— Знаешь, доченька, — начал Александр Петрович, растягивая слова, — я тут подумал, раз твой нерадивый инфантильный братец не желает продолжать наш род Крюкиных, может, ты возьмёшь эту миссию на себя?
— О чём ты говоришь? — не поняла Марина.
— Ну как же! — отец расплылся в фальшивой улыбке. — Если родится мальчик, он должен носить исключительно нашу фамилию. Это же логично!
— С чего бы это? — возмутилась Марина. — Почему тогда я ношу не мамину фамилию?
— Потому что я так сказал! Ты этому сопляку еще можешь родить и дать детям любую фамилию, но фамилию Крюкиных ты должна увековечить, раз твой братец не думает жениться! - стукнул по столу кулаком Александр Петрович.
Да, Александр Петрович словно с цепи сорвался со своей маниакальной мыслью, что дочь должна дать внуку именно его фамилию Крюкин, не взирая на все наши традиции и мнение самого отца ребенка, потому что именно дед так захотел, а воля Петровича - всегда была непререкаема в его семье.
Для тех, кто не читал первую часть, ссылка ниже:
Марина молчала, она понимала, что сейчас отцу лучше не перечить.
-Да, и еще, хочу, чтобы у вас с этим..., всё забываю его имя..., - прервался Петрович.
-Павлик! - послушно напомнила Марина, ей было неприятно, что отец уже год не может или не хочет запомнить довольно простое имя своего жениха.
-Точно... Так вот... Я хочу пригласить всех своих родственников на эту свадьбу. С деньгами помогу! - заявил Петрович.
Это была вторая неприятность со стороны отца. Марина знала, как отец помогает с деньгами: сумму он выделит, но явно минималку, которая не рассчитана на масштаб гуляний, а ей кормить за счет Павла весь шалман троюродных и четырехюродных братьев жениха не совсем хотелось.
-Короче, человек будет точно за 200! У меня ведь много родственников! - хохотал Александр Петрович.
-Но зачем же всех звать-то? Ты же с ними практически не общаешься? - парировала Марина.
Но отец не слушал дочь.
-Так... У нас нут неподалеку столовка, там и организуем торжество, а еще надо соблюсти все традиции, пусть жених выкупает дочку - да не просто как формальность...
- Ты, Марина, дорого мне обошлась, так что пусть платит за тебя, если хочет жениться! - уже сам, довольный своей мыслью, заявил Петрович.
- В смысле? Чтобы Паша тебе за меня выплатил деньги? Я что, - машина какая-нибудь?! - возмутилась впервые за вечер Марина.
-Не машина, а дороже - родная дочка! - захохотал Петрович.
-И сколько же жених должен будет отдать тебе денег? - уже выдохнула Марина, посматривая на отца, который даже не думал шутить.
-Ну..., тысяч 500, не меньше, но там ведь на выкупе торгуются? Вот и мы с ним поторгуемся! - заметил Александр Петрович.
На это Петрович повелительным жестом показал, что он уже устал от разговора, и дочка была вынуждена выйти из кухни.
-Знаешь что, Паш, давай перенесем свадьбу на годик, заодно сами скопим денег на торжество, зачем же напрягать родителей, тем более..., - тут Марина расплакалась и рассказала жениху всё как есть о выходках своего отца.
- Ну раз такое дело, то я согласен... Я, вообще, предлагаю снять небольшое уютное кафе и пригласить только тех, кого сами хотим, а не всех тех, кого, видите ли, хочет твой отец...
- А с фамилией ребенка, это, вообще, - полный бред. - согласился Павел.
- Скажи тогда отцу, что мы переносим свадьбу на год. А там видно будет! - лишь значительно напрягся Павел.
Марина в следующие выходные с тяжелой душой ехала домой, ведь ей предстояла сообщить отцу "пренеприятнейшее известие" свадьба откладывается!
-Но Петрович, как ни странно, воспринял известие о переносе свадьбе позитивно.
