Маленькая девочка с матерью пришла на берег моря.— Мама, можно я поиграю в песке?— Нет, дорогая. Ты испачкаешь свою чистую одежду.
— Мама, можно я побегаю по воде?
— Нет. Ты намокнешь и простудишься.
— Мама, можно мне поиграть с другими детьми?
— Нет. Ты затеряешься в толпе.
— Мама, купи мне мороженое.
— Нет. Ты простудишь горло.
Девочка начала реветь. Мать повернулась к стоявшей неподалёку женщине и сказала:
— Господи Боже мой! Вы когда-нибудь видели такого невротического ребёнка?
Энтони де Мелло, «Когда Бог смеётся»
Вот так выглядит правда о том, как часто взрослые не видят собственных невротических страхов, зато прекрасно замечают «трудных» детей.
Тревожная мать из рассказа искренне считает, что защищает дочку.
Когда взрослый не выдерживает собственных чувств — страха, тревоги, вины — он бессознательно перекладывает их на ребёнка.
Так, из поколения в поколение, ребёнок становится носителем взрослой неразрешённости.
Но ребёнок не может сказать:
«Мама, это твоя тревога. Это тебе страшно».
Он просто решает:
«Мир опасен»,
«Нельзя радоваться»,
«Лучше быть осторожным и незаметным».
Эти решения становятся внутренними предписаниями, с которыми потом живёт взрослый человек.
Из них складывается его сценарий — то, как он думает, чувствует, строит отношения, принимает решения.
Выделяют двенадцать наиболее частых родительских предписаний — невидимых, но очень влиятельных правил, по которым мы потом живём.
Ребёнок слышит:
«Не кричи, не балуйся, не смейся так громко, веди себя прилично».
И решает:
«Когда я настоящий — меня не любят. Нужно быть удобным, тихим, правильным».
Так формируется предписание «Не будь собой» — и взрослый потом живёт в ощущении, что всё время должен соответствовать, подстраиваться, быть “правильным”.
Настоящему себе он не доверяет — кажется, что он какой-то не такой.
Ему трудно быть спонтанным, радоваться, говорить «нет».
Он словно всё время проверяет: «А сейчас я не испачкаю одежду? Не расстрою кого-то? Не выйду за рамки? »
А предписание «Не будь ребёнком» появляется там, где ребёнок слышит:
«Не плачь, не дури, соберись», «Заботься о младшем брате/сестре»,
«Ты уже большая, что ты как маленькая».
Внутри растёт убеждение: чувствовать, просить, играть — стыдно.
Во взрослом возрасте такой человек живёт с внутренним запретом на лёгкость и уязвимость.
Он может быть успешным, ответственным, надёжным — но глубоко внутри не разрешает себе быть живым.
✨ Хорошая новость в том, что это можно изменить.
Мы уже не дети, и теперь с помощью эмоционально-образной терапии можем увидеть: те страхи, запреты и предписания — не наши, мы просто когда-то унаследовали их из любви и лояльности к родителям.
Теперь можно выбирать по-другому.
Можно разрешить себе быть собой — чувствовать, ошибаться, радоваться, пробовать.
Можно позволить себе быть живым, спонтанным, настоящим.
И, может быть, однажды мы сами окажемся на берегу моря — и не скажем «нельзя»,
а просто улыбнёмся и ответим:
«Беги, играй. Пусть песок будет в волосах, пусть море будет на коже.
Мир — не так страшен, когда в нём можно быть собой».
Автор: Шатия Богоудинова
Психолог, Эмоционально-образный терапевт
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru