О ДЕКОРАТИВНОЙ МЕБЕЛИ, ЕЕ ФОРМЕ, ЦВЕТЕ И ИСТОРИИ (3)
Итальянский орех— благородная древесина тёплого коричневого оттенка с мягкими переходами цвета и изящным рисунком волокон. Отличается прочностью, стабильностью и лёгкостью в обработке. Часто используется в классической и антикварной мебели, панелях и шпоне. Интересный факт: мебель из итальянского ореха была особенно популярна в интерьерах эпохи Ренессанса.
Груша — плотная и однородная древесина с приятным розовато-коричневым тоном. Её ценят за гладкую поверхность и способность хорошо полироваться. Часто применяется в производстве мебели высокого класса, музыкальных инструментов и декоративных панелей. Любопытно, что грушевое дерево нередко тонируют под более дорогие породы — например, под чёрное дерево (эбен).
Английский орех— разновидность ореха с более глубоким, насыщенным тоном и красивыми контрастными прожилками. Известен своей прочностью и долговечностью, а также эффектным рисунком. Используется для элитной мебели, декоративных накладок и отделки кабинетов. В XVIII веке английский орех считался символом статуса и утончённого вкуса.
Самшит — исключительно плотная, тяжёлая и мелкозернистая древесина. Идеально подходит для мелкой резьбы, инкрустаций и декоративных вставок. Благодаря однородной структуре самшит широко использовался в антикварных часах, музыкальных инструментах и ювелирных шкатулках. Интересный факт: из-за медленного роста самшит ценился почти на вес золота.
Вишня — изящная порода с характерным розовато-золотистым оттенком, который со временем становится темнее и благороднее. Отличается тонкой текстурой и лёгким блеском. Вишню часто используют для мебели в стиле классицизм и ар-деко. Интересно, что старение вишни делает её поверхность только красивее, придавая мебели особое тепло.
Липа — мягкая и светлая древесина с однородной структурой, идеально подходящая для резьбы. Её часто выбирают мастера, работающие над декоративными элементами и художественными панелями. Благодаря лёгкости в обработке липа издревле использовалась в иконописи и деревянной скульптуре.
Бук — прочная, упругая древесина с однородной структурой и светлым цветом. Отлично держит форму и гнётся под воздействием пара, что делает её незаменимой в производстве стульев и изогнутых деталей мебели. Факт: именно из бука создавались знаменитые венские стулья Тонета, ставшие иконой мебельного дизайна XIX века.
Палисандр (розовое дерево)— редкая и ценная порода с насыщенным цветом — от красновато-коричневого до фиолетового — и выразительным волнистым рисунком. Используется для элитной мебели, музыкальных инструментов и предметов декора. Некоторые виды палисандра издают тонкий сладковатый аромат, сохраняющийся годами.
Берёза — светлая древесина с ровной текстурой и мягким блеском. Отличается хорошей обрабатываемостью и прочностью. Часто применяется для мебели, панелей и шпона, а также может имитировать более дорогие породы. Интересный факт: в северных странах берёзовая мебель символизировала уют и естественную теплоту дома.
СТОЛ ДЛЯ ШУФЛБОРДА В ЗАЛЕ ЛИТТЛКОТА
Собственность мистера Л. Похэма, с разрешения миссис Леопольд Хирш
Длина: 9,2 м; ширина: 0,9 м; высота: 0,9 м.
Около 1660 года
Длинный стол для шуфлборда, изображённый здесь, несомненно, является одним из лучших образцов своего типа в Англии. Его простые, неукрашенные ножки в форме булав, а также подвесные элементы рамы указывают на стиль времён Кромвеля или, возможно, Карла II. Столешница необычайно узкая для столь позднего периода, что позволяет предположить: владелец считал, что «весёлая старая Англия», уже достаточно мирная, позволяла ему сидеть за столом не спиной к стене, как это было принято в неспокойные времена, — но он всё же предпочёл придерживаться обычая своих предков.
Следует помнить, что столь длинные столы были сравнительно узкими по сравнению со столами более поздних времён: отчасти потому, что сидевшие со стороны стены гости могли удобнее обслуживаться слугами, которые подходили с противоположной стороны.