-Ну и правильно! Ну и молодцы! Сами всё организуете? Ну и хорошо! Это правильно, это по-взрослому! - одобрял Александр Петрович, ведь Марина тактично умолчала, что Паша не собирается приглашать на свою свадьбу всех его родственников.
-А по поводу фамилии будущего внука... Пап, мы с Павлом подумали, ну это как-то... Ну против общественных правил... Ну не бывает такого, чтобы уж законным детям давали фамилию матери! - пыталась решить и второй вопрос с отцом, пока тот был в благообразном состоянии духа.
-Это да, дочка, с этим ты права! - согласился Александр Петрович, - родственники не одобрят... Нехорошо это...
Петрович как-то легко согласился с доводами дочери, но она не сильно этому обрадовалась, так как отец после этого ходил по дому смурной, словно туча. Было видно, что он мысленно ищет решение этого насущного для него вопроса.
-Значит так, дочка! - сообщил Александр Петрович дочке перед отъездом из отчего дома.
-Мы с матерью решили (Петрович всегда приплетал жену для солидности, зная, что она не будет перечить его решениям), что ты должна родить внука нам вне брака с Павлом и дать ему свою фамилию! - просиял от "гениальной" своей мысли Александр Петрович.
-Да, дочка, как тебе предложение? Ты же, вроде как, родишь ребеночка вне брака, значит и фамилию можешь внучку дать свою. Да и оформим всё в социальных службах, будешь получать как мать одиночка? - поддакивала мужу Тамара Игоревна.
Марина даже слова не могла вымолвить, она задыхалась от переполнившего её душу возмущения.
-Соглашайся, дочь! Согласишься - квартиру на тебя перепишем, в которой ты сейчас живешь, да еще и денег дадим, а если нет - то обидимся на тебя очень! - как-то грозно посмотрел на дочь Александр Петрович.
Это очень обрадовало родителей, и они были рады, что свадьбы не будет. И за столом озвучили свое " уникальное предложение".
-Подожди, а как же Паша? Вы думаете он одобрит? Вы чего? - чуть не плакала от возмущения Марина.
-Да что ты всё со своим этим Павлом... Еще погоди, сольется твой женишок..., уйдет, а мы с матерью будем внучка воспитывать! Наследника. Продолжателя славного рода Крюкиных! - самодовольно проговорил Александр Петрович.
Марина замерла, не в силах поверить в то, что слышит. Предложение отца казалось ей чем-то из области абсурда, фантасмагорией, от которой хотелось проснуться.
— Как вы можете такое предлагать?! — воскликнула Марина, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Это же безумие!
— Не будь такой наивной, — хмыкнул отец, развалившись в кресле. — Всё продумано.
— А если родится девочка?! — Марина повысила голос, впервые осмелившись противостоять родительской воле. — Откуда такая уверенность в мальчике?
Тамара Игоревна, до этого молчавшая, вмешалась:
— Ну что ты зациклилась на этом? Будет девочка — воспитаешь, потом родите мальчика. Делов-то!
— Вы предлагаете мне разрушить свою жизнь ради продолжения вашей фамилии? — Марина едва сдерживала слёзы.
Отец снисходительно улыбнулся:
— Дочка, это твой долг. Ты же не хочешь оставить род без наследника?
Когда Марина твёрдо отказалась от этого безумного плана, атмосфера в комнате накалилась до предела.
— Раз так, — процедил отец, — тогда освобождай квартиру. Она нам еще пригодится.
Тамара Игоревна, всегда бывшая тенью мужа, впервые проявила инициативу:
— Глупая ты, доченька. Такой шанс в жизни выпадает один раз! Платить чужим людям за жильё, когда можно жить в своей квартире… Отец вон какую милость тебе оказывает, квартиру на тебя переоформить хочет, а ты? - шептала женщина своей молодой дочери.
Слова матери хлестали словно плети. Марина чувствовала, как земля уходит из-под ног. Марина молчала
— Глупая ! — взорвалась Тамара Игоревна. — Ничего в жизни не смыслишь!
