не загнётся никогда. - всё так же улыбаясь, размышлял Денис вслух.
Это был приятный вечерний разговор, который закончился довольно скучно для Алевтины, но обыденно для Дениса. Они вместе приехали в свою деревню, где уже почти все спали, и, попрощавшись, разошлись по домам.
Если развитие отношений Алевтины и её нового друга шло медленно, то Стёпа с Надей Зуевой, напротив, удивили жителей Веселовки тем, как всё между ними быстро менялось. Ещё совсем недавно люди стали шушукаться о том, что эти двое завели роман, а теперь Зуевы приглашали друзей на предстоящую свадьбу дочери. Дошли слухи и до бывшей возлюбленной жениха. Она делала вид, что ей всё равно, более того, что её никогда и ничего не связывало со Степаном, но люди чувствовали, что она была разочарована.
Женщина — существо ревностное и обидчивое. Алевтина, несмотря на то, что полностью переключилась и разумом и чувствами на другого человека, тяжело реагировала на происходившие в жизни Стёпы перемены. Её задевало главным образом то, что на этого человека были потрачены годы жизни, что надежда её долго зиждилась внутри, а он просто взял и променял её на другую, и эта другая за считанные месяцы получила то, чего так и не добилась она за целых пять лет. В другой стороны, были и свои плюсы в том, что Степан теперь был несвободен — можно было со спокойной душой начинать жизнь с чистого листа с новым человеком. И этим человеком был Денис Басов.
Алевтина в душе понимала, что скорее Денис нравился ей за те возможности, которые союз с ним раскрывал ей. Женщина понимала, что её сорокалетний приятель скорее всего тоже хотел детей, а ещё у него были все возможности для того, чтобы достойно обеспечивать семью. Будучи натурой активной, энергичной, Аля ничего худого не видела в том, чтобы играть в этом потенциальном союзе ведущую роль, поскольку Денис совсем не был похож на инициативного человека. Она была уверена в том, что у неё получится «причесать» его под свою гребёнку. А ещё с недавних пор она была уверена в том, что нравилась ему. Теперь странное поведение Дениса во время встреч в магазине стало понятным. Оставалось только дождаться момента, когда он из скромного сорокалетнего «мальчика» превратится в настоящего мужчину.
Свадьба Степана и Надежды прошла не по-деревенски скромно, гостей на торжество было приглашено совсем немного. Не играла на участке громкая музыка, не украшенные лентами и шарами автомобили. В общем, новобрачные не привлекли к себе много внимания. Лишь только промелькала милая миниатюрная Надежда в белом платье и с фатой.
− Вот что значит «счастье любит тишину». - говорила одна из бабушек зашедшей на чай подружке.
− Да, молодцы — Павловы. - согласилась собеседница.
− Наденька — молодец. Видно, что поработала над нашим разгильдяем.
− Ага-ага. Он же и на работу хорошую устроился.
− Надька молодец... молодец... А ведь я переживать за него начала. Алька то наша, шалава такая, так и хотела его себе подчинить. Надька — молодец. Своё урвала.
Алевтина практически смирилась с тем, что Стёпа теперь для неё был безвозвратно потерян. Денис наконец начал за ней настоящие ухаживания, и сердце её чувствовало, что он был весь в ней, и совсем не стоило переживать за то, что появится какая-нибудь «Наденька» и всё испортит. Денис смотрел ей в рот, вторил ей. Он шутил её шутками и говорил её фразами. Он стал куда разговорчивее обычного, чем в последнее время удивлял своих родных. Мать и отец его, люди простые, знали почти с самого начала, что сын приударил за местной вертихвосткой, но, как ни странно, были даже рады этому. Ведь Алевтина стала первой за сорок лет женщиной, о которой они знали. До этого можно было лишь догадываться, с кем он общался. Родители в последнее время переживали, что их Денис так и останется один, и единственной страстью его так и будут машины, нуждающиеся в починке.
Алевтина наконец дождалась серьёзных поступков от мужчины. Ей дарили цветы, ухаживали, говорили приятные слова. С Денисом она расцвела. Но всё же вскоре она поняла, пару раз увидев счастливых молодожёнов, что о Стёпе она пока не забыла. Возможно, ей пришлось бы окончательно приглушить свои чувства к женатому красавцу, но однажды произошло событие, которое круто развернуло дороги судеб наших героев.
В этот пасмурный осенний день Алевтина как всегда работала в магазине. У неё был план на вечер — они с Денисом хотели отправиться в город в кинотеатр на нашумевший американский блокбастер. Алевтина всю жизнь потом вспоминала этот, как она считала лучший в её жизни период, когда они с Денисом ещё не были женаты, когда она всё ещё оставалась Илюшиной, но чувствовала, что скоро начнутся заботы поважнее походов в кино и прогулок вдоль озера.
В магазин зашёл Степан. Выглядел он мрачно, и, казалось, был пьян. Вечер пятницы для многих людей является периодом вседозволенности, ведь впервые за долгую и тяжёлую рабочую неделю можно расслабиться и выпить. Некоторые, правда, позволяют себе больше, и к выходных таких людей вовсе не узнать. Так выглядел и он, тот самый мужчина, чувства к которому долгое время жили в душе Алевтины.
− Добрый вечер. - холодно поприветствовала она Степана.
− Привет. - мрачно улыбаясь, ответил он.
Посетитель подошёл к прилавку, пошатываясь, теперь Аля поняла наверняка: он был випившим, ведь от него разило резким запахом спирта.
− Что будем брать? - стараясь игнорировать свои чувства любопытства, сопереживания и симпатии, спросила продавщица.
Надо сказать, Алевтина в тот вечер выглядела как-то по-особенному привлекательно. Она немного похудела, рыжеватые её волосы были убраны назад, что было непривычно, и в то же время очень шло ей к лицу. Она не накрасива ни яркой помады на губы, ни толстых длинных стрелок над веками — немножко румян и тушь на ресницах были единственными атрибутами в дополнение к естественному образу сорокалетней женщины. Можно сказать, что весь этот вид добавил ей немного аристократичности и сгладил простоту. Но главное, без чего все эти изменения не были бы так заметны, это её энергия, её позитивное настроение, придававшее ей блеска в глазах и спокойствия. Спокойная любимая женщина порою привлекает куда больше, чем та, кто всем своим видом показывает, что находится в поиске. Однако, как только в скромный магазинчик зашёл он, Алевтина как будто забыла о том, какой она стала с Денисом.
− Водки мне. - опершись о прилавок, с улыбкой произнёс Стёпа.
− А что, тебе не хватило разве? - ухмыльнулась Аля.
− Нет. Мне мало. Ты ж знаешь.
Женщине показалось, что бывший любовник начал флиртовать с ней. Внутри искры превратились в пламя, но она яростно старалась сдерживать своё нутро.
− Какую брать будем?
− Будем? То есть, ты со мной? - засмеялся Стёпа.
− Нет, спасибо.
− А чё так?
− Не интересует твоё предложение.
− Почему? - чуть наклонившись к продавщице, спросил он.
Это слово Стёпа произнёс неожиданно тише и мягче предыдущих, даже не догадываясь, что он тем самым натворил беду в душе Алевтины, ведь она вмиг позабыла обо всём своём нелёгком и длинном пути к личному женскому счастью, которое хотелось разделить с Денисом Басовым.
− Потому что я с женатыми не общаюсь... и...
Она хотела добавить, что и сама полюбила другого мужчину, что была с недавних пор несвободна, но почему-то осекла себя.
− Это кто, я что ли женатый?
− А кто, я? - хихикнула Аля, направившись к полкам с алкогольными напитками.
− Да... Тхах... - махнул рукой Степан.
Казалось, он не хотел говорить о своих личных делах, но Алевтина была не в силах больше сдерживать свою заинтересованность, понимая, что эта заинтересованность являлась отчасти личной.
− Что случилось то? - выдыхая так, будто её мучала усталость, будто вопрос её был празден и скучен, спросила Алевтина, поставив бутылку водки на прилавок.
− Да забыли... Ну так что, составишь мне компанию?
− Зачем? - с укором посмотрела на него обиженная женщина.
− Я хочу. И ты хочешь. Или я ошибся?
− Ты меня бросил, Степаш. Ты женился. Ты забыл обо мне... - начала Аля.
− Забыл? - вдруг перебил Стёпа. - Я забыл? Обижаешь. Я тебя никогда не забывал, Аль. Ты что? Я тебя не могу забыть... Мучаюсь вот...
Говорят, что женщины любят ушами. Алевтина была не исключением. Она, конечно, получала комплименты от мужчин, но не была избалована ими, и каждое приятное в свой адрес слово она подолгу смаковала в душе. В тот день приятные речи исходили из уст того самого, да и к тому же впервые. Да, Стёпа за всё время плотного общения с Алей ни разу не расщедрился ни на один дифирамб в её адрес.
− Да? Да что ты говоришь? - заулыбалась и раскраснелась Алевтина.
− Я за свои слова отвечаю. Ты же знаешь. - серьёзно сказал Степан.
− Ну и что ты хочешь?
− Во-первых, выпить и примириться.
− А во-вторых?
− Ну... Как пойдёт.
− Ну ладно... Пятница. Давай. Только недолго, у меня дела.
Алевтина посмотрела на часы. Она уже даже немного переработала. Она вспомнила и о том, что через час её ждала встреча с Денисом, но её желания в последние минуты пересиливали все планы. «Ничего, найду, что сказать ему.» - подумала Аля, зная, что её кавалер не отличался дотошностью и ревностью.
Таким образом, они оба снова шли вместе к дому, чьи стены долгое время слушали их праздные беседы после очередной ночи близости. Это был дом Алевтины, жилище, где она жила одна. Правда, в последнее время сюда стал захаживать новый в её жизни мужчина. В эту ночь она изменила ему...
Это были те времена, когда мобильные телефоны у людей только появлялись, и если они были в деревне, то скорее жильцы заводили один телефон для всех, но для срочных звонков. Поэтому Алевтине пришлось объясняться с Денисом о причине своего отсутствия лишь на следующий день после несостоявшегося свидания.
− Я ждал... Час, наверное, ждал тебя. - грустно ответил Денис.
− Денисочка, ну я же говорю, ситуация у меня была.
− Какая ситуация?
− На работе задержаться пришлось. Ты же знаешь, у меня всё строго.
− Я приходил к тебе в магазин. Тебя там не было.
− Так я, наверное, уже домой ушла... Спать. Я жутко устала.
Денис понимал, что Аля врала ему. Накануне ночью у него был разговор с матерью, в котором он услышал много неприятного о своей даме. Не то чтобы мать была для него бесспорным авторитетом, но иногда он прислушивался к её словам. Увидев, как Алевтина извивалась перед ним, он ещё сильнее захотел хоть временно, но прекратить сношения с ней.
− Денисочка... Я тебя прошу, ну поверь мне.
− Аль. Давай отдохнём друг от друга. Я какое-то время побуду наедине.
− И что, и завтра не придёшь ко мне?
− Не знаю.
Алевтина расстроилась. Но, в то же время, она понимала, что освободится время для Степана. Что-то внутри заставляло её быть уверенной в том, что он ещё не раз придёт к ней...
Прошло два месяца. Алевтина наконец дождалась предложения руки и сердца от Дениса, хоть и в деревне поговаривали, что невеста скромного механика, живущего с родителями, была неверна ему. Бабушки то и дело делились друг с другом новостями о том, как видели Степана недалеко от дома Илюшиной. «Ну точно к ней ходит! Вот зараза то какая! Всё никак от парня не отстанет. Бедная Наденька.» - обсуждали чужие жизни Анна Степановна и Инга Борисовна. Многим веселовцам не было покоя от личности Алевтины.
У Алевтины началась новая, брачная жизнь. Денис начал преображать её дом, а она всё чаще копалась в саду, чтобы летом похвастаться соседям пышным цветением роз, ирисов и пионов, что должно было символизировать её благополучие. Денег у них было на двоих немало, как только поженились, они стали в Веселовке самой богатой семьёй, и готовы были завести дитя.
А что же Надежда и Степан? Тот день, в который мужчина пришёл к своей бывшей возлюбленной, был одним из тех, когда у Павловых случилось разногласие. Да, и этот с виду крепкий и красивый союз не был идеальным. Тем не менее, после той ночи Стёпа понял, что не очень то хотел раз и навсегда закрывать историю отношений с Алевтиной. Хоть и редко, но оба они проявляли неверность к своим вторым половинкам, уединяясь где-нибудь вдали от деревенских сплетников, и крайне редко, ужасно боясь, что тайное выйдет наружу, Аля звала Степана к себе, туда, где уже жил её Денис. Случалось это, когда супруг уезжал на целый день до утра.
Веселовцы стали замечать округлившийся живот Наденьки Павловой, чуть позже в подобном положении стала появляться на людях и Алевтина. Обе они почти одновременно забеременели, чем дали почву для новых слухов среди деревенских любителей почесать языком.
Шли годы, дети Степана и Алевтины росли. У Али и Дениса родился сын, которого они назвали Петей. Мальчик с самых первых дней отличался красивыми чертами лица, и когда он стал ходить с мамой за ручку, они оба слушали комплименты даже от недоброжелательниц Алевтины. «Какой красивый ребёнок! Жених растёт!» - говорили как бы сами себе мимо проходившие соседи.
Молодая семья Павловых растила дочь Настеньку. Чаще родители называли её Настюшей. Они души не чаяли в девочке — она была весёлой и общительной, похожей на маму. И всё же Надя понимала, что её девочка будет во взрослости более решительной и смелой, чем она.
Однажды Настюша, когда ей было лет пять, наигравшись во дворе, пришла домой и застала мать в слезах.
− Мам, а почему ты плачешь?
− Да так... Просто.
− Папа ругал?
− Нет-нет... - утирая слёзы руками, ответила Надя.
− Кто обидел, мам?
Дочка прижалась к матери всем телом и обняла её, насколько ей позволяла длина рук.
− Есть люди нехорошие. - покачала головой Надя.
Женщина не хотела рассказывать о своей боли маленькому ребёнку. «Может, когда подрастёт, я решусь...» - подумала она. И девочка тогда не узнала, кто же обидел её красивую любимую мамочку.
С годами Степан стал менее трепетен к своей супруге. Он, конечно, любил её, любил он и свою дочь Настюшу, но что-то всегда тянуло его, будто заколдованного, туда, к ней... К той самой, которая однажды сказала ему, глядя прямо в его наглые безжалостные глаза: «Ты всё равно будешь у моих ног...» Будто она напророчила ему этот сюжет.
Надя порою не могла скрывать ни слёз, ни эмоций, и однажды дочь всё-таки добилась от неё ответа на вопрос, который не давал девочке покоя: «Почему мама была порою грустна?»
Насте было двенадцать. Она ходила в городскую школу, посещала актёрский кружок и уже мечтала о том, чтобы начать карьеру актрисы. В очередной раз она увидела заплаканную мать. Для неё такое состояние всегда было загадкой, потому что отец никогда не обижал маму, он не повышал на неё голос, и был нежен и добр с ней. Но детям часто не видна скрытая грань взаимоотношений взрослых.
− Мам, я устала от этого. Я не хочу видеть тебя такой. Что с тобой? Ты что, не можешь признаться родной дочери?
− Насть, зачем тебе это? У тебя свои жизнь, свои дела? Я не хочу, чтобы ты забивала себе голову...
− Ты — моя мама. - серьёзно сказала девочка.
− Ну что ты хочешь знать? Хочешь знать о той гадине, которая мне покоя не даёт?
− Ты про Алевтину?
− Откуда ты знаешь?
− Слухи, мам. Значит, папа правда с ней общается?
− С ней все общаются, Насть. Понимаешь? Она — такая женщина.
Девочка опустила глаза в пол. Ей стало немного стыдно, ведь они обсуждали не только поведение чужой тётки, но и родного человека.
Надя так и не дала чёткого ответа дочери, поскольку ей казалось, что это было лишним, и её девочка итак всё поняла. Больше они с Настюшей не возвращались к этой неприятной теме.
Алевтина Басова уже давно не работала в магазине. Она вообще не работала. У женщины был талантливый супруг и двое детей. Через три года после появления на свет Пети, в семье родилась девочка. Её назвали Зоей. Теперь, мало-помалу, о Басовых, а следовательно и об Алевтине стали говорить меньше плохого, больше приятного и доброго. Ведь у этой семьи был прекрасный сад, у них в гараже стояла хорошая иномарка, на которой отец семейства возил не только жену и детей, но и пенсионеров в город и обратно, когда они нуждались в этом. Але тоже стала присуща социальная жизнь. Она подолгу работала в огороде и делилась с местными своими овощами, фруктами и даже заготовками. Дети у неё были одеты опрятно, а главное выглядели счастливыми и любимыми. Дом каждый год только преображался, от того старенького жилища не осталось и следа. К Басовым ходили в гости, восхищаясь красотой их сада и внутренними убранствами. Была на участке и шикарная беседка, в которой в тёплые времена проводила время семья и знакомые, а также пожилые родители Дениса и его сестра. Благополучие — вот слово, которое у многих веселовцев стало ассоциироваться с семьёй Басовых.
Кто бы мог подумать, Алевтина и сама была бы в полном недоразумении, если бы однажды она узнала, что настанет день, когда Степан станет для неё совсем чужим и ненужным. По мере того, как рос авторитет её семьи, они всё меньше заглядывала в прошлое, всё реже думала о том, чьё имя ещё не так давно заставляло её вздрагивать. Теперь она для многих была Алевтиной Ивановной, и с гордостью носила фамилию Басова. У неё было двое детей, и, можно сказать, она состоялась в жизни и как мать, и как жена, и как хозяйка. Зачем теперь ей нужны были мимолётные встречи и знакомства?
У Степана, в отличие от бывшей возлюбленной, было всё меньше желания оставаться на всю жизнь порядочным семьянином, который не мог себе позволить лишнего. Надины укоры всё чаще игнорировались им. Он мог хорошенько напиться после работы, мог даже не прийти на ночёвку. Недолюбленный в детстве, оставленный родителями на произвол судьбы, Стёпа так и не смог побороть внутри себя свободолюбивую натуру, где-то в глубине души считая, что он никому и ничего не должен был. Всё чаще мужчину тянуло к порочным страстям, и он не хотел забывать об Алевтине, которая однажды раскрыла в нём мужское начало.
Их дети росли, а чувства их потихоньку сходили на нет. Степан, получив пару раз отказ от Алевтины, перестал ходить к ней и предлагать ей встречи, Алевтина полностью растворилась в семье. Павловы, в отличие от Басовых, переживали не лучшие времена. Во-первых, отец семейства был уволен с неплохой работы на прогулы, и теперь, на новом месте он получал меньше, чем раньше. Наде впервые пришлось выйти на работу. Она стала воспитателем в городском детском саду. Настюшу скрепя сердце пришлось отпустить в Москву. Она даже пару раз поссорилась с родителями, когда те пытались запретить ей ехать одной в столицу. Они считали её амбиции и цели неоправданными, а Настюше же горела своей давней мечтой. Да, она всё так же хотела стать актрисой.
Простая деревенская девчонка с длинными светло-русыми волосами и постоянной улыбкой на лице отправилась в большой город в надежде, что покорит его своей непосредственностью и талантами. «Настюша я» - так знакомилась она с однокурсниками и другими молодыми людьми. Девочка быстро стала «своей», и в институте у неё появилось много друзей, с которыми можно было провести свободное время. Но там, где-то очень далеко от Москвы, в деревне под названием Веселовка, её ждал молодой человек. Этим человеком был Петя Басов.
Настя и Петя знали друг друга с детства. В Веселовке, как и почти в любой деревне, жило всё меньше молодых людей, а следовательно, и детей. Ровесников у мальчика и девочки можно было сосчитать на пальцах, и поэтому здесь каждый ребёнок общался друг с другом. Однажды они оба выросли, и у молодых появились друг к другу чувства. Петя полюбил Настю всей душой и сердцем, а Настя полюбила его. И всё же, ей хотелось уехать в Москву. Её молодой человек не разделял эту мечту, и отсюда у пары начинались все проблемы. Каждый раз, когда Настюша заговаривала о столице и том, что было бы здорово туда перебраться вместе, Петя пренебрежительно отмахивался, в душе своей скрывая страх за любимую, что однажды она променяет его на шумный кишащий людьми город и забудет и о нём, и о своей родной Веселовке.
Родители возлюбленных знали о том, что их дети встречались. Надя в последнее время то болела, то пропадала на работе с маленькими детишками, и всегда на её лице теперь виднелась печать глубокой и тяжёлой грусти, даже безысходности. Ей всю жизнь в браке приходилось трястись за мужа, пытаясь выдрать его из разгульного образа жизни, алкоголизма. Что до супружеской неверности, Алевтина не была единственной занозой для Нади, такие женщины, как она, появлялись в жизни Стёпы нередко. И всё же, Басова была для неё врагом номер один, и виновницей всех своих болячек она считала именно её. Ослабленная, уставшая от неприятностей в личной жизни, Надежда получила новый удар под дых, когда родная и единственная дочь сказала ей: «Я встречаюсь с Петей Басовым.» Она долго переживала по этому поводу, но однажды, поразмыслив более объективно, стараясь не поддаваться эмоциям и обидам, которые не были связаны с молодым человеком, Надя сделала вывод: Петя в общем был достойным мальчиком для её Настюши. В конце концов, женщина понимала, что он был не виноват в грехах своей матери. Что до Алевтины, которая всегда побаивалась своего сына и особенно не лезла в его дела, узнав о том, что он завёл отношения с дочерью бывшей соперницы, порядочно рассвирепела и однажды поймав Петю, любившего погулять в дали от дома и покататься на мопеде или папиной машине, устроила с ним серьёзный разговор.
− Петенька, ну ты же понимаешь, что Настька — тебе не пара?
− Почему, мам? - спросил мальчик.
− Потому что Павловы — люди злые и неприятные.
− Почему же? Мы вчера с Настей и тётей Надей сидели...
− Зачем ты там с ними сидел? С этой вообще не вздумай общаться. Она — опасный человек. Она ненавидит нашу семью, она такие слухи про меня и папу распускает!