Когда игра в шуфлборд впоследствии приобрела популярность, стол был быстро приспособлен под неё — с помощью винтов-креплений, удерживавших приёмник на одном конце, и сеток по бокам, в которые ловились металлические шайбы, перелетавшие через край стола и запускавшиеся с дальнего конца на метку, проведённую примерно в 8–10 см от края. Эта игра до сих пор существует в Шотландии, где, однако, больше известна как игра в керлинг.
На дальнем конце зала, под великолепной парой рогов ирландского лося (около 2,3 м в размахе), находятся кресло главного судьи Похэма и thumbstocks — старинное приспособление, служившее лёгкой заменой позорному столбу; рядом — серебряная булава, которую носили перед Лейб-гвардией Карла I, и две прекрасные «чёрные кружки» (black-jacks).
Выцветшие жёлтые кожаные камзолы, бандольеры, шлемы и пистолеты (petronels), развешанные по стенам, принадлежали солдатам парламента под командованием генерала Эдварда Похэма. Они взирали сверху на Вильгельма Оранского во время его встречи здесь с комиссарами — и можно лишь гадать, не показалось ли хозяину неуместным напоминанием о его прежней преданности противоположной стороне оставить их висеть, когда он принимал Карла II.
ШКАФ ДЛЯ ПОСУДЫ ИЗ ДУБА (ВАЛЛИЙСКИЙ)
Длина: 1,90 м; глубина нижней части шкафа: 0,53 м; высота: 2,29 м.
Около 1688 года
Этот рисунок призван передать вероятный облик мебели и интерьера конца XVII века в доме зажиточного валлийского или северо-девонширского фермера, чья кухня и жилая комната имели каменные полы.
Современные путешественники по Уэльсу, подобно героям Джорджа Бэрроу, и сегодня могут встретить просторные очаги (inglenook) с открытым пламенем, где на треноге кипятится котелок, — всё это почти не изменилось под натиском скромной сельской экономики за последние три столетия. Порой им может посчастливиться увидеть и столь интересные предметы, как изображённый здесь дрессер — действительно уникальное изделие, особенно в своей полке: она «изогнута, но не от труда», хотя и несёт на себе немалую тяжесть олова из коллекции владельца, большая часть которого современна самому шкафу. Судя по задней части, полки были выгнуты при сборке всей конструкции; верхняя планка фриза, как можно заметить, следует изгибу полок.
Дверцы имеют арочные навершия с профилем огee (волноподобный изгиб), что подтверждает происхождение предмета — конец правления Карла II, когда подобные формы часто использовались для соединения ножек небольших столов и подставок.
Чёрная кожаная кружка (blackjack), стоящая на полке, имеет серебряное ободье с надписью, указывающей, что она некогда принадлежала «величайшему глупцу христианского мира». И хотя размером она меньше, чем те, что иногда встречаются, сходство с высокими кавалерийскими сапогами прошлого вполне объясняет замечание французского посла, который говорил, что «англичане столь привязаны к своему пиву, что готовы пить его даже из собственных сапог!»
Одностворчатый откидной стол ранней якобинской эпохи теперь был усовершенствован и превратился в живописный круглый или овальный стол на подвижных ножках (gate-leg table).
Долгое господство дуба подходило к концу: хотя в Уэльсе, Йоркшире и других сельских районах он оставался основным материалом, его безраздельное владычество начали оспаривать ореховые породы. Впоследствии и орех уступил место красному дереву — махагони.
Примечание: о валлийцах
Валлийцы — кельтский народ, коренное население Уэльса (на западе Великобритании). Известны своей самобытной культурой, языком (валлийским), музыкальными традициями и древними ремёслами. В XVII–XVIII веках валлийцы прославились как мастера-деревообработчики: их мебель — прочная, простая, но с изящными резными деталями — стала отличительным элементом британской сельской культуры.
КАБИНЕТ ИЗ ДУБА И ОРЕХА С ПАНЕЛЯМИ И КОЛОНКАМИ ИЗ ЧЁРНОГО ДЕРЕВА, ИНКРУСТИРОВАННЫЙ ПАЛИСАНДРОМ И ГРАВИРОВАННОЙ КОСТЬЮ
Предположительно изготовлен французскими или фламандскими мастерами.
Высота: 1,93 м; длина: 1,74 м; глубина: 0,72 м.
Орёл романтического ореола вокруг имени Марии Стюарт, королевы Шотландии, состоит не только из печальных событий и превратностей судьбы, но и из другого, не менее характерного элемента — постоянной неопределённости. Споры и сомнения, похоже, сопровождали почти всё, что связано с её именем. Даже в области декоративного искусства существует множество предметов, якобы принадлежавших Марии, хотя большинство из них относится к более раннему или, наоборот, более позднему времени.
Наиболее очевидный пример подобного смешения времён — великолепный образец декоративной резьбы XVII века, представленный на цветной иллюстрации. Сколь бы ни хотелось верить, что этот шкаф (aumerie) действительно принадлежал самой романтической из шотландских королев, приписать его изготовление периоду до 1568 года — года побега Марии из замка Лохливен, где она находилась под стражей год, — совершенно невозможно.
Если бы он был сделан в Шотландии или Англии, то, по всем признакам, не ранее 1630 года. Даже если предположить, что это работа французских или фламандских мастеров, детали указывают на время, лишь немного более позднее.
К счастью, шкаф — или aumerie, как его называли — долгие годы находился в пользовании сэра Ноэля Пейтона и не нуждается в сомнительной легенде для подтверждения своей ценности. Это действительно превосходный пример декоративного искусства XVII века, по-видимому (по мнению автора), выполненный континентальными мастерами. С точки зрения дизайна, этот предмет вполне достоин того, чтобы считаться частью королевского убранства.
БУФЕТ-СЕРВАНТ (COURT CUPBOARD BUFFET)
Ширина: 1,24 м; высота: 1,17 м; глубина: 0,48 м. Около 1657.
Дизайн этого предмета, датируемого годом, предшествующим смерти Кромвеля, почти не несёт в себе признаков пуританской строгости, характерной для мебели времён Содружества. Напротив, это удивительно поздний вариант сочетания буфета и «court cupboard» (двухъярусного серванта), хотя его подлинность не вызывает сомнений. При этом инициалы, присутствующие на предмете, не следует считать указанием на то, что он был изготовлен специально для предков нынешнего владельца.
В нише за буфетом представлена вышивка — пример работы в технике petit point (мелкий стежок), выполненной шёлком и золотыми нитями. В композиции использованы королевские гербы Франции и Англии, а также изображение Шотландии слева (sinister) и Ирландии справа (dexter). Здесь же помещены инициалы «J. R.», которые, вместе с вероятным именем вышивальщицы — Мэри Халтон, размещённым в противоположных нижних углах (не показанных на нашей иллюстрации), позволяют датировать работу временем правления
Якова I.
Шерстяной индийский ковёр, также выполнен в стиле XVII века.
ШКАФ ПАТНАМОВ ИЗ АНГЛИЙСКОГО ДУБА И КЕДРА
РЕЗНАЯ ЛАВКА ИЗ АМЕРИКАНСКОГО ДУБА
Можно с уверенностью сказать, что дома первых колонистов Новой Англии были обставлены весьма скромно: лишь малая часть мебели, о которой утверждали, будто она прибыла на корабле Mayflower, действительно могла уместиться на этом храбром небольшом судне. Большинство же приписываемых ему предметов относятся к значительно более позднему времени — даже изделия в несомненном стиле Чиппендейла порой ошибочно «наделялись» участием в историческом плавании!
Никто, однако, не утверждает, что великолепный шкаф с ящиками, переданный мисс Гарриет Патнам Фаулер в Институт Эссекса, имеет отношение к Mayflower. Мисс Фаулер происходила из рода Джона Патнама, переселившегося в Салем в 1634 году. Предположительно, именно он привёз этот шкаф из Англии примерно в середине XVII века, поскольку форма нижней части с выдвижными ящиками в то время только начинала развиваться, а геометрический узор кедровых накладок в сочетании с раздвоенными балясинами на пилястрах характерен именно для этого периода.