— Это я - глупя? Это я ничего в жизни не смыслю? Забыла как по молодости отец мог вспылить, забрать все накопления из семьи и свалить из дома месяца на три, потому что, видите-ли, ты борщ остывший ему подала? - уже взорвалась Марина.
— А лупил он тебя как? Тоже забыла? И нас с Антоном заодно! - кричала на безголовую мать Марина.
— Раз лупил, значит за дело! - в ответ кричал на дочь Петрович.
Он, до этого сохранявший показное спокойствие, тоже не выдержал:
— Вот она, благодарность, мать! За всё, что мы для неё сделали! Мы её на ноги поставили, выучили, выкормили, а она… Неблагодарная! О таком одолжении ведь просим, о такой формальности!
Марина стояла посреди родительского дома, чувствуя, как внутри что-то надламывается. Она столько лет старалась быть хорошей дочерью, оправдывать ожидания, помогать… А в ответ — лишь оскорбления и попытки манипулировать.
— Я не позволю так с собой обращаться, — прошептала она, и эти слова прозвучали для неё самой как открытие.
Впервые за всю жизнь Марина поняла, что больше не может и не хочет мириться с этой тиранией. В её душе что-то изменилось, словно хрупкий росток пробился сквозь асфальт многолетнего подавления.
Прощание с прошлым
Всю свою жизнь Марина жила по строгим правилам, установленным отцом. Она никогда не позволяла себе непослушания — каждое движение, каждый шаг были выверены и одобрены родителем.
«До 19:00 быть дома!» — эти слова въелись в её сознание настолько глубоко, что даже сейчас, будучи взрослой, она иногда проверяла время, боясь опоздать. Двухчасовые прогулки казались роскошью, за которую приходилось расплачиваться чувством вины.
Друзья? О них приходилось только мечтать. Никто из её одноклассников и сокурсников никогда не переступал порог родительского дома. «Нечего таскать в дом всякую шушеру!» — говорил отец, и Марина смиренно соглашалась, пряча боль глубоко внутри.
Она была идеальной дочерью — послушной, исполнительной, всегда готовой выполнить любой приказ. Как солдат на службе, она выполняла все указания, не задавая вопросов, не проявляя недовольства. Но даже у самой послушной дочери есть предел терпения.
Когда пришло осознание того, что родители перешли все границы, что-то внутри Марины надломилось. То, что казалось незыблемым, вдруг потеряло свою силу. Впервые за всю жизнь она почувствовала в себе смелость противостоять.
Через два дня после того рокового разговора Марина уже была в городе, где жила последние пять лет. Она твёрдо решила начать новую жизнь. Коробки с вещами одна за другой исчезали в кузове арендованного грузовика. Каждая вещь напоминала о годах подавления, о потерянной юности, о несбывшихся мечтах.
Но пока она собирала свои вещи, её родители уже начали свою игру. Родственникам, с которыми ещё сохранялись какие-то отношения, они рассказывали совершенно иную версию событий.
«Наша дочь оказалась неблагодарной! — возмущалась Тамара Игоревна на каждом углу. — Сидит на шее у родителей, требует деньги, ничего не делает по дому!»
Александр Петрович кивал, добавляя свои комментарии:
«С таким пофигистическим отношением к родителям! Хамство и наглость — вот что мы получили в ответ на всю нашу заботу!»
Они старательно создавали образ жертвы, утверждая, что дочь сама решила уйти, что они её не выгоняли. Правда была искажена до неузнаваемости, но кого это волновало? Главное — сохранить лицо в глазах общественности.
Марина знала, что правда рано или поздно выйдет наружу, но сейчас её заботило только одно — начать новую жизнь, свободную от тирании и манипуляций. Она шла вперёд, несмотря на боль и обиду, потому что наконец-то поняла — её жизнь принадлежит только ей.
Концовка уже на канале. Ссылка внизу ⬇️
Обязательно ставьте 👍 Также, чтобы не пропустить выход новых публикаций, вы можете отслеживать новые статьи либо в канале в Телеграмме, https://t.me/samostroishik, либо в Максе: https://max.ru/samostroishik
Концовка рассказа тут: