Лидия стояла у окна и смотрела на двор. Виктор складывал сумку в багажник их старенькой машины. Движения у него были какие-то торопливые. Не такие, как обычно.
— Лид, документы взял! — крикнул он через плечо. — Все готово!
Она подошла к двери. Что-то не так. За сорок лет брака она научилась чувствовать его настроение. А сейчас чувствовала тревогу.
— Витя, ты уверен, что тебе надо ехать? — спросила она. — Может, кто-то другой справится?
Виктор остановился. Повернулся к ней. На лице промелькнула какая-то тень.
— Лид, мы же обсуждали. Зайцев просил лично меня. Я не могу подвести парня.
— Зайцев... — Лидия помолчала. — А почему он не позвонил домой? Обычно всегда звонил.
— Ну... времени не было у него. Срочно все.
Виктор избегал ее взгляда. Это было странно. Очень странно.
— Сколько дней будешь? — спросила она.
— Дня три-четыре. Может, пять. Там посмотрим.
— Может, пять? — Лидия нахмурилась. — Вчера говорил — два дня максимум.
— Лид, не знаю точно! — голос Виктора стал резче. — Дела могут затянуться. Я же не экстрасенс.
Она отступила. Он никогда не повышал на нее голос. Почти никогда.
— Извини, — сказал Виктор тише. — Нервничаю. Не хочется ехать, если честно.
— Тогда не езди.
— Не могу. Обещал.
Он подошел и обнял ее. Но обнимал как-то неуверенно. Будто торопился.
— Все будет хорошо, — сказал он ей в ухо. — Вернусь быстро.
— Хорошо, — согласилась она.
Но ничего хорошего не чувствовала.
Виктор поцеловал ее в щеку и пошел к машине. Лидия вышла на крыльцо проводить.
— Звони каждый день! — крикнула она.
— Конечно!
Машина завелась. Виктор помахал рукой и выехал со двора. Лидия проводила его взглядом до поворота.
Вечером она сидела на кухне и пила чай. В доме было тихо. Слишком тихо. Она включила телевизор, но сосредоточиться на программе не могла.
Мысли лезли в голову сами. Почему Виктор так нервничал? Почему не хотел говорить подробности? И главное — почему соврал про Зайцева?
Потому что соврал. Она была в этом уверена.
Позавчера Зайцев звонил. Спрашивал, как дела, как здоровье. Говорил, что сам на даче сидит, огород копает. Никаких командировок не упоминал.
Но может, она что-то путает? Может, Зайцев — это другой Зайцев? У Виктора было много знакомых по работе.
— Ерунда, — сказала она вслух. — Зайцев один. Михаил Семенович.
Телефон зазвонил. Лидия вздрогнула и схватила трубку.
— Лид? — голос Виктора звучал устало. — Доехал нормально.
— Как дорога?
— Хорошо. Пробок не было.
— А где остановился?
Пауза. Короткая, но заметная.
— В гостинице. Обычная гостиница.
— Как называется?
— Ну... не помню точно. "Спутник" или как-то так.
Лидия молчала. Виктор всегда помнил такие детали. Всегда рассказывал, где остановился, что ел, с кем встретился.
— Лид, ты там? — спросил он.
— Да. Слушаю.
— Завтра весь день на встречах. Могу не звонить до вечера.
— Хорошо.
— Ты не сердишься?
— Нет, — соврала она. — Почему я должна сердиться?
— Просто голос какой-то странный.
— Устала. Весь день убиралась.
— Ложись спать пораньше. Я тебя люблю.
— И я тебя, — сказала Лидия.
Но когда положила трубку, поняла — что-то в их жизни сломалось. И она не знает, что именно.
На следующий день Лидия не находила себе места. Убиралась, готовила, смотрела телевизор — ничего не помогало. Мысли все время возвращались к Виктору.
Около двух позвонила Тамара, соседка снизу.
— Лид, выйди на балкон! — голос у нее был возбужденный.
— Зачем?
— Просто выйди! Быстро!
Лидия вышла на балкон и посмотрела вниз. Тамара стояла во дворе и махала руками.
— Спускайся! Срочно!
Лидия спустилась. Тамара хватала ее за руку.
— Лид, я твоего Витю видела! Час назад!