На задней стенке шкафа сохранились следы пожара, из которого его удалось спасти, когда около двухсот лет назад дом семьи Патнамов был уничтожен.
Некоторые декоративные навершия в виде ваз, венчавшие стойки шкафа и добавленные, по-видимому, кем-то из семьи в XVIII веке, позднее были сняты.
Закрытая скамья-сундук (box-settle) с поднимающейся крышкой из коллекции Балкли — почти уникальный пример колониальной деревянной мебели. Когда её обнаружили в конюшне, она многие годы использовалась для хранения соли для скота. Этот предмет представляет собой одну из самых ранних форм английской мебели, где объединены функции сундука и стола, — конструкция, из которой впоследствии возникла лавка (settle).
Панельная спинка сиденья указывает на то, что изначально предполагались подушки. Ранние колониальные лавки обычно имели высокую спинку и напоминали те, что можно встретить в старинных английских деревенских трактирах: уютные, живописные и удивительно удобные для домашнего быта.
Такие лавки ставили перед очагом в холодные зимние вечера — особенно если они имели изогнутую форму, как это было принято в старых английских постоялых дворах, — чтобы получать и тепло, и свет от огня. Ведь в те времена слабое мерцание лампы типа Betty, было единственным источником освещения.
ШКАФ-КАС ИЗ ОРЕХОВОГО ДЕРЕВА С ИНКРУСТАЦИЕЙ И РАСПИСНЫМИ МЕДАЛЬОНАМИ ИЗ ДЕЛЬФТСКОЙ КЕРАМИКИ
Ширина (по карнизу и основанию): 1,65 м;
Глубина (по основанию): 0,62 м;
Высота от пола: 2,13 м.
Среди множества кассов (традиционных голландских шкафов), столь ревностно хранимых поколениями потомков первых нидерландских поселенцев в Новой Голландии (нынешней территории Нью-Йорка), трудно найти более живописный и лучше сохранившийся пример, чем этот выдающийся батавский шкаф.
Он украшен сорока пятью плитками из дельфтского фаянса: по семь — на каждом из боков и тридцать одна — на фасаде. На них изображены характерные для голландской керамики сцены — виды суши, моря и библейские сюжеты.
Шкафы-кассы XVII века чаще украшались резьбой или росписью, нежели инкрустацией. Их происхождение, вероятно, германское; а семья де Фрис (De Vries) считается родоначальниками наиболее декоративных образцов этого типа мебели.
Ковёр из шерсти с высоким ворсом, изображённый над и позади шкафа, был подарен компании ткачей и торговцев шелком (Girdlers’ Company) их мастером, Робертом Беллом, в 1634 году.
Не будет лишним напомнить, что до XVIII века ковры чаще вешали на стены, чем стелили на пол — они служили элементом украшения и тепловой изоляции помещений.
ГОСТИНАЯ РАННЕГО ВИРДЖИНСКОГО КОЛОНИСТА
Дубовый выдвижной стол —1636 год.
Дубовый ящик для Библии.
Кресло старейшины Брюстера.
Английский «drawinge table» представляет собой развитие французского стола типа à rallonge, впервые изготовленного около 1550 года. Стол с выдвижными концами, увеличивавшими его длину вдвое, создан по столь разумному и прочному принципу, что удивляешься, почему его вытеснил менее надёжный винтовой механизм удлинения, применяемый в современных обеденных столах.
Две выдвижные секции столешницы, которые при закрытии заходят под центральную часть, закреплены на ступенчатых кронштейнах — изящном и простом механизме, защищающем верхние поверхности от царапин при движении. Центральная часть опускается под собственным весом, выравниваясь с боковыми. Французские раздвижные столы, напротив, имели не кронштейны, а выдвижные рамы, поддерживавшие боковые части.
Известный английский мебельщик Шератон, не склонный к бездумному восхищению стариной, высоко оценил этот механизм и рекомендовал применять его не только в обеденных, но и в письменных столах, подробно описав конструкцию направляющих.
