— Алис, я вокруг тебя плясать не собираюсь, — заявил Максим, — я тебе сделку предлагаю. Ты отказываешься от алиментов, я свою треть на Лизку переписываю. Если нет – я иду в суд и вынуждаю тебя квартиру эту, на мои, между прочим, деньги купленную, продать. Но учти: от алиментов я все равно буду бегать. Ни копейки не получишь!
***
Алиса сидела на стареньком диванчике, который они с мужем покупали еще на заре их совместной студенческой жизни и пялилась в телевизор.. Свет от торшера падал на стопку неразобранных документов, лежавших на журнальном столике уже несколько месяцев — у Алисы все руки до них не доходили. Прошло уже полгода с того дня, как рухнул ее мир. Муж ушел к другой, прихватив с собой все их сбережения.
Алисе недавно исполнилось тридцать четыре, а она чувствовала себя на все сто. Работа в маркетинговом отделе крупной компании, куда она вернулась после декрета, поглотила ее целиком. Она работала допоздна, брала на себя самые сложные проекты. Было очень тяжело, но Алиса не жаловалась — работа помогала ей не сойти с ума.
Лизонька, их с Максимом дочь-первоклассница, была ее якорем. Девочка любила папу до дрожи в коленках. Алисе больше всего было обидно за нее. Ну как Максим мог бросить дочь? Ладно она, жена. В конце концов, любовь к женщине и правда может угаснуть, но разве можно разлюбить дочь?
— Нужно сохранять лицо, хотя бы ради Лизы, — каждый божий день повторяла себе Алиса, — нельзя, чтобы дочка видела мои страдания.
С мамой Алиса в последнее время очень сблизилась. Она жила в соседнем районе, но почти каждый день забирала Лизу из школы, помогала с уроками, пока дочь сражалась с дедлайнами и воевала со вздорными клиентами.
Попытки наладить «дружеские» отношения с бывшим мужем начались сразу после оформления развода. Максим, как поначалу Алисе казалось, испытывал сильнейшее чувство вины — он не стал спорить о разделе имущества, пока речь шла только о мелочах.
Когда Лиза готовилась к осеннему утреннику, Алиса написала ему.
— Макс, привет. Ты сможешь прийти на утренник в следующую субботу? Мы с Лизой стих большой выучили, она его просто прекрасно читает. Макс, она очень тебя ждет.
Ответ пришел быстро.
— Привет, Алис. Да, я буду.
Алиса отправила ему дату и время. И даже сделала небольшую нарезку из старых видео, где они втроем веселились на летнем отдыхе, просто чтобы показать: они в порядке. Но это сообщение Максим так и не открыл.
А через пару дней бывший муж все же ответил. Сухо и официально:
— Спасибо за информацию. Пожалуйста, в будущем связывайся со мной только по критично важным вопросам, касающимся Лизы. У меня сейчас другая жизнь, и мне важно выстроить четкие границы. Моей любимой видео не понравилось.
Алиса перечитала сообщение несколько раз и чуть не разрыдалась. Она не стала ничего отвечать на это «предупреждение». Через неделю она отправила ему короткое, десятисекундное видео. На нем была Лиза, в новом платье, смешно кружащаяся перед зеркалом в детской. Алисы в кадре вообще не было, на секунду только мелькнул ее рукав перед камерой.
Ответа не последовало. Полное молчание. Алису это не удивило, но задело за живое. На утренник папаша не явился, зато на следующий день, без предупреждения, заявился в гости. Он выглядел взъерошенным — по выражению лица Алиса сразу поняла, что тот взбешен.
— Ты что себе позволяешь? — начал он орать с порога, забыв поздороваться.
Алиса, только что вернувшаяся с работы и все еще в деловом костюме, опешила.
— Макс? Что случилось? Что я сделала?
— Я же тебя просил! — он сжал кулаки, — ты понимаешь, что я строю новую семью? Что я женюсь скоро? Мне нужно укреплять эти отношения, а ты… Ты упорно их рушишь. Слушай, чего ты лезешь, а? Ты можешь просто меня не трогать?
— Я прислала видео, где только Лиза! — голос Алисы дрогнул, — я не в кадре, Максим, я только голос за кадром. Ты не хочешь видеть дочь?
— Это неважно! — он повысил голос, — это провокация! Ты не уважаешь мою новую жизнь! Мы договорились, только по вопросам Лизы!
— Мы договорились, когда ты был виноват и хотел загладить вину! — Алиса почувствовала, как обида и усталость выходят наружу, смешиваясь с гневом, — сейчас ты другой. Ты хочешь сказать, что твоя новая жена запретила тебе даже помнить, как выглядит наша дочь?
— Она не запретила! — он перешел на крик, — но она мой приоритет! Мы хотим стабильности, а ты мне подбрасываешь скандал! Я хочу прочных отношений!
— Ну да, конечно, — горько усмехнулась Алиса, — ты одни отношения не достроил и в новые нырнул! Браво просто! Ободрал меня, как липку, деньги общие спер и на них любовнице квартирку прикупил. Ты думаешь, я не знаю ничего? Макс, я все прекрасно знаю! Ты зачем явился? Приехал поорать?
— Я приехал обсудить квартиру и алименты. Ты должна понять: нам не нужны лишние обременения. Мы с женой планируем будущее.
Алиса почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она даже оперлась о стену, чтобы не рухнуть.
— Обременения? Ты о чем?
— Ты дурой не прикидывайся! О квартире и об алиментах! — он отчеканил каждое слово, — эта квартира куплена на мои деньги. Да, заработанные в браке, но ты была в декрете, ни копейки в общую «казну» не вносила тогда. Я готов пойти тебе навстречу: ты отказываешься от алиментов, и я полностью переписываю на тебя квартиру.
— Ты серьезно? — прошептала Алиса, и слезы, которые она так старательно сдерживала полгода, хлынули из глаз. Он только что обесценил все, что она отдала этому браку, — я была в декрете всего два года, Максим! Я работала до последнего дня, а потом сидела с ребенком, пока ты строил карьеру! Да в квартиру эту вложены и мои деньги — мне родители, если ты помнишь, миллион дали!
— Ты работала? Что ты там работала? Полдня протирала штаны в офисе и копейки приносила. Молчи уж, хамка! — он махнул рукой, — нам с Люсей тоже стабильность нужна. Я не хочу делиться с тобой своим заработком, мне есть, на кого деньги тратить. Либо ты отказываешься от алиментов, либо я иду в суд и делю квартиру. Моя часть стоит миллиона два. Этих денег мне как раз хватит, чтобы Люсеньке бизнес открыть. Она давно о салоне красоты мечтает.
—Вот оно как…, — протянула Алиса, вытирая слезы тыльной стороной ладони, — ты хочешь сказать, что твой брак с той женщиной не должен быть обременен моей дочерью? Ты хочешь избавиться от всех финансовых обязательств?
— Я не избавляюсь от дочери! — он топнул ногой. — Я продолжу ей помогать! Она может просить что угодно, я куплю! Деньгами я помогу, это не проблема. Но я не могу платить официальные алименты, это ударит по нашим планам.
— Ты будешь помогать ей, когда она попросит? А если ей понадобятся деньги на лечение или на хорошего репетитора, ты будешь ждать, пока она сама тебе позвонит? — голос Алисы окреп, несмотря на подступающую истерику, — мое слово, слово матери, ничего не значит? Я работаю, Максим, я прочно стою на ногах, но только на свою зарплату дочь всем необходимым обеспечить не могу.
— Вот и работай дальше, — холодно бросил он, — ты умная, справишься. Ты подумай, Алиса. Ты получаешь жилье, я свободен от выплат. Либо позорная, долгая и нудная дележка через суд. Я не пожалею денег на адвокатов, я тебя всего лишу!
— А как же Лиза? Она любит тебя! Она скучает! Ты последний раз забрал ее на прогулку месяц назад!
— Я приезжаю в меру возможностей! — рявкнул Максим, — я не могу посвящать ей все свое время. У меня новая семья. Я должен строить свое будущее, а не жить прошлым.
Алиса ощутила себя так, будто ее вышвырнули на мороз. Она знала, что бывший всегда был прагматичен, но чтобы жесток…
— Ты меняешь дочь на чужую молодость, — сказала она тихо, глядя на пол, — и при этом ты требуешь, чтобы я с тебя твои прямые обязанности сняла. Макс, я от тебя такого не ожидала…
— Я предлагаю тебе сделку, которая сохранит тебе жилье! Ты просто меняешь алименты на квартиру. Это куда надежнее, чем ждать, пока я буду перечислять деньги. Я сделаю все, чтобы от алиментов отмазаться. Я тебе это в лицо говорю!
Алиса подняла голову и посмотрела Максиму прямо в глаза.