— Где? — сердце у Лидии упало.
— На Советской! Возле кафе "Встреча"!
— Не может быть. Он в командировке.
— Да я глаза что, потеряла? — Тамара махнула рукой. — Точно он! В той куртке синей, которую ты ему купила.
— Тома, может, показалось?
— Ничего не показалось! Я подошла поближе. Хотела окликнуть. А он с какой-то женщиной стоял. И девочка с ними.
У Лидии потемнело в глазах. Женщина. Девочка.
— Какая женщина?
— Лет сорока. Симпатичная. Блондинка. А девочка — ну лет десяти, не больше.
— Что они делали?
— Разговаривали. А потом в кафе зашли. Все вместе.
Лидия села на лавочку. Ноги не держали.
— Лид, ты в порядке? — Тамара присела рядом.
— Да. Просто... не понимаю ничего.
— А может, дела у него тут какие-то? По работе?
— Какие дела? — голос у Лидии сорвался. — Он сказал — в Орел едет!
Тамара молчала. Потом положила руку на плечо подруге.
— Лид, не накручивай себя. Может, объяснение простое.
— Какое объяснение? — Лидия встала. — Он мне соврал! Понимаешь? Соврал!
Дома Лидия металась по комнатам. То садилась, то вставала. То хватала телефон, то откладывала.
Женщина. Девочка. О чем они могли говорить? Кто эти люди?
А может, Тамара ошиблась? Может, это был не Виктор?
Нет. Тамара его хорошо знала. Не спутала бы.
В семь вечера позвонил Виктор.
— Лид, как дела?
— Нормально, — она старалась говорить ровно. — А у тебя как?
— Встречи, встречи... Устал очень. Завтра еще один день, и домой.
— Витя...
— Да?
— А где ты сейчас?
Пауза. Опять эта пауза.
— Как где? В гостинице.
— В Орле?
— Конечно в Орле. А где еще?
— Просто спросила.
— Лид, что случилось? Голос странный.
— Ничего не случилось.
— Тогда почему такие вопросы?
— Какие вопросы? Обычные вопросы жены мужу.
— Лид...
— Все, Витя. Я устала. Спокойной ночи.
— Но...
Лидия положила трубку.
Утром она пошла на Советскую. Нашла кафе "Встреча". Зашла внутрь.
— Девушка, — обратилась к официантке, — вчера тут мужчина был. С женщиной и девочкой. Часа в три дня.
— А что случилось?
— Да это... родственник мой. Хотела подойти, да не решилась. Теперь жалею.
— А, да! Помню. Сидели вон за тем столиком. Часа полтора болтали.
— О чем говорили, не слышали?
Официантка пожала плечами.
— Да кто ж слушает? Работы много. Только девочка плакала сначала. А дядя ее успокаивал.
Дядя. Виктор успокаивал незнакомую девочку.
— Спасибо, — сказала Лидия.
Дома она достала из шкафа коробку с документами. Порылась, нашла старые фотографии Виктора. Времен молодости.
На одной фотографии он стоял с девушкой. Молодой, красивой. Подпись на обороте: "Вика. 1979 год".
Лидия помнила эту Вику. Виктор встречался с ней до их свадьбы. Потом девушка уехала в другой город. Больше о ней не говорили.
А что, если...
Лидия схватила телефон и набрала номер Тамары.
— Тома, та женщина — какая она была?
— Высокая. Стройная. Волосы светлые, до плеч.
— А лицо?
— Обычное. Приятное. А что?
— Ничего. Спасибо.
Лидия смотрела на фотографию. Сорок лет прошло. Люди меняются. Но что-то в этом лице...
Нет. Это бред. Чистый бред.
Но страшный бред.
Виктор вернулся вечером следующего дня. Лидия встретила его на пороге. Молча. Смотрела и молчала.
— Лид, что случилось? — он поставил сумку и попытался ее обнять.
Она отступила.
— Как командировка? — спросила она ровно.
— Нормально. Устал очень. Орел — город тяжелый.
— Да? А я думала, наш город тяжелый. Особенно кафе "Встреча".
Виктор замер. Лицо стало белым.
— Лид...
— Не надо. Не надо ничего говорить.
— Послушай меня.
— Сорок лет, Витя. Сорок лет я тебе верила. А ты...
— Лид, это не то, что ты думаешь!
— А что я думаю? — голос у нее сорвался. — Что ты врал мне? Что ездил к другой женщине? Что у тебя есть дочка от нее?
— Есть, — сказал Виктор тихо.
Лидия опустилась на стул. Мир рухнул. Просто взял и рухнул.
— Есть дочка, — повторил Виктор. — Но не от Вики.
— А от кого?
— От Люси. Помнишь Люсю Кормилицыну? Я с ней встречался перед тобой.
Лидия помнила. Невзрачная девушка из соседнего дома.
— Она забеременела. Но сказала только через три года. Когда мы уже были женаты.
— И что?
— Я думал — врет. Зачем ей это? Денег не просила, ничего не требовала. Просто сказала — у тебя дочка растет.
Лидия молчала. Не могла говорить.
— Я не поверил тогда. А потом... потом было поздно что-то менять. У нас с тобой жизнь налажена. Счастье. Зачем все рушить?
— И ты просто забыл? — прошептала Лидия.
— Нет. Не забыл. Иногда переводил деньги. Через общих знакомых. Анонимно.
— А девочка?
— Катя. Ей тридцать семь.
Лидия подняла голову.
— Тридцать семь? Но Тамара сказала — лет десяти.
— Это ее дочка. Моя внучка. Лизка.
Внучка. У них с Виктором детей не было. А тут внучка.
— Почему сейчас? — спросила она.
— Катя заболела. Онкология. Денег на лечение нет. Муж от нее ушел. Осталась с ребенком одна.
— И ты решил помочь.
— Да. Но знал — ты не поймешь. Не простишь. Поэтому соврал про командировку.
— А я думала — любовница у тебя, — Лидия усмехнулась горько.
— Лид, прости меня.
— За что? За то, что соврал? Или за то, что у тебя есть дочь?
— За все.
Они сидели в тишине. Лидия смотрела на мужа и не узнавала его. Сорок лет рядом. А он чужой.
— Покажи фотографии, — сказала она.
— Какие?
— Их фотографии. Кати и... внучки.
Виктор достал телефон. Полистал. Показал экран.
На фотографии была женщина средних лет. Худая, бледная. Рядом девочка с большими глазами.
— Похожа на тебя, — сказала Лидия.
— Катя или Лиза?
— Обе.
Виктор убрал телефон.
— Что теперь? — спросил он.
— Не знаю. Правда не знаю.
— Ты уйдешь?
— А ты хочешь, чтобы я ушла?
— Нет. Но пойму, если уйдешь.
Лидия встала. Прошлась по комнате.
— Сколько денег нужно? На лечение?
— Лид...
— Сколько?
— Много. Очень много.
— У нас есть накопления. Дача. Можем продать.
— Ты серьезно?
— Не знаю. Может, серьезно. А может, просто говорю.
Виктор подошел к ней.
— Лид, я люблю только тебя. Всю жизнь любил только тебя.
— Но дочь у тебя есть.
— Есть. И внучка есть. Это не изменить.
— А я в этой истории кто? Злая мачеха?
— Ты — моя жена. И будешь ею, если захочешь.
— А если не захочу?
— Тогда не будешь.
Лидия посмотрела на него. Усталый. Седой. Испуганный.
— Витя, а ты их любишь?
— Не знаю. Жалею. Это точно. А любовь... Любовь приходит, когда рядом живешь.
— Хочешь жить рядом с ними?
— Хочу помочь. А жить — с тобой хочу.
— Если я позволю.
— Если позволишь.
Лидия не спала всю ночь. Лежала и думала. Виктор ворочался рядом, тоже не спал.
Утром она встала первая. Сварила кофе. Села за стол.
— Витя, вставай. Поговорим.
Он сел напротив. Смотрел виноватыми глазами.
— Слушай меня внимательно, — сказала Лидия. — Врать больше не будешь. Никогда. Ни о чем.
— Не буду.
— Если соврешь хоть раз — уйду. Навсегда.
— Понял.
— Дачу продаем. Деньги — на лечение Кати.
Виктор поднял голову.
— Лид, ты серьезно?
— Серьезно. Но с условиями.
— Какими?
— Первое — я еду с тобой. Познакомлюсь с ними.
— Хорошо.