Стол, несомненно, был привезён из Англии. Он выполнен из дуба, с характерными «луковичными» точёными ножками, окрашенными в чёрный цвет — излюбленный приём декорирования подобного рода мебели. Косой нижний распорный брус — новшество, доказавшее со временем свою успешность: он укреплял конструкцию, не мешая ногам сидящего, тогда как прямые перекладины ранних столов, хоть и были прочными, часто мешали удобству и, как шутили, становились испытанием для памяти гостя после ужина и вина.
Дубовый ящик для Библии, — имеет на передней панели дату 1649, что примерно на полвека позже самых ранних известных образцов. Резной орнамент в виде растительных мотивов типичен для того времени. Спорным остаётся вопрос, изготавливались ли такие ящики отдельно или со своими подставками: судя по сохранившимся экземплярам, они нередко служили и письменными столами. Ящики с подставками почти всегда имеют слегка наклонные крышки, тогда как отдельно стоящие — плоские.
Кресло старейшины Брюстера, относится к типу так называемых carver’s chairs — точёных кресел с высокой спинкой. Его плетёное сиденье из камыша или флага не сохранилось, но в остальном предмет пребывает почти в том же состоянии, в каком пересёк океан около трёх столетий назад.
КАБИНЕТ «РУБЕНС» — РЕЗНОЙ ИЗ ЧЁРНОГО ДЕРЕВА. ВНУТРЕННЯЯ ОТДЕЛКА ИНКРУСТИРОВАНА, КОЛОННЫ ИЗ ПАНЦИРЯ ЧЕРЕПАХИ
Высота: 2,34 м; ширина: 2,18 м; глубина: 0,81 м
Этот кабинет — один из лучших сохранившихся образцов резьбы по чёрному дереву — был, по-видимому, изготовлен во Фландрии в начале XVII века.
Фигурные панели изображают как библейские, так и античные сцены и демонстрируют поразительное мастерство резчика: твёрдое и упрямое по своей структуре чёрное дерево поддалось его руке с удивительной точностью. Несмотря на то что рельеф невысок, из-за особенностей материала, моделировка фигур отличается исключительной чёткостью.
Мастер проявил не меньшее терпение и искусство и в оформлении внутренней части. На внутренних панелях изображены сцены Благовещения (с участием королевы Генриетты Марии) и момент, когда королева представляет своего сына Карла I.
Внутреннее пространство шкафа оформлено шестью ящиками по каждой стороне, фасады которых украшены фигурной резьбой, а внутренняя поверхность покрыта шпоном с геометрическим орнаментом. Ниже, в других отделениях, находятся инкрустированные доски для игр — нард и шахмат.
Между ящиками центральную часть выделяют тёмные колонны из панциря черепахи с позолоченными элементами. Когда двери закрыты, их внутренние поверхности, инкрустированные костью, скрывают рисунки гуашью, изображающие древнеримскую архитектуру с подписью:
«Clerisseau fecit Rome, 1763» — работа Клериссо, учителя архитектора Чемберса и друга братьев Адам.
Стоит напомнить, что волнистые профили карнизов и рам, столь характерные для этого шкафа и вообще для большинства изделий из чёрного дерева того времени, приписываются изобретению Швандгардта (Schwandhardt).
РЕЗНОЙ ОРЕХОВЫЙ ШКАФ-БОМБЕ С ЛИТЫМИ НАКЛАДКАМИ
Резная дубовая лестница, Гилдфорд.
Длина: 2,05 м; высота: 2,51 м; глубина: 0,71 м.
Во времена Карла II и Якова II французское влияние в Англии было сильнейшим, однако к концу правления Карла многие голландские мастера, предвидя политические перемены и возвышение своей страны (при Вильгельме и Марии), переселились в Ипсвич, Норидж и другие города Восточной Англии. Там они перенесли голландские традиции в английскую среду, мало подверженную местным вкусам. Особенно Гилдфорд обязан своей живописной архитектуре именно этим мастерам, работавшим также в Саттон-Плейс и Фарнхэме.
Резная лестница в доме доктора Бургхарда полностью повторяет голландские образцы и напоминает знаменитую лестницу в Brewer’s Hall в Антверпене, хотя лишена фигурных украшений в виде путти и зверей, характерных для фламандских работ. Датируется она приблизительно 1675–1690 годами.
Следы голландского влияния до сих пор можно увидеть в прибрежных городках юга и востока Англии, где в XVII веке шла оживлённая торговля с Нидерландами. В некоторых домах сохранилась кирпичная кладка и синие изразцы антверпенского типа.
Сам шкаф также выполнен в голландской манере, хотя отражает стиль Людовика XIV, приближаясь по времени к Регентскому периоду Людовика XV. Голландцы первыми ввели моду на округлые, плавные формы мебели — так называемый стиль bombé (от французского bomber — «выпуклый», «изгибаться»).
Одновременно с притоком голландских мастеров в Англии возродился интерес к маркетри — инкрустации по дереву. Зеркало из этого периода демонстрирует влияние именно голландских орнаментальных приёмов.
КРАТКИЙ СЛОВАРЬ МЕБЕЛЬНЫХ И ДЕКОРАТИВНЫХ ТЕРМИНОВ
Геридон (Gueridon)— небольшой декоративный столик или подставка на одной фигурной ножке; изначально служил для свечей, позднее стал элементом роскошного убранства.
Интарсия (Intarsia)— мозаика из дерева или камня, врезанная в основу заподлицо (в отличие от маркетри, где используется шпон).
Каменные опоры для дров (Chenets)— декоративные кованые подставки в камине, поддерживающие дрова; часто украшались гербами, масками или фигурными орнаментами.
Маркетри (Marquetry)— инкрустация по дереву, создание орнаментальных рисунков из шпона разных пород; английский и голландский варианты отличались строгой геометрией, французский — изяществом и контрастами.
Ормолу (Ormolu)— (фр. or moulu, «молотое золото») — позолоченная бронза, используемая во Франции и Англии для декоративных накладок в мебели XVIII века.
Паркетри (Parquetry)— орнаментальный узор из деревянных элементов, аналог маркетри, но применяемый преимущественно для полов.
Репуссе (Repoussé)— (фр. repousser, «выколачивать») — техника рельефной чеканки по металлу с обратной стороны; применялась для украшения серебряных пластин, рам и мебели.
Флорентийская мозаика, или «пьетра дура» (Pietra dura) — (итал. «твёрдый камень») — техника мозаики из цветных полудрагоценных камней (агат, яшма, лазурит) для облицовки мебели, каминов и панно.
Форма бомбе (Bombe)— (фр. bomber, «выпуклый») — форма мебели с изогнутыми, выпуклыми фасадами и боками; характерна для барокко и рококо.
Чеканеные накладки (Chased mounts)— литые или чеканеные металлические украшения (бронза, латунь, позолота), украшающие углы и детали мебели; сочетание декора и защиты.
Шпон (Veneer)— тонкий слой древесины, наклеиваемый на основу из менее ценной породы для декоративной отделки поверхности.
ЭКЗЕМПЛЯРЫ МЕБЕЛИ ОТ АУКЦИОННОГО ДОМА CHRISTIE’S
Шарлотта Перриан (Charlotte Perriand, 1903–1999)
Библиотека «Мексика» (Bibliothèque Mexique)
Материалы: eль, сипо (африканское красное дерево), окрашенный стальной лист с тиснением в форме «алмазной точки» и окрашенный гнутый стальной лист.
Размеры: 160 × 184 × 30 см.
Создана для комнат павильона Мексики в Международном университарном городке Парижа (Cité Universitaire Internationale de Paris), около 1952 года.
АукционChristie’s, Лондон— Designed by Architects Including Important 20th Century Design, 8 октября 2003 года (оценивалась в 100.000 – 150.000 евро)
Частное собрание.
Гарнитур мебели в стиле ампир, окрашенный в серый цвет и частично позолоченный. Около 1810 года. (продажная оценка: 8-12 тыс. долларов)
Гарнитур включает пару кресел (fauteuils) и четыре стула (chaises).
Каждое изделие имеет гребень спинки с продольными каннелюрами над изогнутой прямоугольной спинкой и ножками в форме львиных лап.
Кресла украшены подлокотниками в виде лебединых голов, обиты жёлтым шёлковым дамастом.
Высота — 91,5 см.
ПАРА ИТАЛЬЯНСКИХ КОНСОЛЬНЫХ СТОЛИКОВ ИЗ ПОЗОЛОЧЕННОГО ДЕРЕВА
Рим, середина XVIII века
Каждый столик со столешницей волнообразной формы, профилированной, из имитации мрамора; ниже — ажурный фриз, обильно украшенный резьбой с цветами и лиственной орнаментикой. Ножки кабриоль с резьбой в виде цветочных мотивов и рокайльных завитков, соединены Х-образной растяжкой, украшенной акантовыми листьями и центральной раковиной с цветами; опираются на ножки-завитки.
Размеры: высота 93 см; ширина 117 см; глубина 63 см.
ПАРА НЕОКЛАССИЧЕСКИХ КАНДЕЛЯБРОВ
Приписываются мастерской Werner & Mieth, Берлин, ок. 1800 года
Алебастр с чеканными и золочёными бронзовыми украшениями. Овальная чаша, поддерживаемая квадратными стойками и завершённая навершием в виде зерна; трёхногая опора, декорированная листьями аканта и лиственными завитками, объединёнными кольцом с лавровым фризом. Треугольное основание из белого мрамора с выступами, по периметру — жемчужный фриз. Небольшие реставрации.
Размеры: высота 78 см; ширина 36 см.
ОБРАЗЦЫ МЕБЕЛЬНОГО МАСТЕРСТВА
ИГРОВОЙ СТОЛ
Мастер: Давид Рётген (David Roentgen, немецкий, Хернхааг 1743 — 1807 Висбаден; мастер с 1780 г.), около 1780–1783
Культура: Германия, Нойвид-на-Рейне
Материалы: дуб и орех; шпон из махагона, клёна, падуба (последние два частично тонированы); железо, сталь, латунь, позолоченная бронза; сукно и кожа с тиснением и позолотой (частично).
Размеры: общие — высота 78,3 × ширина 98,3 × глубина 49,5 см; глубина в раскрытом виде — 97,9 см.
8 января 1781 года в парижской газете Annonces; affiches et avis divers было размещено объявление о продаже мебели в парижской лавке Давида Рётгена. Среди прочего упоминались столы для квадрильи, триктрака и иных игр, «выполненные из махагона и отделанные так тщательно, что напоминают мрамор» — описание, полностью соответствующее изобретательно сконструированному столу из собрания музея.
Стол имеет тройную столешницу и многофункциональную трансформацию: в закрытом виде — консоль, в раскрытом — карточный/игровой стол с суконным покрытием и инкрустированной шахматной доской, а также письменный стол с кожаной отделкой и регулируемой книжной подставкой (на храповой шестерне). В конструкции скрыт выдвижной на пружинах ящик с доской для нард, которую можно вынуть и использовать отдельно. Предусмотрены два отделения с «тамбурными» (роликовыми) крышками для хранения карт, фишек и принадлежностей. Одна из задних стоек оснащена механизмом gate-leg, позволяющим фиксировать откидные створки под разными углами.
Для мастерской Рётгена в Нойвиде — одной из самых продуктивных и успешных в Европе — характерно внимание к деталям: поверхности стола облицованы фигурным махагоновым шпоном, по рисунку напоминающим прожилковый мрамор.
Рождённый и работавший в Рейнской области, предприимчивый Рётген продавал мебель по всей Европе, включая Версаль. В 1780 году он стал членом парижской гильдии столяров, а в 1781-м открыл собственный магазин в Париже. Мастер редко ставил подпись; хотя данный стол типичен для его работ, на нём стоит клеймо французского краснодеревщика Пьера Макре (Pierre Macret, 1727 — ок. 1796). Макре прекратил собственное производство в 1771 году, однако, вероятно, ремонтировал или перепродал этот многофункциональный стол (и тогда проставил штамп) до ухода из дел в 1787-м. Наличие клейма Макре свидетельствует, что этот изысканный неоклассический предмет находился в Париже уже в XVIII веке и, возможно, изначально был изготовлен специально для французского рынка.