— Ты знаешь, Макс, а ведь ты прав, — ровным голосом произнесла она, — действительно, у меня есть только два пути. Но только ты забыл, что выбор в конечном итоге за мной.
Максим ухмыльнулся.
— Ну вот и славно. Значит, договорились? Завтра поедем к нотариусу?
— Нет, Максим, — Алиса покачала головой, — договоренности не будет. Я выбираю третий путь.
Он нахмурился, не понимая, о чем она говорит.
— Какой еще третий путь? Не выдумывай! Или квартира, или суд.
Алиса опять облокотилась на стену и усмехнулась.
— Ты думаешь, я ничего не смогу? С меня хватит твоих унижений, твоей лжи и твоей жадности. Я тебе устрою райскую жизнь. О том, чтобы по звонку забирать дочь, забудь. Для тебя теперь будет действовать график — с дочерью ты будешь видеться в строго отведенное для этого время. Готовься, Макс.
Максим побагровел.
— Да я тебя уничтожу, дурында! У меня связи, у меня деньги! Ты куда лезешь? Я ж тебя уничтожу!
— Вот и посмотрим, — спокойно ответила Алиса, — а сейчас, пожалуйста, уходи. Ты мне противен.
Максим еще что-то пробурчал, но, увидев решимость в глазах бывшей жены, развернулся и хлопнул дверью. Алиса выдохнула и прикрыла глаза. Несколько минут постояв в прихожей, она пошла в гостиную — нужно было срочно посоветоваться с мамой.
***
Галина Петровна, выслушав сумбурный рассказ дочери, разозлилась:
— Негодяй! Да я его… Да он… — возмущалась пенсионерка, — ничего, дочка, мы ему покажем! Я тебе говорила, не жди, пока он в суд пойдет. От дочки он избавиться хочет? Да шиш ему по всей физиономии! Ты сама в суд иди.
Алиса мать послушала. Уже на следующий день она записалась на консультацию к опытному юристу по семейным делам. Она собрала все документы, подтверждающие ее вклад в семейный бюджет, включая справки о доходах, банковские выписки и чеки на крупные покупки, сделанные в браке. Алиса больше не боялась, теперь у нее была четкая цель — защитить будущее своей дочери.
От Максима своих намерений скрывать не стала — в тот же день, как подала иск, позвонила бывшему и заявила:
— Имущество будем делить.
Максим поначалу не понял, что она имеет ввиду:
— А что делить? Нечего, Алис! Машина моя, на мебель я не претендую, мы с Люсей новую уже купили. Предложение мое в силе — свою треть я на дочь переписываю, а ты строчишь отказ от алиментов. Все ж просто.
Алиса прекрасно знала, что бывший не зря все это затеял. Лизе на момент их развода исполнилось семь, до ее совершеннолетия — целых одиннадцать лет. Зарабатывал Макс всегда прилично, с каждым годом его доход только рос. Даже если взять 25% от его среднемесячного заработка, то за одиннадцать лет он должен выплатить дочери порядка пяти миллионов. А отделаться хотел двумя.
На первом же заседании суда адвокат Максима попытался давить на жалость, рассказывая о «новой счастливой семье», о «огромном вкладе в первую семью» и «необходимости начать все с чистого листа». Но адвокат Алисы все аргументы разбил в пух и прах, предоставив неопровержимые доказательства нечестных действий ответчика.
Суд встал на сторону Алисы. Максима обязали выплатить алименты в размере 25% от его дохода, а также вернуть половину суммы, потраченной на покупку квартиры для любовницы. Более того, суд признал право Алисы на две трети доли в их общей трехкомнатной квартире, учитывая, что Лиза проживала с матерью.
Алиса сдержала обещание, данное себе: она превратила жизнь Максима в настоящий кошмар. Ему пришлось продать квартиру, построенную для любовницы, выплатить долг Алисе и выплачивать алименты на содержание дочери.
Алиса переехала к матери — площадь у нее была еще больше, чем в брачной трешке. Троим места хватало. Деньги, полученные с продажи жилья, купленного в браке, Алиса положила под проценты. Максим пытался наладить отношения с дочерью, но после всего, что он сделал, Лиза не хотела с ним общаться. Алиса не препятствовала их общению, но и не заставляла свою дочь. Она предоставила Лизе самой решать и выбирать. И ребенок выбор сделал.
«Секретики» канала.
Рекомендую прочитать