Алевтина врала сыну. Надежда уже давно молчала об Алевтине, у неё не было ни сил, ни времени портить ей жизнь. Но Аля боялась, что до Пети и Зои однажды дойдут нехорошие слухи о её прошлой жизни. Кто знал, может, они уже успели услышать немало интересного о личности своей матери. Рассказывая о том, что Надя была неадекватным человеком и любительницей распускать слухи о жильцах Веселовки, о том, что однажды ей перешли дорогу, и теперь она изощрённо мстила, были нередкими в общении матери с детьми, и служили для того, чтобы дети не делали поспешных выводов, услышав о ней дурное.
− Я не знаю, мам. Какая разница? Я же не с ней встречаюсь, а с Настей. Мне нравится Настя, и, возможно, мы скоро поженимся.
− Ну-ну... - злобно и недовольно ответила Алевтина.
Прошло время. Одним летним днём, оставив за плечами десять лет учёбы в школе, Настюша всё-таки уехала в Москву. Алевтина Ивановна ликовала, а её сын ушёл в себя и стал замкнутым. А что же Денис? Этот персонаж вообще мало чем был примечателен, разве что своими талантами автомеханика. И если супруга разговаривала с ним о чём-то, то в последнее время почти всегда это были деловые беседы о семейном бюджете, предстоящих покупках и ремонте. Денис не жаловался на недостаток душевных разговоров, он был из тех, кто мог за работой или домашними делами бормотать себе что-то под нос, иногда улыбаясь, и это тоже для него являлось своеобразным общением.
После завершения третьего курса малоизвестного актёрского училища Настюша вернулась в родную деревню с уже слегка видным округлившимся животом. Жители Веселовки начали новые сплетни. Люди разделились на два лагеря — одни считали, что дочь Павловых забеременела в Москве от какого-нибудь из своих знакомых, другие же, что отцом ребёнка был никто иной, как её возлюбленный Петя Басов.
А что же сам Петя? Ему было всего двадцать, он был немного наивен и всё так же влюблён. Он понял это, когда увидел Настю спустя почти полгода разлуки. Конечно, молодой человек хотел верить в то, что беременность девушки была результатом одной из последних совместных ночей перед тем, как она уехала в Москву на второе полугодие обучения. Настюша провела зимние каникулы в Веселовке, и весь этот короткий период была почти неразлучна с любимым.
Они сидели на кухне, которую недавно отремонтировали приглашённые хозяйкой рабочие. Разговор между ними состоялся не самый приятный. Сын защищал свою Настюшу как мог, а мать же неистовствовала, пыталась раскрыть парню глаза на горькую правду.
− Я не сошла с ума, Петенька. Увы. Я — человек с жизненным опытом, и знаю, что такие, как твоя Настюша, ложатся под каждого, лишь бы получить роль.
− Мам, прекрати. - мрачно ответил Петя.
− И всё-таки, сделай ребёнку ДНК, как она родит. Ты хочешь воспитывать чужого ребёнка?
− Да почему ты считаешь, что она изменила мне? У тебя есть факты? Я что, просто так должен в это всё поверить?
− Хочешь факты? Ты когда в последний раз с ней виделся?
− Полгода назад почти.
− Ты знаешь, какой живот должен быть в шесть месяцев беременности?
− Нет...
− Так вот, маленький у неё живот, сынок. Я — мать двоих детей, я знаю.
− Настюш... Это Петин ребёнок?
− Мам... - понуро, стыдливо глядя в пол, словно отчитываясь, произнесла Настя. - я не уверена. Скорее всего, нет.
− Ох, горе. - Надя закрыла ладонью лицо.
− Мам, что же делать? Тот из Москвы даже слушать не станет.
− Да ничего. Его мать много бед нашей семье натворила. Пусть они расплачиваются.
− Ты о чём?
− О том, что Петя — парень наивный. Он женится на тебе. Главное, убеждай его, что ребёнок от него. Поняла?
Надя надеялась, что у её дочери получится устроить личную жизнь, и она будет счастлива в браке с добрым и славным парнем Петей. «Ребёнку нужен отец.» - приговаривала она порою, когда совесть пыталась помучить её за то, что та сподвигла Настю на обман. Но она не знала, что её давняя соперница не желала для своего сына судьбы, которую они с дочерью распланировали.
− «Будем делать ребёнку ДНК», так и сказал, мам... - беременная девушка, залитая слезами, висела на шее у ослабленной матери, ожидая от неё поддержки и помощи.
Надежда обнимала и гладила дочь по волосам, строя в голове план. Немного погодя, она сказала Наде твёрдым и уверенным голосом:
− Ты своему Пете вот что скажи: «Я на ДНК соглашусь только при одном условии — если ты согласишься сделать ДНК... на родство со своим отцом.»
Вмиг Надя успокоилась. Она аккуратно высвободилась из-под объятий матери и выпрямилась.
− Что это значит, мам?
− Что Петя, скорее всего, Денису не сын.
− А чей он сын?
Мать и дочь посмотрели друг другу в глаза. Настя в ужасе сглотнула слюну, ей стало не по себе от возникших в голове подозрений.
− Папин? - спросила она.
Надя лишь мрачно кивнула головой.
Когда Надя озвучила своему жениху условия, при которых она согласится на тест-ДНК будущему ребёнку, он сначала стал негодовать. Но девушка была настойчива и непреклонна в своём решении. Пару дней побродив в одиночестве, Петя всё-таки решился на условия Насти. Единственной проблемой был денежный вопрос. Молодой человек уже подрабатывал в городе по специальности, но всё же у него не было денег на генетический тест. Ему пришлось обратиться за помощью к отцу.
− О, пап, опять эту развалюху чинишь? - зашёл к папе в гараж сын.
Петя, с тех пор как он услышал требования Насти сделать тест, то и дело ловил себя на мысли, что ему было некомфортно и стыдно находиться рядом с родным отцом, он корил себя за то, что поверил в глупости, которые, скорее всего от обиды и задетого достоинства выдумали Настя и её мать. Он хотел поскорее разобраться во всём сам, и эти дни неведения были для него самыми сложными в жизни.
− Ага. - вылез из-под машины Денис.
− Пап... Тут такое дело. Насте хочу врача оплатить хорошего, из города. Ей же скоро рожать. Хотим контракт заключить... На роды.
− Так. Понял. Деньги нужны. Сколько?
− Ну... тысяч пятьдесят.
Парень с опаской посмотрел на отца. Он одновременно и боялся, что тот посчитает такую сумму слишком большой, и тревожился, что этих денег не хватит на генетическую экспертизы. В семье Басовых тема заработка поднималась редко, и никто здесь не говорил о суммах зарплат, поэтому ни Петя, ни Зоя никогда точно не знали, сколько зарабатывал их отец.
Денис поднялся со старенькой подкатной тележки и стряхнул с себя собранную одеждой пыль. Он схватился руками в бока и как бы задумался о чём-то.
− Давай так сделаем: я дам тебе сто. Всё-таки дело такое... важное. А потом, если лишнее будет, отдашь. Всё, что с Настей потратите, это всё без возврата. Договорились?
Отец и сын пожали друг другу руки, и уже к вечеру у Пети на руках были деньги, которых точно должно было хватить на задуманное. Оставалось только собрать волоски отца.
Несколько дней, до тех пор, пока конверт с результатами тестов не оказался у него в руках, Пётр жутко переживал, не мог найти себе места. Наконец, выйдя из клиники, он раскрыл конверт. То заключение, которое он прочитал, повергло его в шок: «Вероятность отцовства — 0%”
Пётр долго блуждал по городу. Он возвращался в родную Веселовку выпившим и заряженным на конфликт. Как он и рассчитывал, отца ещё не было дома, и он сразу же напал на мать с бранью и осуждениями.
− Вот как значит! «Сделай ДНК»! Я сделал, мам: вот! - он швырнул на пол бумажку с результатом.
− Что за бред. Кому ты какие тесты делал, твоя Настька ещё не родила.
− А я уже всё узнал! Что мне нужно было. И не буду я никаких тестов своему ребёнку делать. Потому что ты мне врала! Ты! Папе врала!
Впервые за долгие годы Алевтина увидела на глазах сына слёзы. Она не хотела поднимать бумагу, она ведь уже поняла, какой тест сделал сын. Ей было ужасно стыдно. Хотелось молить Петю лишь об одном: чтобы он не разглашал эту тайну отцу.
− Петенька... - несвойственно ей тихо ответила Алевтина. - Я тебя очень прошу: не говори папе. Умоляю.
− Кто — мой отец?
− Петь...
− Кто?! Отвечай! - рассвирепел не шутку сын.
− Стёпа Павлов. Я точно в этом не уверена была.
− Какой кошмар... Это значит...
− Да, это значит, что Настя — твоя сестра.
Они оба сели и просто молчали, погружённые в свои мысли. Так прошло пятнадцать минут, полчаса, час. И они и дальше бы так сидели, если бы не пришёл с работы отец.
− Любимый, я должна кое-что тебе сказать... Я не могу тебе врать.
− Погоди, Насть, я тоже должен.
Они двое встретились у того самого озера, где любили проводить время их родители.
− Ты о чём?
− Я такое узнал, что голова кругом. Ты — моя сестра.
− Что? В каком смысле?
− Да, я сделал тест, о котором ты просила. Папа мне не папа. Хотя... - Петя с грустью посмотрел на маленькие волночки озера. - он всё равно мой папа.
− И что же?
− Я потребовал у мамы разъяснений. Она призналась, что я от дяди Стёпы. Просила держать в тайне... Настька... Эх, Настька...
− Что?
− Что же дальше то делать?
Настюша взялась обеими ладонями за свой круглый животик и улыбнулась.
− Я не знаю... Не знаю, что будешь делать ты. А я буду рожать, любить и воспитывать своего ребёнка.
− Ребёнок то чей?
− Какая разница, Петь? Я тебе изменила в Москве. Знаешь... Мама думала, что мы имеем право тебя обмануть за то, что твоя мама хотела папу увести. Но я подумала... И поняла, что не смогу так жить. Я думаю, что ребёнок — не твой. Он скорее всего не твой. Но мы есть друг у друга всё равно. Ты же мой брат.
Настюша улыбалась, Пете же было так странно на душе, что он не знал, чего ему хотелось больше — плакать или радоваться.
В деревне Веселовка случилось радостное событие. Приехали сюда впервые журналисты и снимали сюжет про женщину шестидесяти пяти лет, которая чудесным образом вернулась на родную землю.
Когда Ульяна, вся в лохмотьях, растрёпанная и с грязным лицом пришла в Веселовку, её, конечно, никто не узнал. Она только повторяла: «Уля я... Уля я...» Потом женщина смогла кое-как объяснить, где жила, и с местными они пришли к дому, где жила семья Павловых. Когда она увидела Степана, его жену и дочь, она заплакала. Сбивчиво бродяжка объяснила, что здесь жили её родители.
− А кто — твои родители? - спросила самая пожилая пенсионерка деревни Инга Борисовна, которой шёл уже восемьдесят седьмой год.
− Мама... Катя... Папа — Дима...
− Ох! - бабушка приложила ладони к щекам. - Не может быть... Зовите всех наших!
Перед Степаном и его семьёй стояла его родная сестра Ульяна, о которой он мало чего знал, потому что постоянно пьющим родителям было тяжело рассказывать сыну о своей любимой девочке.
История Ульяны Павловой поразила и жителей Веселовки, которые кто был с нею знаком, кто только слышал о её исчезновении. Молодая девочка по пути из города домой очень устала и по наивности своей села в машину к обходительному незнакомцу, который обещал быстро привезти её в деревню. Так началась история пленницы маньяка, которого даже никто не искал. Спустя пятнадцать лет плена, этот изверг умер, и у женщины наконец появилась возможность сбежать и вернуться домой. Но душевная травма была слишком велика. Вместо того, чтобы отправиться в Веселовку, Ульяна стала вести бродячий образ жизни, пить, питаться, чем попало и спать под открытым небом. Она медленно деградировала, уже почти забыв о деревне и родных. Женщине было уже за шестьдесят, когда на обочине её нашли добрые люди. Они предложили ей поехать к ним дом, чтобы она могла помыться и привести себя в порядок. Ей предложили и новые вещи, но она отказалась. На вопрос «Что мы можем сделать для вас?», она ответила этой доброй семейной паре: «Отт... вез... везите... Веселовка.»
Ульяна потеряла родителей, но обрела брата. Эта история помогла Стёпе стать добрее и внимательнее к жене и дочери. Петя же втайне был рад, что теперь у него появилась и тётя. Отмытая, причёсанная, опрятно одетая женщина жила в своём доме, её выделили целую комнату. Она иной раз не понимала, почему Пётр посматривал на неё, таинственно улыбаясь и был по особенному добр с ней.
Ну а что же наша Алевтина? В её душе поселился вечный стыд за своё прошлое, за всё то, что она позволяла себе в лихую молодость, и к чему всё это привело. Она ещё сильнее теперь боялась потерять то, что было для неё самым главным. Она хотела, чтобы Басовы до конца её дней так и остались самой образцово-показательной семьёй весёлой деревни, где любила на озере пошуметь молодёжь, где бабушки сидели на лавочках, сплетничая о любовниках, и где всегда светило солнце и жила надежда на чудо.