— Второе — никаких тайных встреч. Все открыто.
— Конечно.
— Третье — если Кате нужна постоянная помощь, пусть переезжает сюда. К нам.
Виктор молчал.
— Что молчишь? — спросила Лидия.
— Не ожидал такого. От тебя.
— А чего ожидал? Истерик? Скандалов?
— Да.
— Витя, мне шестьдесят два года. На истерики сил нет. И времени тоже.
Она встала, налила еще кофе.
— Знаешь, что самое страшное? — продолжила она. — Не то, что у тебя есть дочь. А то, что ты мне не доверял.
— Боялся потерять тебя.
— А чуть не потерял именно из-за вранья.
— Понимаю теперь.
Лидия села обратно.
— Ладно. Звони своей Кате. Скажи — едем знакомиться.
— Сейчас?
— А когда? Время не ждет.
Виктор достал телефон. Набрал номер.
— Катя? Это я... Да, хочу приехать. И жену с собой привезу... Что значит — жену? Лидию мою... Она знает про вас... Все знает... Да, она согласилась помочь... Через час будем.
Он положил трубку.
— Она плачет, — сказал он.
— От радости?
— Думаю, да.
Они поехали на старой машине. Ехали молча. Лидия смотрела в окно и думала — правильно ли делает. Может, это глупость? Может, надо было выгнать Виктора и жить спокойно?
Но спокойствие — это иллюзия. За сорок лет она поняла — жизнь все равно подкинет что-нибудь неожиданное.
Катя жила в хрущевке на окраине. Открыла дверь сразу. Худая, бледная. Но глаза живые.
— Здравствуйте, — сказала Лидия.
— Здравствуйте... не знаю, как вас называть.
— Лидией. Просто Лидией.
За спиной Кати выглянула девочка. Действительно похожа на Виктора. Те же глаза, тот же упрямый подбородок.
— Это Лиза, — сказала Катя.
— Привет, Лиза, — Лидия присела на корточки. — Я Лида. Бабушка твоя. Получается.
Девочка кивнула серьезно.
— А дедушка Витя рассказывал про меня?
— Рассказывал. Сказал — ты добрая.
— Не всегда. Но стараюсь.
Они пили чай на кухне. Катя рассказывала про болезнь, про лечение, про планы врачей. Виктор сидел тихо.
— Значит, так, — сказала Лидия. — Завтра идем к риелтору. Дачу продаем быстро. Деньги — на клиники, лекарства, все что нужно.
— Тетя Лида, — сказала Катя тихо. — Я не знаю, как вас благодарить.
— Не благодари. Мы семья теперь. В семье друг другу помогают.
— А я могу вас мамой называть? — вдруг спросила Лиза.
Лидия поперхнулась чаем.
— У тебя мама есть. Вот она, — показала на Катю.
— Но вы же бабушка. А бабушка — это почти мама.
— Тогда называй бабулей.
— Бабуля, — попробовала Лиза. — Хорошо звучит.
Домой ехали втроем. Лиза устроилась на заднем сиденье, болтала без остановки. Катя была в больнице.
— Лид, — сказал Виктор. — Спасибо.
— За что?
— За все. За то, что не ушла. За то, что приняла их.
— Витя, а знаешь, чего я боялась больше всего?
— Чего?
— Что постарею одна. Что некому будет стакан воды подать.
— Я же рядом.
— А если с тобой что-то случится? Детей у нас нет, родственников нет.
— А теперь есть.
— Теперь есть.
Лиза заснула сзади. Лидия обернулась, поправила ей куртку.
— Похожа на тебя, — сказала она Виктору.
— На меня или на тебя в детстве?
— Не знаю. На нас.
Они въехали во двор. Виктор заглушил машину.
— Лид, а ты счастлива?
Лидия подумала.
— Знаешь что, Витя? Я впервые за много лет чувствую, что живу. По-настоящему живу.
— Это хорошо?
— Это прекрасно.
Они вышли из машины. Виктор осторожно взял спящую Лизу на руки. Лидия открыла дверь.
— Добро пожаловать домой, — сказала она тихо.
И поняла — говорит это не только внучке. Говорит это новой жизни, которая начинается прямо сейчас.
Друзья, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал- впереди много интересного!
Читайте также: