Когда Светлана Петровна, бухгалтер из Тулы, отправлялась в турецкий отпуск «всё включено», она и представить себе не могла, что её «всё включено» дойдёт до включения в состав личного гарема султана Муктара IV.
Оно, конечно, началось с обычного: пляж, шведский стол, бесплатные коктейли с зонтиками.
Но!..
Однажды, прогуливаясь по базару в Анталии, Светлана Петровна так ловко сторговалась за ковер, что её заметил сам султан — он как раз искал кого-то, кто сможет торговаться лучше его визиря. А тут — женщина – сбившая цену на ковёр с 200 долларов до двух магнитиков и кусочка рахат-лукума.
Султан подошел к ней и сразу предложил то, чего так сильно вдруг захотел. Будущая, так называемая, наложница-гаремщица мужику, естественно, не поверила, а восприняла все как шутку, поскольку сама была шутница еще та. И сразу ломанулась вместе с ним во все тяжкие и не очень. А все, потому что мужчинка был чисто восточных кровей, не бедный мачо и притом готов был с радостью оплачивать все ее, теперь уже вполне законные, причуды.
На следующее утро Светлана проснулась… в гареме: бархат, золото, подушки, фонтаны, танцовщицы и кроме ее самой еще 37 наложниц с глазами, как у газели. А посреди всего этого — она – в халате из отеля с надписью “Welcome to Paradise”.
— Это, где я? — строго спросила она первую попавшуюся под руку наложницу.
— В гареме, госпожа, — в некотором смятении прошептала та, — султан выбрал вас.
— Ну, ни фига себе – отпуск! — воскликнула Светлана и пошла искать, где тут у них чайник.
Через три дня гарем было уже не узнать.
Во-первых, Светлана устроила субботник.
«Эй вы, швабры, сколько можно сидеть без дела?» — приказным тоном крикнула она и раздала всем тряпки.
Визирь попытался, было, возразить, но после того как Светлана назвала его «мямлей в пижаме» и легонько пнула по толстой попе, он тихо ушёл и долгое время не появлялся.
Во-вторых, она организовала кружок рукоделия. Теперь каждая наложница вязала носки, вышивала крестиком и делала коврики из нарезанных на ленточки старых халатов.
«Рукоделье отвлекает от глупостей, — заявляла Светлана Петровна. — К тому же продадим на базаре — будет надбавка к бюджету гарема».
В-третьих — рацион. После того как Светлана попробовала местный плов и закатила глаза так, будто увидела коммуналку без горячей воды, она почти без сопротивления захватила кухню. Теперь на обед был борщ, на ужин — пельмени, а по пятницам — оливье.
Гарем впервые в истории начал поправляться.
Султан Муктар IV сначала был в шоке. Чтобы хоть как-то отвлечь новую жену, он пытался звать её на свидание, но каждый раз получал ответ:
— Я с девочками ногти крашу, потом сериал смотреть будем. Ты бы лучше дров принёс, замёрзли тут.
– Но у нас же и так жарко… – как-то очень скромно и оттого нелепо попытался возразить султан.
– Тогда просто займись чем-нибудь полезным и не мешайся без дела под ногами! А не то!.. Не отпущу с мужиками: ни в гараж, ни на рыбалку! – грозно обмерив мужа взглядом, недовольно парировала Светлана Петровна.
Султан не совсем ее понял, но возражать не стал…
А через месяц он уже сам мыл полы во дворце и просил рецепт сырников.
Слухи о «русской госпоже» разлетелись по всему султанату. К Светлане начали обращаться по вопросам бюджета, воспитания детей и даже погоды.
А она завела толстую тетрадь с надписью: «Государственные дела», где записывала, кто кому должен, сколько стоит баранина и какие у кого долги по гаремному ЖКХ.
Когда её спросили, не хочет ли она стать султаншей, она ответила:
— Мне бы в Тулу вернуться, у меня там огурцы на балконе. Но если вы без меня совсем как без рук — пока могу остаться. Только сделайте мне проводной интернет и завезите гречку.
Немного погодя султан подписал указ о строительстве супермаркета «Пятёрочка» прямо во дворе дворца. Визиря уволили. Его место заняла новая «визирша» тётя Зина, соседка Светланы, которую она вызвала по Viber.
С тех пор в султанате установился полный порядок, бюджет стал профицитным, а наложницы начали сдавать на права и открыли таксопарк.
А Светлана Петровна... она ведь просто хотела тихий отпуск. Но, как говорится, если русская женщина попала в гарем — гарем станет ее ЖЭКом.
Прошёл месяц.
Султанат Муктара IV больше не узнавал сам себя. Во дворце, да и за его пределами необыкновенно вкусно пахло борщом, по вечерам наложницы играли в лото под чаёк, а сам султан научился лихо разгадывать кроссворды, вышивать гладью и даже однажды связал себе чехол для своей изогнутой сабли.
Светлана Петровна стала неофициальной султаншей. А о официальной: министром финансов, культуры и женских дел, а по совместительству — главным по «чтоб всё было нормально».
Во дворце появился отдел бухгалтерии из трёх бывших наложниц, которые теперь ходили в очках, с папками и начальственным голосом говорили умные фразы вроде:
— А где акт сверки за поставку в султанские сады верблюжьего навоза?
Мир и порядок царили в султанате, пока однажды...
В один жаркий полдень ко дворцу подъехал длиннющий лимузин в сопровождении нескольких шикарных кабриолетов с гербами Османской налоговой службы. Из лимузина вышла строгая дама по имени Фатима Ханым — главный аудитор султаната.
— У нас тут по бумагам: гарем, траты, дворец, 38 наложниц... А по факту: бухгалтерия, борщ и какая-то пошивочная мастерская. Это что такое?
Светлана Петровна приветливо улыбнулась:
— Проходите, Фатимочка, чаю попьём, всё расскажу. У нас сегодня пирог с капустой.
Через двадцать минут Фатима уже сидела в халате, вязала шарф и жаловалась на мужа.
А через час после этого она написала в отчёте:
"Гарем функционирует по новой модели — социально ориентированное сообщество с элементами самоуправления и самообеспечения. Уровень счастья высокий, преступность отсутствует, борщ вкусный. Нарушений не выявлено".
Но, как известно, где порядок — там и зависть. Прежний визирь, тот самый «мямля в пижаме», получивший под зад и уволенный при первой реформе, затаил обиду.
Он собрал группу недовольных: пару ленивых евнухов, обиженную танцовщицу и кого-то из охраны, кто скучал по «старым добрым временам», когда работа заключалась в том, чтобы просто сидеть и кивать.
— Мы всё вернем, как было! — шептал визирь, прячась в бане. — Снова будет разврат, безделище и танцы живота!
— А борщ? — спросил кто-то.
— Да, ну, его, ваш борщ! — прорычал визирь.
— Ну-ну, аккуратнее, — строго одернула его баба Зина, неожиданно заглянув в баню с тазиком. — А то борща вам не дадим. И тапки ваши на лоскуты порежем и в унитаз спустим.
Так мятеж захлебнулся в самом зародыше, вернее, прямо в парилке.
Визиря снова «уволили». На этот раз — с занесением в личное дело и пожизненным запретом на вход в баню.
Остальные «мятежники» в ужасе разбежались.
Тем временем, реформы Светланы Петровны начали набирать популярность. К ней начали приезжать делегации из других восточных гаремов:
— Как вы добились 100% занятости наложниц?
— А что за система мотивации «котлета за отчёт»?
— Правда ли, что у вас открылся кружок «Юный бухгалтер»?
Светлана с удовольствием делилась опытом.
— Главное — дисциплина и расслабляющий чай с мятой. А ещё, чтобы никто не филонил, — говорила она, — и чтобы в гареме была одна настоящая хозяйка. А не вот это вот всё — «ой, я наложница, ой, я цветочек пустыни». Цветочек, говоришь? На грядке цвети, петрушкой подрабатывай.
***
И вот, спустя полгода, в Туле, в подъезде на улице Ленина, 17, в квартире №42 снова зажегся свет. Светлана Петровна вернулась, наконец-то, домой.
— Ну, что, нагаремилась? — спросила соседка тётя Галя.
— Да ты не поверишь, — вздохнула Светлана. — Там сейчас, как в санатории. Девчонки молодцы, всё по тетрадке, всё по графику. Даже султан теперь сам себе пельмени лепит.
— А ты чего уехала?
— Сказала: «Я свою миссию выполнила. Теперь ваш гарем — крепкое ТСЖ. А мне пора домой — у меня тут огурцы, любимая соседка и много еще всего интересного…»
Эпилог
Говорят, султан Муктар IV до сих пор пишет ей письма ВКонтакте, шлёт фото борща собственного изготовления и спрашивает: «А если в плов добавить майонез — это нормально?»
А в гареме каждый вечер, по старой традиции, собираются вместе, пьют чай и смотрят сериал «Сваты».
Потому что, как сказала Светлана Петровна:
— Восток — дело тонкое. А без русской женской руки — ещё и кривое.